Sweet dreams
Шрифт:
— Я понимаю, — говорит он. И было непонятно, что происходит. Всё нормально? Или он всё-таки обиделся? — Увидимся!
— Нет, подожди, — преодолев смущение, вдруг зовёт его Милли. — Думаю, я могла бы пойти с тобой. Только есть небольшая загвоздка. У меня тоже должен быть сеанс групповой терапии, но я понятия не имею, где она проходит. Ты мне не поможешь?
— Конечно, — с радостью соглашается Ноа. — В какой она комнате?
— 39В. Джо Кири, — отвечает Браун, вспомнив слова Наталии. Паренёк вдруг заулыбался ещё шире, если такое вообще было физически возможно. — Ты знаешь, где это?
— Разумеется, ведь
Милли сразу же расслабилась после этой новости, потому что это была такая удача, что там будет хотя бы одно знакомое ей лицо.
— Думаю, я мог бы сходить за десертом и позже. Идём?
Девушка радостно кивнула и попросила подождать её всего пару минут. Она попрощалась с удивлённой миссис Буоно, заполнила свою карточку посещения и вернулась обратно к Ноа.
Пока они шли до комнаты, паренёк рассказывал ей об их группе. Сказал, что Джо Кири — самый лучший наставник из всех, кого он знает, что он очень отзывчивый и добрый, а их группа очень маленькая, но сплочённая, и от этого Милли почувствовала себя почему-то неуютно. Как будто она собирается вторгаться в чью-то семью.
Когда они наконец-то добрались до места, то девушка увидела стоящие по кругу шесть стульев, один из которых занимал парень с пушистыми кудрявыми волосами. Он что-то читал, закинув лодыжку одной ноги на колено другой.
— Привет, Гейтен! — поздоровался с ним Ноа. — Знакомься, это Милли, она новый член нашей группы.
Гейтен поднял руку в знак приветствия, при этом не отрываясь от своего чтива.
Ноа занял один из стульев, а девушка хотела спросить, что не так с этим странным кудрявым парнем, но потом передумала и просто молча села рядом со своим новым другом.
— Приятно, что ты этого не делаешь, — вдруг говорит он после нескольких минут молчания. Милли удивлённо и одновременно смущённо посмотрела на него, понятия не имея, о чём он говорит. — О, не спрашивай.
— Что? — окончательно теряется она.
— Мы все находимся здесь по какой-то причине. Но знаешь, когда все задают тебе один и тот же вопрос «Что с тобой не так?», это очень раздражает. Приятно, что ты этого не сделала, хотя, в принципе, могла.
— Не буду врать, — начинает Милли, удобнее устраиваясь на стуле, — мне на самом деле интересно знать, но я понимаю, что, задав такой вопрос, буду вынуждена в какой-то момент сама на него ответить, а это далеко не самая моя любимая история, к тому же я сама ещё не до конца всё понимаю.
— Ты поймёшь и привыкнешь со временем, — подбадривает её Ноа. — Все всегда будут спрашивать тебя об этом, и поэтому уже разу к сороковому ты поймёшь, что это что-то вроде рутины, и тебя это не будет так сильно смущать. К тому же наш наставник заставляет нас рассказывать свою историю каждый раз, как только начинается новая неделя, и уж тем более каждый раз, когда в группе появляется кто-то новенький. Так что тебе тоже придётся рассказать сегодня свою историю.
Глаза Милли распахнулись из-за открывшейся перед ней ужасной перспективы. Она не хотела никому рассказывать, что с ней случилось, тем более группе незнакомцев. Это бы означало
Так, ей нужно сделать кое-что прежде, чем она расскажет им о том, что произошло с ней в прошлом месяце.
— Кстати, я должен тебе кое-что рассказать… — Слова Ноа доносились до неё как будто сквозь воду. — Милли? Ты в порядке? — с беспокойством спрашивает он.
— Да… да, мне просто нужно в туалет.
Она встала в ту же секунду и быстро вышла из комнаты в поисках ближайших уборных. Ей нужно срочно отдышаться и успокоиться.
Когда она наконец-то находит глазами заветную дверь, она чуть ли не бегом направляется к ней, ощущая, как начинает кружиться голова, как гудит в ушах, будто внутри неё что-то взрывается.
Но только она положила ладонь на прохладную матовую ручку, мысленно отсчитывая секунды до того момента, как она успокоится и всё снова наладится, как вдруг её остановила сжавшаяся у неё на плече рука.
— Миллстер?
Голос заставил её обернуться, хотя ей этого и не требовалось, чтобы понять, кто именно только что перехватил её.
========== Часть 3 ==========
— Миллстер? Что ты здесь делаешь? — спрашивает Финн.
Он смотрел на неё так, будто до конца не верил, что она не галлюцинация; он даже сжал сильнее её плечо, пытаясь окончательно убедиться, что она действительно реальна.
Милли в ответ лишь молчала — первый раз в жизни ей было абсолютно нечего ему ответить. Она просто обернулась к нему всем телом и смотрела на него с нескрываемым презрением.
— Ты приехала ко мне? Как ты узнала, что я здесь? — Пока он говорит это, его губы сами собой растягиваются в грустную улыбку.
— Я действительно не знала, Финн, — отвечает она, убирая его руку со своего плеча — чем меньше физического контакта, тем лучше. — В смысле… Я знала, что с тобой случилось, но я не знала, что ты здесь.
Глаза Финна расширяются, когда он получает от неё ответ.
— Я так понимаю, что в Чикаго уже все обсудили это, — произносит он с раздражением, неодобрительно качая головой. — Финн Вулфард — паршивая овца в семье; ушёл со своей языческой группой, оказался в сумасшедшем доме, попытавшись покончить жизнь самоубийством, а всё потому, что он перестал ходить в церковь. — Он практически точно передал сейчас те слова, что говорила тогда на кухне её мать. — Ты пришла от общины, чтобы помочь страдальцу? То есть, как хорошо, что хотя бы у тебя есть Бог над головой, Милли.
Выражение его лица меняется — очевидно, что он сильно злится, но Браун так просто не испугать.
— Ты всё такой же идиот, Вулфард. Прошло уже два года, а ты до сих пор не изменился. И почему-то это меня даже не удивляет.
Она разворачивается в нужную ей сторону, чтобы вернуться в комнату, где проходит терапия. Ей достаточно всего нескольких его предложений, чтобы понять, что он до сих пор застыл в том же дерьме, что и до этого. Что он всё такой же, каким был, когда они ещё учились вместе в школе.