Сводные братья

Твинн Саманта

Он снова качает головой, но, когда я сжимаю его член, мужчина стонет.

– Только одну ночь, и ты никогда не увидишь меня снова, – это моя последняя попытка. Я хочу его, но я не буду умолять.

– У тебя есть верхняя одежда? – спрашивает он, и я знаю, он мой.

Сейчас мне лишь нужно оседлать волну.

ГЛАВА 6

Флинт

Комментатор: Это была полная победа, Флинт. Как

вы себя чувствуете?

Флинт: Я чувствую себя довольно-таки хорошо. Саксонец⁶ оказался хорошим бойцом, и завалить его было не так-то просто.

Комментатор: Да, пару раз он заставил нас поволноваться о том, что сможет победить тебя.

Флинт: Но ты знал, что он не сможет, не так ли?

Комментатор:[Смеётся] Да уж, слава бежит впереди тебя, Флинт.

Флинт: Думаю, да. Хотя, всё ещё есть люди, которые думают, что такой парень, как этот саксонец, может победить.

Комментатор: Но ты не волнуешься, что тебя победят.

Флинт: Я тебе кое-что скажу, Эдди. Я занимаюсь борьбой так долго, что никто не помнит, когда я начал. Я, вероятно, с борьбой выбрался даже из лона матери. Это живет где-то глубоко во мне, бушует внутри меня. Некоторые люди делают это, чтобы заработать деньги. Я делаю это, потому что, если бы не делал, то сошел бы с ума. Я живу боем. Я дышу боем. Я мечтаю о боях. Это всё для меня. И пока передо мной не окажется некто с такими же взглядами, я не буду волноваться.

Комментатор: Итак, чем планируешь теперь заниматься?

Флинт: Тренироваться, есть, спать и ещё больше тренироваться.

Комментатор: В твоем расписании нет времени для женщин?

Флинт:[Смеётся] Это означает тренироваться с пользой, Эдди.

Комментатор: Ну что ж, вы услышали это первыми, друзья. Тренировка с пользой. Это должно быть новый термин в MMA⁷. Вернемся в студию.

* * *

– Я могу снимать микрофон? – спрашиваю парня техника, который сидит рядом с камерой.

– Конечно, я сниму, – он делает шаг вперед и начинает отсоединять аудио оборудование, пока комментатор суетится со своим галстуком.

– Спасибо, Флинт, – говорит Эдди. – Ты хорош. Зрители любят тебя.

– Ты имеешь ввиду мои дерзкие выходки, – говорю я.

– Не только, – смеется он. – Я видел без камеры. Ты любишь быть в центре внимания.

– Виноват, – отвечаю я, сияя поддельной улыбкой, которую он хочет увидеть.

Он видит мою браваду и думает, что я такой и есть. Возможно это так, до определенной степени. Когда ты растешь без заботы и внимания, которые нужны каждому

ребенку, чтобы расцветать, ты находишь другие способы получать внимание. Кто, мать твою, знает, кем бы я стал, если бы моя мать не была таким ничтожеством, а отец не сломал свою жизнь. Если бы родился в одной из тех идеальных американских семей, которые показывают по телевизору, может быть, я был бы ботаном, который любит комиксы и делает домашнюю работу. Если бы не приходилось защищаться от подонков, присутствующих в моей жизни, возможно, внутри меня не было бы этого беспокойного гнева.

– Привет, Флинт, – оглянувшись, я вижу Рэда с моими вещами. – Ты готов идти?

– Да, я всё здесь закончил.

– Время для вечеринки, да, Флинт? – говорит Эдди, подмигивая мне. Ему около шестидесяти, но со своими зализанными назад волосами и распухшим и красным от выпивки лицом он похож на старого вымытого извращенца.

– Да, мужик, – отвечаю я. Я мог бы сказать ему правду, что я никому не нужен после боя, но он не это хочет услышать от меня. Никто не хочет знать о тяжелой работе и самоотверженности, которые необходимы для того, чтобы делать то, что я делаю. Никто не хочет знать о жертвах.

Никто не хочет узнать настоящего меня. Когда я отмахиваюсь от гламура этой жизни, надеваю футболку и джинсы и возвращаюсь к моему брату, это настоящий я. Когда я и Рэд прыгаем в машину, несемся в спортивный клуб в центре города, чтобы прихватить гамбургер и пива, это я настоящий. Когда у меня появляется огромное желание вернуться в наш старый район, потому что у меня в голове застряли те дни, и я не могу их отпустить, это настоящий я. Когда я просыпаюсь ночью, потому что мне приснилось, что мой брат мертв и у меня нет семьи, это долбаный ад.

Я следую за Рэдом сквозь толпу, поднимаю капюшон и иду вниз.

Несмотря на то, что я устал, как собака, жажда драки ещё остается во мне. Может быть, она всегда будет во мне, пока мои демоны будут мучить меня.

ГЛАВА 7

Ривер: Если бы ты могла загадать одно желание, что бы ты пожелала?

Рейвен: Много желаний.

Ривер: Смешно. А серьезно?

Рейвен: Семью. Настоящую семью.

Ривер: У тебя её нет?

Рейвен: Нет, только я одна.

Ривер: Но кто-то должен был быть около тебя, пока ты росла.

Рейвен: Были люди, которые порой были рядом. Готовили куриные ножки и замороженную пиццу. Покупали для меня самую дешевую одежду, которую только могли найти. Прикарманивая оставшуюся часть пособия, которую они получали для моего обеспечения, тратя на выпивку и пачки сигарет.

Ривер: Я знаю всё об этом.