Swvswh40k
Шрифт:
Не для того же сын высокопоставленного чиновника с Корусанта пошёл в имперский флот! Нет, не за рутиной, а за славой, подвигами, большим жалованием и властью. Конечно, отец напряг все свои связи, и карьера Мидлона вызывала зависть у многих, кроме него самого.
Стать к 28 годам капитаном звёздного разрушителя класса Империал-1 - для подавляющего большинства офицеров казалось просто невозможным. Элезу же это казалось дорогой в никуда.
Устав стоять, он вернулся в своё любимое кресло. Конечно, по уставу такая мебель на мостике находиться не должна, но когда ты капитан одинокого патрульного корабля, болтающегося на задворках имперского пространства,
Усевшись в кресле поглубже, Мидлон подумал о превратностях своей судьбы. Он честно учился в академии имперского флота, и надеялся стать ну как минимум адмиралом, но ни на какие задания, связанные с хотя бы небольшим риском, его не направляли. Наверное, папочка постарался, ведь он был поначалу против этой затеи, но потом смирился. Или не смирился, и теперь пытался вернуть сына в столицу таким вот образом.
Элез думал так же, когда направлял командованию рапорты, с просьбами направить его на "настоящее дело".
И когда такое дело ему подвернулось, он ухватился за него не задумываясь. Корабль как раз проходил плановую модернизацию и капитальный ремонт, когда капитану Мидлону Элезу предложили принять участие в важном научном проекте. На его корабль решили установить экспериментальный гиперпривод, который позволял на порядок повысить скорость гиперперехода. Но учёные сказали, что его нельзя применять на полную мощность в обычных перелётах. Слишком большая скорость при достаточно большой плотности звёзд становилась преградой для успешного маневрирования при движении. Это могло стоить корабля и жизни, но Мидлона заверили, что управление гиперпривода позволит летать на привычных скоростях, а новая, невероятная скорость нужна для его новой миссии. Исследования новой галактики.
Это была его мечта - стать героем, превратившим Галактическую Империю в Межгалактическую. А перелёт длиною в месяц на этом фоне казался просто пустяком.
В первом рейсе так и было. Настроение у всего экипажа было приподнятое. Вкус грядущих открытий и славы опьянял всех, от капитана до солдата, от учёных до чернорабочих.
Но новая галактика оказалась весьма мрачным местом. В первый рейс судно Элеза посетило 5 звёздных систем, и обнаружило 3 планеты, условно пригодных для жизни. Первая оказалась выжженной пустыней без каких бы то ни было следов воды и жизни. Вторая - просто мёртвым каменным шаром, испещрённым кратерами и лишённым атмосферы.
Последняя планета, вращающаяся вокруг красного карлика, была маленьким мирком с парой экваториальных континентов и одним полярным. Климат был умеренный, растительности довольно много, но самое главное - следы цивилизации.
В соответствии с планом действий, на планету была высажена группа учёных разных специальностей и рабочих, для проведения первого этапа исследований и усиленная рота охраны, для обеспечения безопасности. После проведения полного картографирования поверхности, корабль ушёл в гипер, взяв курс на базу.
Путь домой был долог, но он того стоил. После доклада о состоявшемся рейсе, Адмирал Корст немедленно произвёл Мидлона в командоры. Он сказал, что обнаруженные следы цивилизации означают только то, что другая галактика обитаема, а раз она обитаема, то её обитателей следует привести к Новому Порядку. А найденную планету следует колонизировать как можно быстрее, чем и займётся новоиспечённый командор.
Потом были 3
И вот уже месяц, как эскадра Мидлона рвалась через гиперпространство к планете, которой было суждено стать первой колонией в новой галактике. Эскадра конечно была скромной, виной чему была запредельная дороговизна и сложность производства новых гиперприводов. Одна штука стоила как 6 звёздных разрушителей, но без них новая галактика так и осталась бы недоступной.
Один стардестройер класса Империя-1, два эскортных фрегата Небулон-2В и 4 транспортных корабля типа АА-9, или как их ещё называли корусантские фрахтовщики, несшие по 10 тысяч колонистов со всем необходимым каждый. С такой разношёрстной флотилией ни в какой серьезный бой не вступишь, но и для всякого рода пиратов эта сила уже не по зубам. Одних истребителей в эскадре более сотни, а ещё бомбардировщики, для крупных целей.
Но скука накатывалась на командора всю последнюю неделю, потому что не происходило ровным счётом ничего. И чем больше затягивался гиперпереход, тем сильнее скука одолевала командора.
– Выходим в реальное пространство!
– доложил капитан Ропп, и бесконечные линии звёзд за окном снова сжались в точки. Скука наконец то ослабила свою стальную хватку, и командор вскочил с кресла и подошёл к ближайшему окну.
– Доложить о прибытии остальных кораблей.
– Эскортные фрегаты на месте. Первый транспорт на месте. Второй, третий, четвёртый.
– Эскадра в полном составе вышла из гиперпространства, командор. Ждём ваших приказов, сэр!
– Бодро отчеканил капитан.
– Отлично. Фрегатам занять позиции по бокам от флагмана и чуть позади. Транспортам занять место внутри клина. Тут хоть и пустынно, но расслабляться не стоит. И начинайте готовить челноки к высадке.
Над западным побережьем Океана разгорался рассвет. С орбиты вид изломанной береговой линии, со всеми реками, заливами и островами, которая всплывала из чернильной темноты, был поистине завораживающим. Как изображение на пикт-пластине, помещённой в раствор проявителя, проявлялись сперва синие, потом зелёные и красные цвета всех оттенков, гоня на запад причудливые тени. Наблюдать за рассветами и закатами, что ещё делать, вися в ожидании на орбите дикого мира? Особенно когда вся текущая работа уже сделана.
Капитан Аргос Уебб находил в этом зрелище свою особую красоту. Наблюдая, как по планете шагает рассвет, можно почувствовать её дух. Как утверждал старший среди корабельных техножрецов Магос Протей, в древности, когда человечество делало только первые робкие шаги с Терры в бесконечность космоса, это явление называли линией терминатора, якобы в честь бесконечной борьбы света и тьмы. И движение этой линии проявляло рельеф любой планеты в мельчайших подробностях. Плавно и степенно плывя по поверхности аграрного мира, отражая неторопливость тамошней жизни, или скача по шпилям городов ульев, затапливая низшие уровни тенями, кажущимися бесконечными, как пропасть между их обитателями, или же с натугой пробиваясь через бесконечную облачную пелену мира-кузницы, заливая планету равномерным тусклым светом, рассвет всегда был прекрасен.