"Святые" 90-е Пионер – Том II

Ветров Клим

Но работали парни серьёзно. Трое усердно тягали железо, один грушу околачивал, и ещё двое спарринговались в углу.

— Жди тут, — Шухер повысил голос, перекрывая музыку, и подошёл к дерущимся. Те прервались, и после минуты разговора, синхронно повернули головы в мою сторону. Шухер вернулся хмурый:

— Пошли.

— В чём дело? — я не сдвинулся. — Твои ребята работы не хотят?

— Пойдём, блин! — он схватил меня за рукав, но я вырвался, шагнул к магнитофону и дёрнул шнур. Тишина ударила по ушам.

—

Это чё за цирк? — мужик у груши развернулся ко мне, сжимая бинты на кулаках. Его майка промокла от пота.

— Музыка мешала, — буркнул я.

— Ты вообще кто такой? — поднялся со скамьи здоровяк с шеей как у быка. Свет падал так, что показалось его тень накрыла половину зала.

— Тот кто хочет предложить вам работу. — ответил я, чувствуя, как Шухер замер за спиной.

— Колян, ты что, не сказал своему другу что нам это не интересно? — скрестив на груди руки, шагнул вперёд один из той парочки к которой подходил Шухер, серьезный тип с наискось порезанным лицом.

— Сказал конечно, только друг не поверил. — вместо Шухера ответил я.

— Чего это?

— Подумал что вы, наверное, не поняли, я ведь готов платить хорошие деньги за опасную, мужскую работу, или вы заранее испугались?

— Испугались? — повторил тип с порезанным лицом.

— Разве нет?

— Если ты не понял, так я повторю, не интересно, иди отсюда, пока тебя не вышвырнули! — отвлекаясь от штанги, побагровел здоровяк.

— Ладно. Понял, не агрись так. Колян мне просто сказал что тут пацаны серьёзные собираются, а тут, оказывается, одни ссыкуны.

— Чё?! — тот, что у груши, рванул ко мне. Его кулак мелькнул в воздухе, но я успел всадить прямой в челюсть. Он рухнул на маты, будто мешок с песком.

Ну а дальше понеслось по-взрослому, я блокировал удар еще одного здоровяка, ответил апперкотом в солнечное сплетение. Шухер свалил того что выскочил сзади, но из соседней комнаты уже бежали ещё трое.

В общем, драка была жестокой, мы дрались как львы, хоть в итоге и проиграли, погребённые под грудой тел, задыхаясь от запаха пота и злости.

* * *

Но дрались не зря. Спустив пар, афганцы подуспокоились, узрев в нас достойных противников, которых стоит если не любить, то, как минимум, уважать.

И уже минут через тридцать после «свалки», я спокойно сидел на ящике из-под бутылок, прижимая окровавленное полотенце к брови, а напротив, на шатающемся табурете, ёрзал мой недавний противник, тип со шрамом через всё лицо. Его нос был сломан вправо, губы — разбиты в мясо. Он говорил, чуть шепелявя,

— Чё за предложение-то?

— Опасное, — бросил я коротко, сжимая полотенце так, что кровь просочилась сквозь ткань.

Тип со шрамом потянулся к бутылке с водой на полу, но передумал — пальцы дёрнулись к носу. Он сморщился, словно укусил лимон:

— Конкретнее можно? А то «опасное»…

Из

угла донёсся стон, один из афганцев схватился за распухшую руку.

— Патрина знаешь? — спросил я, переводя взгляд на потолок. Оттуда капала вода, оставляя ржавые подтёки на бетоне.

Тип хрипло рассмеялся, выплюнув сгусток крови:

— Ну.

— Его люди хотят меня грохнуть. Поэтому нужны ребята, которые умеют молчать и стрелять без вопросов. С деньгами не обижу.

Последовало долгое молчание, в зале было тихо, и наш разговор слышали все.

— А ты вообще, чьих будешь?

— Ничьих, но в данный момент бригадиром у Патрина тружусь, или, скорее, трудился.

— Странно. — старательно прищурился мой визави, изображая на лице работу мозга.

— Что именно тебя смущает?

— Почему он тебя грохнуть хочет, если ты на него работаешь? — сказал тип со шрамом, и повернувшись к Шухеру, спросил, — Может ты, Колян, пояснишь нам?

Шухер поднялся, охнул, хватаясь за бок, и старательно выговаривая слова — а ему хорошо прилетело в челюсть, произнес,

— Я ж говорил, нормальный пацан, не баклан какой, в деле ровный, за базар отвечает…

— А ты что, в деле с ним был?

Шухер посмотрел на меня, я кивнул, давая разрешение.

— Был, сегодня ночью мы вдвоем бригаду Жоры Лося как девочек спеленали, а потом к Патрину в гости наведались… Припугнули малость…

Афганцы замолчали. Лось хоть и не был звездой первой величины, но он работал на Патрина, а того на районе уважали. Так что заявление Шухера пришлось хорошо, дав этим суровым людям пищу для размышления.

— Ладно, — наконец заговорил тип со шрамом, — мы подумаем.

* * *

Обратно ехали молча, и только уже возле мастерской — а Шухеру нужно было заехать туда, он разговорился.

— Скорее всего согласятся. — сказал он, и долго пытался объяснить почему нас так приняли. Оправдывал, если в двух словах.

Будь я на месте этих парней, наверняка сделал бы так же. Ещё бы, они крутые ребята, можно сказать псы войны, а тут какой-то сопляк деньгами трясёт, и непонятно чего хочет. Да, неприятно, досталось мне неплохо, пару раз вообще от души приложили, но обижаться на такие вещи глупо, — назвался груздем, полезай в кузовок.

Доехав до мастерской, поставил машину на расчищенное от снега место. В мастерской мне делать было нечего, работала вторая смена, но и домой пока ехать не хотелось.

Зашёл вслед за Шухером, и почти у порога столкнулся с Борисычем.

— На ловца и зверь бежит! — заулыбался он, но увидев мою физиономию, осёкся.

— Кто это тебя так? — озадаченно уставился он.

— Производственная травма, забей. — отмахнулся я, не имея никакого желания объяснять.

Борисыч кивнул.

— Хорошо, забил, ты сейчас свободен?