Связанные

Раш Элли

Лифт вновь остановился. Мы вышли на широкую площадку.

— Миссис Престон спросила, не Воттер ли я. Я не стала отрицать, — пожала плечами и достала цепочку из-под футболки.

Маленький кулон в виде черепахи с малахитовыми глазами вызвал у Дрейка новый приступ удивления. Насмешливого.

Проследил, как я приложила кулон к электронному замку. Дверь, ведущая на крышу, открылась.

— Как к тебе попал ключ?

— Я не украла, глупый намек. Мисси Престон отдала. Сказала, ей он не нужен.

Ветер

ударил в лицо, растрепал волосы. Серое небо стало немного ближе.

— Это незаконно, Эл, представляться чужой личностью и проникать на крышу, — произнес Дрейк совершенно серьезно.

Повернулась к нему.

— Сдашь меня патрульным?

Он мягко улыбался, скользя взглядом по лицу.

Ветер бросил рыжие волосы, закрыв мне обзор. Потянулась их убрать и столкнулась с рукой Дрейка. Будто разряд тока пробежал по телу. Он подцепил у лба пряди, завел назад.

— Может отец не зря запирал тебя дома?

Приоткрыла рот с возмущенным смешком. Не удержалась, показала на Болдана указательным пальцем.

— Твоя улыбка больше не кажется мне очаровательной.

Развернулась под тихий смех Дрейка.

— Ладно, показывай, что здесь интересного. Где прячешь трупы, оружие, готовишь план по захвату мира.

— Хочешь стать соучастником или получить почет и славу за поимку особо опасного преступника?

— Только если будем сидеть в одной камере, но женщин и мужчин вместе не садят. Остается слава.

— Эй! — развернулась на ходу, продолжая медленно шагать спиной вперед. — Я догадывалась, что у тебя корыстный интерес ко мне, но чтоб настолько..!

Дрейк усмехался, а взгляд сместился за меня. Волнуется?

До края крыши далеко, не упаду.

Остановилась у самого классного изобретения. Прозрачная полусфера закрывала со спины и над головой небольшой удобный диванчик. Ее нижняя часть закреплена внизу на вращающемся механизме.

Можно смотреть в любую сторону, но удобнее всего поворачиваться по направлению ветра — полусфера защищает.

— У меня самый корыстный интерес, который только можно представить, — раздалось над ухом.

Закрытая от ветра спина покрылась мурашками. Исходящее от Дрейка тепло на контрасте казалось пеклом.

— Да? — сглотнула, разворачиваясь. — Какой же?

Дрейк поднял пакет с едой на уровень глаз.

— Накормить тебя, завладеть твоим вниманием увлекательной беседой, ввернуть несколько умопомрачительных шуток, перед которыми ты не сможешь устоять, засыпать честными, но банальными, комплиментами, и, в конце концов, влюбить тебя в себя, — он звучал серьезно. — Ну как, подозрения оправданы?

Черт, как он это… Как он это делает? Остается непринужденным, уверенным в себе, с легкой улыбкой и взглядом, демонстрирующим твердые намерения. И мне это нравится.

— Банальный план.

Просто скажи, что хочешь меня трахнуть.

— Хочу, — подтвердил Дрейк, слегка наклонив голову, наблюдая за моей реакцией.

Не думала, что он подтвердит вслух. И что теперь говорить? Кто дернул меня за язык?! Острый, когда не надо.

— Только всего остального мной сказанного это не отменяет, — добавил Дрейк, ничуть не помогая "убить" неловкость.

Открыла рот. Вдруг так потрясный ответ на языке появится?

Не появился.

Прокашлялась под пристальным взглядом, забралась на диванчик.

— Давай еду, я проголодалась.

Развернулась, чтобы ветер дул в спину и разбивался о полусферу. Поправила растрепанные волосы.

Сделаем вид, что этого диалога не было.

Ветер подхватил короткий смешок, мимолетно развеял его, будто и не было. О нем напоминала усмешка Дрейка.

Он покопался в бумажном пакете. Протянул мне один картонный контейнер, достал вилки и свою порцию.

От аромата бекона почти захлебнулась слюной. Режим питания стал отвратительным. Завтрак теперь просто слово, обед — как получится. Такими темпами можно переходить на питание солнцем и воздухом.

На диванчике свободно поместится еще один человек — между мной и Дрейком. Его присутствие здесь, где раньше всегда была только я одна, вызывает неконтролируемый поток мурашек. Здесь достаточно места, а ощущение, будто мы прижимаемся бедром к бедру. И как спокойно есть в такой атмосфере?

— У нас типа второе свидание? — неловкость пестрила всеми красками в каждом слове.

Вид на город отсюда обычно оказывал на меня лечебный эффект: плохие мысли отступали, любые терзания прекращались, время останавливалось и наступало спокойствие. Умиротворение. Когда жадно глотаешь воздух свободы, наблюдаешь загорающийся огни погружающегося в ночь Амока. Единственным темным пятном остается безжизненная полоса справа. Мертвые земли — их видно отсюда, они растянулись за границей столицы.

Сочетание жизни здесь и губительной пустоты там, одна из причин, почему могу сидеть на этой крыше часами.

— Романтика, — усмехнулся Дрейк и вновь занял рот едой.

Романтика… Пожалуй, почему бы и нет?

Крыша, вкусная еда и мы вдвоем. Идеально, должно быть. Еще бы истинность чувствовать… Тогда после еды или перед ней было бы, м-м, горячо. Так и без истинности это возможно. Вернее… Она ведь внутри нас, независимо от того, ощущаю я ее или нет. Ее в полной мере чувствует Дрейк, разве этого недостаточно?

Подцепила ломтик бекона, отрешенно его рассматривая. Будь мне некомфортно рядом с Болданом, я бы точно распознала неприятие. Будь он мне не симпатичен, не появлялась бы неловкость, мурашки и желание быть ближе. Как сейчас.