Сводные враги
Шрифт:
Владимирович — нормальный мужик, пару раз даже прикрыл нас перед директором. Все ребята с ним в хороших отношениях, включая меня. Но сегодня он раздражает меня до скрежета зубов, почему-то.
Никогда в жизни не ждал звонка, как сегодня. Я буквально считал секунды. Мышцы горели огнём, но внутри сильнее, будто по венам не кровь текла, а кипяток.
Так будь добр, не говори со мной.
Врезаются слова этой мышки в голову. Да кто она такая, чтобы так себя вести со мной? Я тоже хорош, какого чёрта подошёл к ней? Да если
Прозвенел звонок и он бальзамом прошёлся по моему телу. Физрук направился к выходу, но по пути бросил странный взгляд на Еву, а её лицо снова озарилась улыбкой. С непонятным чувством внутри, я пошёл вместе с ребятами в раздевалку. Потом на урок литературы.
— Может обратно в деревню? Не скучаешь по своим коровкам? — доносится голос Смирновой, когда захожу в класс. Стервятники уже окружили её.
— Я думала, что буду скучать, но… Тут тоже самое, — улыбается мышка. — В деревне был курятник, так вот у кур есть главная курица и петух, за которыми следуют остальные. А чужаков они не любят, сразу начинают носиться по курятнику, кудахтать, — ещё шире расплывается в наглой улыбке.
Она сейчас реально договорится.
— Не понял. Она наш класс назвала курятником? — вмешался Тихонов.
— Я так не говорила, просто вы так себя ведете. Что за желание у вас унизить человека? Если не нравлюсь, то просто можете меня игнорировать, — хмыкнула Ева и села за свою парту. Она явно не намерена отступать и давать себя в обиду.
Не стал влезать, потому что с ней я буду разбираться лично, без лишних глаз. Чтобы чувствовала страх, панику, только при виде меня. Хочу, чтобы всё её внимание было направлено в мою сторону, остальные должны быть для неё тенями. Надо будет написать в наш общий чат, чтобы не трогали.
Их словесную перепалку прервала Елена Николаевна, которая грозным видом вошла в класс.
— Дети, садитесь на свои места, - сурово потребовала она.
— Какие мы дети? Я, между прочим, настоящий мужчина, — обиженно заявил Тихонов.
— В каком месте? — посмотрела на него Елена Николаевна, поправляя свои очки.
— Не могу показать, вот были бы вы на несколько лет моложе, хотя, вы и сейчас шикарная чикуля, — подмигивает одноклассник, вызвав смех в классе.
— Чикуля? Тихонов, вы режете мой слух, лучше молчите, — махнула рукой и села на своё место. Она снисходительно относится ко всем ученикам, и часто бывает с нами на одной волне.
Она рассказывала новую тему урока, а я невольно смотрю на Еву. В отличие от меня, мышка полностью сосредоточена на уроке. Конечно, тут же нет накаченных физруков. Только сорокалетняя женщина в очках.
— Основная мысль — искренняя любовь существует, нужно только уметь ее замечать и принимать, — отвечает на вопрос учительницы, которую я не слушал.
— Умничка, Василькова, — смотрит в журнал и добавляет. — Что ещё можешь нам рассказать?
— Любовь, по мнению Куприна — это крайне опасное чувство, которое может привести человека к самому печальному финалу. Но в то же время
— Всё правильно. Вижу, что тебе нравится читать, похвально, — довольно кивает Елена Николаевна.
— Да, я очень люблю читать. Особенно про любовь.
Я не мог сдержать смех, вспомнив, какую литературу она любит читать. От такой литературы у нашей учительницы очки бы вспотели, да не только очки.
— Что-то хочешь сказать нам, Артём? — обратилась ко мне учительница, услышав мой тихий смех.
— Мне тоже нравится про любовь. Только я предпочитаю смотреть то, что читает Василькова, — бросаю на неё лукавый взгляд.
У нее ноздри раздуваются и челюсть сжимается, она поняла мои слова. Остальные нет.
— Не знала, что ты такой романтик, — с долей восхищения сказала учительница.
В итоге оказалось, что Ева не глупая девушка из деревни и на всех уроках получала похвалу от учителей. Надо потом заставить ее делать за меня домашнюю работу Пока она держится колючим ёжиком, садясь в машину.
— Ты сегодня глаз не сводила с нашего физрука, — прерываю наше молчание.
— Тебе какое дело? — огрызается.
— Все знают, что ты моя сводная сестра, не хватало мне ещё такого позора. Что ты крутишься вокруг взрослого мужика.
— А ты значит не позоришь никого?
— Нет, — отвечаю коротко.
— А то что учительница истории у тебя…кхм…, — краснеет и пытается подобрать слова.
— Что у меня? Договаривай.
— Ртом доила, вот что! — рявкает.
— Доила? Это называется не так, — не смог сдержаться и рассмеялся, искренне, по настоящему.
Мы взглянули друг на друга всего на секунду, у меня на лице уже исчезает улыбка, и я снова поворачиваю голову, пристально смотря на дорогу.
— Я ей нравлюсь, сама ко мне полезла. А он взрослый мужчина, который на тебя не посмотрит, — произношу так, будто сам себя утешаю.
— Сегодня он смотрел только на меня, поэтому ты сильно ошибаешься, — уверенно сообщила, скрестив руки.
Волна снова накатывает меня и сильнее сжимаю руль.
— Вот дура. Зачем ему смотреть на тебя?! У него возможность подцепить любую красотку. А ты даже на девушку не похожа…бабуля. А издалека вообще…бомжара. Убогие не вызывают интерес у мужчин, — выделяю каждое слово, чтобы задеть по больнее.
Как только машина останавливается, она выскакивает из машины, сильно хлопает дверью и громко произносит, дрожащим голосом:
— Ты просто урод! Ненавижу! — и сразу убегает прочь.
Глава 8
Считалось сильным сердце у меня
Его словами попробуй одолеть!
Но стало вдруг беспомощным оно….
Бессильным перед жестокостью твоей!