Связанные
Шрифт:
– Давно пора, Аид побери, – пробормотал Титус, грохоча ботинками по пещере.
Зандер надеялся, что этот ублюдок не вернется.
Один хороший удар, и…
Зандер попытался размеренно дышать и закрыл глаза, концентрируясь на руках Каллии и том, как она снимала с него одежду.
О, боги, это неправильно, но так хорошо. Грешно, эротично. Как в царском кабинете, когда она скользила руками по его обнаженному телу, проводя сокращенный осмотр. Зандер просто хотел, чтобы она ласкала его так же, как сейчас.
Демон побери, он вовсе не парализован,
Каллия провела руками вверх и вниз по его голой груди, вокруг свежей раны на плече, а затем вниз по правой руке. Электрический разряд пронзил его кожу. Зандер застонал – от удовольствия или боли, он толком не знал – и в то же время наслаждался ее прикосновениями.
Именно этого ему хотелось. Почему нельзя ею наслаждаться всю оставшуюся жизнь?
– Вот так, Зандер, просто расслабься, не сопротивляйся, – шептала арголейка.
– Вот, держи, – пробормотал Титус где-то поблизости.
Что-то острое кольнуло руку раненого, заставив открыть глаза. Его торс напрягся, затем все вместе – боль, ревность, ярость, – вышли из него через место укола. Он увидел лицо Каллии над собой, спокойное, сосредоточенное, сочувствующее. Ее тепло окутало его тело в кокон. Зандер каждой клеточкой старался впитать ее приятный запах. И аргонавт знал, что если целительница в самом деле прекращает его страдания, как предложил Титус, то, по крайней мере, это красивое, изумительное последнее ведение он, Зандер, унесет с собой в загробный мир.
– Да, вот так. Расслабься, – шептала Каллия, когда тьма охватила Зандера, и тот куда-то полетел.
Он был не в состоянии сопротивляться. Пещера стала тускнеть, пока вовсе не пропала из вида. И он больше не слышал ласковый голос Каллии. Вообще звуков. Исчезло даже биение его сердца.
Глава 9
– Ваш ужин, миледи.
Изадора подняла голову и вымученно улыбнулась Сафире, когда та поставила поднос с едой на диван.
– Я попросила Куки быстренько приготовить ваше любимое блюдо - жареного ягненка с картошкой.
Изадора закрыла книгу, лежащую у нее на коленях, и тихо положила ее рядом с собой на диван в гостиной своих покоев. Снаружи садилось солнце, заливая оранжевым светом Эгейские горы. Каким-то невероятным усилием принцесса сдержала дрожь в руке.
– Спасибо, Сафира. – Затем постаралась солгать: – М-м, пахнет божественно. Умираю с голоду.
Ее личная горничная не поверила. Она склонила голову на бок и поджала губы в неодобрении.
– У вас болезненный вид. Наверное, вам стоит поесть и сразу лечь в постель.
Изадора сегодня спать не собиралась и уж вряд ли заболела, всего лишь обзавелась новой прической и одеждой.
Не желая спорить, она притворно зевнула, прикрыв рот рукой, и сказала:
– Кажется, ты права. Надо поберечь зрение.
Сафира прищурила черные глаза, не сводя взгляда с лица госпожи.
– Гм.
Не собираясь сдаваться, Изадора взяла ложку, наклонилась над подносом
– Ням-ням, я была права – это божественно.
Когда тарелка наполовину опустела, Сафира наконец вздохнула.
– Пожалуй, я пойду, чтобы вы спокойно доели.
« Ну наконец-то».
Изадора улыбнулась.
– Хотите, чтобы я разобрала постель?
– Нет, не надо, мне хочется, чтобы еда усвоилась, так что немного почитаю перед сном.
Фырканье служанки ясно дало понять Изадоре, что Сафире не нравится план госпожи.
– Вам надо хорошенько отдохнуть перед церемонией обручения. Царь разочаруется, если вы не будете выглядеть на все сто.
Церемония обручения. Да, верно. Как будто об этом можно забыть.
– Спокойной ночи, Сафира.
– Спокойной ночи, миледи.
Изадора дождалась, когда входная дверь в ее покои закрылась, а затем открыла книгу на странице, которую скрывала от любопытной Сафиры. Оры – три богини равновесия, контролирующие жизнь и порядок. Они приносили и даровали зрелость. Сменяют друг друга, строго следуя закономерной периодичности природы и жизни. Идеальный баланс – вот их суть.
Принцесса провела ладонью по материи новых черных брюк, закрывающих метку на внутренней стороне бедра. Даже с закрытыми глазами Иза знала, где она.
Изображение отпечаталось в ее памяти – символ крылатой омеги. Все остальные аргонавты были отмечены символом альфы, но они с Кейси отличались.
У Избранных символы относились к пророчеству о бессмертном царствовании Аталанты. Но крылышки всегда сбивали с толку Изадору. Зачем крылышки? Ведь не просто так, наверняка у них есть какое-то значение.
Проклятье, ей так хотелось снова получить свою способность предвидения. Ее сводная сестра Кейси видела прошлое других, а сама Изадора – проблески будущего. Но заболев несколько недель назад, прямо перед тем, как сестры – Избранные – объединились, принцесса потеряла свои способности, которые, по непонятным причинам, еще не вернулись. Если бы она все еще обладала талантом, то поняла бы, что все это означает. И почему чувствовала сейчас такую тревогу.
Изадора часами вчитывалась в книги. И по какой-то непонятной причине она желала узнать ответы на свои вопросы до того, как ее заставят выйти замуж за Зандера. Что-то в глубине души подсказывало принцессе, что это важно не только для ее будущего, но и для аргонавта.
Она снова взглянула на текст со страхом и предчувствием. Лишь одному известно, что все это значит, только он может заполнить пробелы. Однако Изадоре вовсе не хотелось быть в долгу перед этим арголейцем.
Не дав себе передумать, Изадора встала и подбежала к большой гардеробной, примыкающей к ее спальне. Плащ-невидимка был спрятан в дальнем конце помещения под длинным шелковым плащом, который принцесса надевала лишь на официальные королевские приемы. Сняв волшебную одежду с вешалки, Изадора уставилась на легкую черную ткань, свисающую с ее рук.