Свой путь
Шрифт:
Девчонки сидели на своем диване грустные и подавленные.
— Ник, а обязательно было их убивать? — спросила Кини.
— А ты хотела, чтобы я вас им в аренду сдал? До утра или на пару часиков?
— Ник, ну что ты такое говоришь. Но ведь можно было их вырубить, что ли. Ты бы смог, я знаю.
— Наверное, смог бы. Но если ты слышала, он меня оскорбил, назвав быдлом. Так что смерть он заслужил. А у остальных были слишком наглые и мерзкие рожи, и их я тоже приговорил. Поэтому они все умерли.
— Но если бы ты их просто поколотил, нам бы не пришлось бежать со станции.
— Ну да, нам бы пришлось прорываться с боем. Если бы я их только избил, нас бы забрали в СБ
— Да, ты все мгновенно просчитал. Знаешь, Ник, ты всегда такой добрый и нежный, что я забываю, кто ты на самом деле.
— Не надо, Кини, не забывай. Я вам всегда говорил, что добрый и нежный я только с вами. Добрый я со своими. А для всех остальных я хищник, страшный хищник, которого лучше не трогать, и тогда он пройдет мимо. А вот если тронуть его или кого-то из его окружения… Ну, ты сама все видела.
— Да уж, — она подошла и уселась мне на колени, — так, значит, мы для тебя свои?
— Конечно.
— Ник, — она хитро улыбнулась, — а когда мы сможем разобрать наши вещи?
Нет, ну надо же, то истерила вовсю, то подавай ей ее барахло. Вообще-то все верно, лучше всего успокаивает женщину разбор только что купленных тряпок. И чем их больше, тем лучше.
— Кини, нам в гипере находиться еще сутки. Вот прилетим и перетащим все ваше барахло на корабль. До этого никак.
— Барахло. Понимал бы чего. Там такие замечательные платьица. А костюмчики — пальчики оближешь. Я тебе потом все покажу. И вообще мы тебе с девочками покажем, на что ты деньги потратил. Уверяю тебя, ты не разочаруешься.
Ну вот и все. Про тех мертвых придурков уже забыли. Тут же стали обсуждать какие-то кофточки, блузки, юбки. И что голубая блузка рыжей Берте не подходит, а Инге наоборот, и что вот та юбка, которая… Я шуганул Кини со своих колен.
— Знаете что, обсуждайте свои наряды без меня.
И я ушел к себе. Время было уже позднее, поужинать мы успели, так что пора и спать ложиться. Я прошел в спальню и лег на кровать. Да, денек был сегодня и в самом деле шебутной. Надо же, только несколько часов назад мы сходили с ума в аквапарке. Здорово там было. Жаль, не сможем сходить туда еще разок. И ресторанчик был классным. Вот ведь козлы. Не могли нарваться на нас через недельку. Мы бы хоть оттянулись там как следует. А то ведь, кроме магазинов, и не были нигде. Инга, наверное, и не поняла, что такое Содружество. Правда, по одной станции судить о Содружестве нельзя, но ведь она и станции толком не видела. А Кини еще спрашивает, обязательно ли было этих козлов убивать. Мог бы — еще раз убил, только не так быстро.
Мои рассуждения на этом были прерваны. Девчонкам, наверное, надоело обсуждать наряды, которые нельзя потрогать руками, и они ввалились ко мне. И не тихонечко, как обычно, а что-то обсуждая по пути. Стали спокойно, переговариваясь, раздеваться и по одной нырять в ванную. А из ванной ко мне в постель. И даже там не прекратили своих обсуждений. Я уж собирался их шугануть из своей спальни, но тут сначала Кини, а потом и другие как будто вспомнили, зачем они сюда пришли, и накинулись на меня. Не спали мы всю ночь. Даже ходили в кают-компанию пить чай посреди ночи. В чем мать родила. Вот бы увидел кто эту картину. Но, слава богу, кроме нас, на корабле никого не было. А к Саре и Десс мы настолько привыкли, что воспринимали их как что-то нематериальное. Да и в самом деле чего дроидов-то смущаться. Одна только Инга старалась все-таки как-то прикрыться, да и то не особенно. Зато потом практически весь день проспали. Только сходили один раз поесть.
