Святая
Шрифт:
Я опускаюсь на место рядом с ним и роюсь в сумке, чтобы достать тетрадь и ручку. Я делаю глубокий вдох и медленно выдыхаю, поворачиваю голову из стороны в сторону, чтобы немного расслабить шею.
– День уже успел стать тяжелым? – спрашивает он.
– Ты даже не представляешь, на сколько.
В этот момент влетает Такер.
– Я тебя весь день ищу, - говорю я, пока он занимает соседнюю парту. – Ты только что приехал?
– Да. Проблема с машиной, - отвечает он. – У нас есть старая машина, на которой мы обычно ездим по ранчо и этим утром она не завелась. Если ты думала, что мой пикап
– Я никогда не думала, что «Блюбелл» - развалюха, - говорю я ему.
Он улыбается и прочищает горло. – И что ты об этом думаешь? У нас совместный урок, ты и я, и в этом году мне даже не придется никого подкупать.
Я смеюсь: - Ты кого-то подкупил в том году?
– Не официально, - соглашается Такер. – Я спрашивал миссис Ловелл из бюро, ответственную за расписание, не могла бы она меня перевести на историю Британии. В последний момент, то есть где-то за десять минут до начала занятия. Мы с ее дочерью друзья, она и помогла.
– Но зачем…?
Он смеется.
– Ты такая милая, когда долго соображаешь.
– Из-за меня? Да ну! Ты ж меня ненавидел. Я была той самой крутой калифорнийской цыпочкой, которая оскорбила твой грузовик.
Он улыбается. Я в недоумении трясу головой.
– Знаешь, ты псих.
– Ой, а я-то думал, что был милым, романтичным и так далее.
– Правильно. Так ты дружишь с дочерью миссис Ловелл? Как ее зовут? – спрашиваю я наигранно ревниво.
– Элисон. Хорошая девчонка. Она была одной из тех девушек, с которыми я был на выпускном в прошлом году.
– Хорошенькая?
– Ну, она рыжая. Кажется, меня тянет к рыжим, - говорит он. Я несильно бью его по руке. – Эй. А еще меня тянет к буйным. – Я снова смеюсь. И в этот момент я чувствую огромное разочарование, такое сильное, что это стирает улыбку с моего лица.
Кристиан.
Такое уже случалось раньше. Иногда, обычно, когда я меньше всего этого ожидаю, словно у меня появляется доступ к мыслям других людей. Как, например, сейчас, я ощущаю присутствие Кристиана по другую сторону от меня так остро, словно он прожигает во мне дыры своим взглядом. Я не понимаю, о чем он думает, но знаю, что чувствует – он замечает, как естественно я болтаю с Такером. Ему бы хотелось, чтобы я так же шутила с ним, чтобы мы, наконец, могли разговаривать друг с другом, наконец, объединились. Ему хочется, чтобы с ним я смеялась так же.
Кстати, знать такое – это реально отстой. Мама называет это эмпатией, говорит, что это редкий дар среди полу-ангелов. Редкий дар, ха! Интересно, можно ли вернуть его назад?
Такер заглядывает мне через плечо и, кажется, впервые замечает Кристиана.
– Как дела, Кристиан? Хорошо провел лето? – спрашивает он.
– Да, отлично, - отвечает Кристиан, и его разум внезапно отталкивает мой волной наигранного безразличия. – Как прошло твое?
Они пристально смотрят друг на друга одним из тех пресловутых тестостероновых взглядов. – Потрясающе, - говорит Такер.
В его голосе вызов. – Лучшее лето в моей жизни. – Я размышляю, можно ли еще сбежать с урока.
– Ну, летом всегда так, правда? – говорит Кристиан через минуту. – Но оно рано или поздно кончается.
Какое же облегчение, когда занятие заканчивается. Но
Вариант А: Как обычно. Столик Невидимок. Венди. Болтовня. Может, несколько неловкий разговор о том, что теперь я встречаюсь с ее братом, возможно, она задаст вопрос, что конкретно произошло в лесу в день пожара, на который я не знаю ответа. Она все еще одна из моих лучших подруг и я не хочу ее избегать.
Вариант Б: Анжела. Анжела любит есть в одиночестве и, обычно, люди позволяют ей это. Может, если я сяду с ней, они и мне это позволят. Но тогда мне придется отвечать на ее вопросы и выслушивать ее теории, которыми она атакует меня последние несколько дней.
Вариант С (на самом деле не вариант): Кристиан. Стоящий у стены в привычной позе и старательно не смотрящий в мою сторону. Он ничего не ожидает, не давит на меня, а просто хочет, чтобы я знала, что он здесь. Надеюсь.
Ни за что не пойду в его сторону.
А затем решение принимают за меня. Анжела устремляет на меня свой взгляд, поднимает руку и указывает на пустующий стул рядом с собой. Когда я не реагирую, она требует: - Иди сюда.- Командирша.
Я иду к углу, где она сидит, и опускаюсь на стул. Анжела читает маленькую, пыльную книгу. Закрыв ее, она через стол толкает ее ко мне.
– Просмотри, - говорит она.
Я читаю название. – «Книга Еноха»? [2]
– Да. Очень-очень странная старая копия, посмотри на страницы. Они тонкие. Нам нужно будет поговорить про ASAP. Но сначала…- она поднимает голову и громко зовет: - Эй, Кристиан!
2
Прим. пер.: знаменитое издание первой книги Еноха, содержащей апокрифы Ветхого завета. Вошла в канон эфиопской Библии и впервые была обнаружена в XVIII веке.
О. Мой. Бог. Что она творит?
– Анежела, подожди, не надо…
Она машет ему. Это может плохо кончиться.
– Что такое? – говорит он, как обычно, холодно и невозмутимо.
– Ты будешь есть свой ланч на улице, да? – спрашивает Анжела. – Ты всегда так делаешь.
Его глаза вспыхивают, когда наши взгляды встречаются. – Я думаю над этим.
– Хорошо, так, я не хочу нарушать твои планы, но думаю, ты, я и Клара должны встретиться после школы. В театре моей матери, в «Розовой подвязке», в городе. – Кристиан выглядит растерянным.
– Эээ, ладно. Зачем?
– Давай просто назовем это новым клубом, который я создаю, - говорит Анжела. – Ангельский клуб.
– Он снова смотрит на меня и да, в его зеленых глазах обида, потому что я пошла и разболтала Анжеле его самый большой секрет. Мне хочется объяснить ему, что если дело касается секретов, то Анжела хуже пиявки, совершенно невозможно скрыть от нее что-либо, но это не важно. Она знает. Он знает, что она знает. Ущерб нанесен. Я зло смотрю на Анжелу.
– Она такая же, - просто говорю я, в основном потому, что знаю, что Анжела хотела бы сама рассказать ему об этом, и я чувствую себя лучше, разрушив ее планы.
– И, очевидно, она сошла с ума.
– Кристиан кивает, как будто это откровение совершенно его не удивило.