Сводные
Шрифт:
Поправив губную помаду и прическу, девушка подхватила клач и вышла из уборной. Она во всю придумывала, что скажет Метельскому, как только они окажутся в машине, что не заметила мужчину, поджидавшему её в одном из закаулков, пока он не схватил её за руку. И, прежде чем она успела отреагировать, Юля оказалась зажатой между стеной и его телом.
— Скучала, любовь моя? — прошептал Олег, удерживая её запястья своими руками.
Она отвыкла от его внимания. Первые годы после свадьбы он вообще не появлялся в стране, затаившись где-то, пока о скандале не забыли. Он появился в тот момент, когда его отец объявил о готовности участвовать в следующих выборах. Юля не знала, что
— Отпусти меня, пока я закричала, — пригрозила она, отводя голову так далеко от его лица, как позволяла стена за её спиной. — Хочешь еще один скандал?
— Только если его хочешь ты? — язвительно ответил на её угрозу блондин. — Хочешь, чтобы я рассказал прессе, что семья Метельских — это просто пустая картинка и наследника у них даже гипотетически не получится, учитывая, что он тебя и пальцем не тронул за всю вашу совместную жизнь.
Юля закусила язык, чтобы не спросить, откуда ему это известно. И так было понятно, что у него был свой человек в их самом близком окружении. Но кто? Кто мог знать о происходящем так много, чтобы держать его в курсе их с мужем личной жизни?
— А ты свечку нам держал? — поинтересовался холодный отстраненный голос, заставивший Олега разжать руки достаточно, что она смогла вырваться и отступить от него.
Сережа едва сдерживал гнев, чтобы не наброситься на мужчину здесь и сейчас. От одной мысли, что это чудовище удерживало Юлю прижатой к стене, у него заволакивало кровью глаза. Хотелось убивать. Он бы может и не сдержался, если бы не её испуганный взгляд. В эту же минуту с ним случилось то, что случалось всегда — собственные порывы уступили перед желанием дать ей то, в чем она нуждалась. Поэтому он протянул к ней руку, ожидая, чтобы она подошла к нему. Девушка думала всего секунду, но и она показалось ему вечностью. В какой-то момент он реально испугался, что подорвал её доверие настолько, что она больше не могла ему верить. Но она сдвинулась с места и послушно встала рядом с ним, позволяя ему увлечь её за свою спину.
— В этом не было нужды, — усмехнулся он, глядя на Сергея с презрением.
Олег раньше не знал, что способен так ненавидеть, пока не познакомился с этим мужчиной. Он разрушил его генниально выстроенный план, отобрав то, в чем Ковальский нуждался. Чего желал больше, чем всю власть, что дал ему отец. Была бы его воля он бы плюнул на все и просто забрал бы девчонку туда, где никто не смог бы её найти. Успокаивал лишь тот факт, что он был уверен, что Сергей и пальцем к ней не прикасался. Но вот это высказывание Соколова о ребенке… Он просто не смог сдержаться.
— Держись подальше от моей жены, чокнутый ублюдок, — выплюнул Сережа с неменьшим отвращением. — Иначе, клянусь Богом, я убью тебя.
Улыбка слетела с губ Ковальского, обнажая ровные белые зубы в оскале.
— Пустые угрозы, — выплюнул он, не отводя взгляда с маленькой фигурки в черном платье, что пряталась за спиной мужчины. — До встречи, любовь моя.
Сережа проследил пока Олег не скрылся за ближайшим поворотом, прежде чем развернуться к Юле. Его глаза
— Когда это началось? — буквально прорычал он, заметив, как бледность испуга медленно сходит с её лица. — И не ври мне, что это был первый раз, когда он угрожал тебе.
Юля встрепенулась, отшатываясь от супруга. Она не ожидала, что получит вспышку гнева в свой адрес. Словно это она была виновата в том, что Олег проявлял к ней заинтересованость.
— Это был первый раз, когда он подошел с момента своего возвращения, — честно призналась она. — Но я замечала, что он иногда наблюдал за мной.
Сережа поджал губы, чтобы сдержать рвущиеся наружу нелицеприятные выражения.
— Почему Максу не сказала? — прорычал он.
Настала очередь девушки нервно поджать губы. Ну как она могла ему признаться, что просто струсила говорить Горему. Ведь откройся она тогда и он мигом бы все рассказал Метельскому. А привлекать его внимание к своей персоне она хотела меньше всего.
— Не думала, что все серьезно, — соврала она.
Он внимательно посмотрел на неё и кивнул, хоть и не поверил не единому слову.
Звук разбивающегося дорогого фарфора оглушил огромный особняк, когда эмоции вскипели в невысокой светловолосой девушке. Всегда уравновешенная и серьезная, она замахнулась и изо всех своих сил бросила на пол тарелку, что уносила со стола. Она просто больше не могла молча терпеть. Ситуация вышла из-под контроля, не позволяя более сдерживать в себе многочисленные обиды и взаимные претензии.
— Юля, ты сошла с ума? — взорвался высокий мужчина, подбегая к девушке.
Она вздрогнула, когда он схватил её за плечо и резко дернул на себя. Девушка честно пыталась сопротивляться, но Сергей был намного сильнее неё, поэтому, даже не прилагая особых усилий, обернул ладонь вокруг тонкой талии и перенес её на свободный от осколков пол. Как только босоногая девушка оказалась в безопасности, он резко отпустил её и отошел на несколько шагов, словно одно прикосновение к ней раздражало его. Она вздрогнула, уловив на себе взгляд его пронзительно голубых глаз, глядящих с практически физически ощутимой ненавистью. Юля знала, что этого мужчину стоит бояться. Она видела, на что он способен в гневе.
Этот человек пугал её, но она скорее собственноручно совершит харакири, чем признается ему в этом и покажется слабой. Хватит, время унесло тот период её жизни, когда она могла позволить себе слабости.
— Это я сошла с ума, Сережа? Я? — закричала она, впиваясь ногтями в собственные ладони, чтобы удержать себя от порчи ещё чего-то ценного, чего полным-полно было в этом особняке, который она должна была считать домом. — Ты обещал, что этого не будет. Что до этого не дойдет! Ты даже не спросил, согласна ли я… Просто принял его приказ!
Мужчина рыкнул, поскольку ссоры с этой женщиной всегда доводили его до белого колена. Она словно знала тайный код к его мозгу и, не стесняясь, из раза в раз его подрывала. Но, что трогало его сильнее её саркастичного тона и показной самостоятельности, это обвинение в зеленых глазах той, которая абсолютно не имела на этого прав. Не ей обвинять его в чем-то! Сергей половину своей жизни провел, стараясь сделать её жизнь легче и краше.
— Я не обязан спрашивать твоего разрешения относительного этой стороны нашего бытия, милая жёнушка, — выплюнул он последнее слово так, словно это было худшее в мире ругательство, но она даже не отреагировала на его укол. К этому она привыкла. В этом аду она жила последние три года. — Ты должна быть на моей стороне. Муж и жена — одна сатана, так говорят же.