Из постели поднялись вечером. Скоро должны были уже прилететь. Поплескались в бассейне и отправились ужинать. Ужин получился довольно поздним, ну да нам полночи работать. Ну не нам, конечно, а мне, но девчонки собрались ожидать меня в кают-компании. Ну да, ведь притащат их драгоценный груз. Вряд ли они вообще сегодня спать пойдут.
Прошли с Ингой в рубку. Инга сегодня за пилота. Вышли из гипера. Инга сделала доклад. Да я сам все вижу. Но пусть тренируется. В системе было вообще столпотворение. Ну, правильно, в следующей системе уже империя. Так что кораблей снует туча. Да и станция покрупнее предыдущей. Вот бы спуститься на нее. Но нельзя. Наверняка о нас уже сообщили. Правда, нас так быстро нигде не ждут, но ну его на фиг, лучше не рисковать.
По краю системы мы подобрались к небольшой кучке астероидов. Залетели за тот, что покрупнее, и я занялся погрузочно-разгрузочными работами. Все барахло из фрегата перевез на корабль, а с корабля на фрегат перетащил все криокамеры. Потом отстыковал фрегат от корабля и посадил его на астероид. На боте перелетел на свой крейсер. Потом вылетел из-за астероида.
— Никитич, сейчас отлетим системы на три отсюда вдоль границы с империей. Потом через их ретрансляторы свяжемся с абонентом в Арваре. Но так, чтобы нас не засекли. И тем более не подслушали.
— Сделаю.
Потом я связался с диспетчером станции и объяснил ему, где находится фрегат с рабынями. Он все пытался выяснить, кто я такой и где нахожусь. На что я его просто послал. Потом дождался вылета патрульного крейсера. Когда понял, что он летит правильно, как раз к фрегату, я разогнался и ушел в гипер. И пошел спать, велев Никитичу разбудить меня рано утром. Но перед этим разогнал по каютам своих барахольщиц.
Эту ночь проспал спокойно, один. Видно, девчонки никак не могут налюбоваться на свои приобретения. Никитич меня поднял рано утром. По корабельному времени было шесть часов утра. На станции, где мы так здорово развлекались, было восемь, значит, и в Арваре сейчас восемь. Или девять? Уже не помню, как соотносятся часы в разных империях. Ну и ладно. Все равно еще утро, и капитан, наверное, дома. Если он вообще дома, а не болтается где-нибудь в космосе. Дал задание Никитичу попытаться связаться с капитаном. А сам пошел в кают-компанию и заказал себе чаю. Только сделал пару глотков, как Никитич доложил, что связь установлена.
— Привет, капитан. — Я с удовольствием разглядывал сонную физиономию капитана. — Ты уже опух от сна. Просыпайся.
— Ник, здорово, — наконец пришел он в себя, — где ты?
— Далеко. Как вы там?
— Да мы-то хорошо. У нас все тихо и спокойно. Как сам? Как Кини?
— У меня тоже все нормально, а Кини дрыхнет у себя в каюте. Сейчас ее позову. — Я велел Никитичу разбудить Кини и гнать ее быстрее в кают-компанию.
— Не женился еще, капитан?
— Нет, но дело к тому идет. Одна из наложниц залетела, вот на ней и женюсь, наверное.
— А родственники что скажут?
— Да пошли они.
Тут в кают-компанию вошла сонная Кини. На ней были какие-то коротенькие шортики и прозрачная маечка. Все, видно, из последней коллекции. Наверно, вырубилась прямо за примеркой.
— Ой, дядя Дэр, здравствуй.
И пошел разговор двух родственников. Кини интересовалась какими-то двоюродными и троюродными братьями и сестрами, ну и родными тоже, конечно. Спрашивала о дядях и тетях. Бабушках и дедушках, как родных, так и не очень. Целый час, наверное, его терроризировала. Правда, об отце не спросила ни разу. Видно, все-таки не простила.