Свод Хаммурапи
Шрифт:
Маша потушила сигарету в пепельнице, поднялась.
— Где она находится?
— На Чистопрудном бульваре. — Я не имела права скрывать от своей клиентки такую информацию. — На пятом этаже.
— Большая?
— Да. Четырехкомнатная.
— Сколько она может стоить? — Я подумала, что у Маши деловая хватка. Естественно, быть женой бизнесмена и ничему не научиться практически невозможно. С другой стороны, ее можно понять. После исчезновения мужа она осталась без средств к существованию.
— Я
— У кого ключи?
— Теперь у руководителя следственной группы, они решили поставить новые замки.
— Зачем?
— Старые ключи мог взять убийца. Они не хотят, чтобы он там побывал.
— Я могу посмотреть эту квартиру? — Маша достала вторую сигарету.
— Насчет этого нужно поговорить с Рындиным. Я попрошу у него разрешения.
— Спасибо. Что еще?
— Еще я побеседовала с вашим водителем Равилем и с Бертой Иосифовной. Мне хотелось бы встретиться и с двумя другими водителями. Это возможно?
— Конечно. Шурик здесь, а Петр Петрович уехал домой. Но можно ему позвонить, он приедет, если нужно.
— Не нужно. Я завтра с ним увижусь.
Маша снова щелкнула зажигалкой. Выпустила струю дыма. Было заметно, что она волнуется.
— Кто еще знал о квартире?
— Даже не представляю. — Я не собиралась говорить ей про секретарей, иначе их уволили бы уже завтра. Девочки не виноваты, что знали о квартире, и еще больше не виноваты, что не сообщили о ней супруге своего шефа.
— Вы думаете, что исчезновение Вадима Евгеньевича связано с этой квартирой? — задала вопрос Маша.
— Не знаю. Не уверена. Но проверяю все его связи.
— Понятно.
Сверху послышались голоса ребенка и няни. Маша вскинула голову.
— Уже поздно! — несколько истерично крикнула она. — Пора спать! Римма Константиновна, уложите девочку в постель! Право, не знаю, что делать с этой няней, — возмущаясь, поделилась Маша с нами. Потом встала, вышла из гостиной, и было слышно, как она начала подниматься наверх в детскую спальню.
Николай подошел ко мне и укоризненно произнес:
— Нашли о чем ей говорить! Она же теперь с ума сойдет от ревности. Решит, что Вадим встречался там с разными женщинами. Зачем вы вообще рассказали об этом моей сестре?
— Она наследница первой очереди, — объяснила я этому тугодуму. — И любое обнаруженное имущество ее мужа должно принадлежать ей. Я, как ее адвокат, не имела права утаивать от нее такую информацию. Как бы больно ей ни было.
— Маша будет переживать, — примирительно проговорила Валерия, — но ты поступила правильно и честно.
Кто бы говорил! Но я сдержала себя. Наверху продолжали разговаривать, и я вышла
— Вы давно работаете с вашей хозяйкой? — Мне нужно было успеть задать ему несколько вопросов до того, как она спустится вниз.
— Уже несколько лет. Года два или три, — ответил Шурик.
— Вы обслуживаете только Марию Антоновну или работали и с ее мужем?
— Нет. Я работаю только с ней.
— Вы никогда не ездили с ней на Чистые пруды?
— Куда?
— На Чистые пруды. Может, вы отвозили туда Марию Антоновну?
— Нет, вроде не отвозил. И вообще туда не ездил.
— А в офис к мужу она часто ездила?
— Почему вы меня спрашиваете о ней? Я не буду отвечать на ваши вопросы.
— Я ее адвокат, — терпеливо напомнила водителю, — и делаю все только в ее интересах. Вы часто возили Марию Антоновну в офис ее мужа?
— Никогда. Ему не нравилось, когда туда приезжала жена.
— А кто-нибудь из сотрудников аппарата Стрекавина приезжал к нему домой или на дачу?
— Только Николай Антонович, — улыбнулся водитель.
— Вы хорошо знали Артура?
— Конечно. Мы же вместе работали.
— Он часто приезжал сюда?
— Почти каждый день.
— И охранял только Вадима Евгеньевича?
— Не только. Иногда ездил с нами, когда Стрекавин улетал в командировки. Ездил вместе со мной за девочкой.
— У него было оружие?
— Было, но ему выдали разрешение.
— А глушитель у него был?
— Что?
— Глушитель, — терпеливо повторила я.
— На какой машине? — не понял меня Шурик.
— Не на автомобиле. На пистолете.
— Не знаю. Никогда не видел.
Кухарка стояла к нам спиной, но я видела, что прислушивалась к нашему разговору. Обычно кухарки многое знают. И я собиралась задать ей пару вопросов, но тут на кухне появилась Маша.
— Дочка не хочет ложиться спать вовремя, — с возмущением сообщила она. — У вас есть еще ко мне вопросы?
— Нет, — ответила я. — Завтра я попрошу показать вам квартиру.
— Будет очень любезно с вашей стороны, — холодно отозвалась Маша. По-моему, она почувствовала себя оскорбленной, узнав про эту квартиру. И поняла, что ее долгое время обманывали.
В коридоре уже стояла Валерия, собираясь вернуться в город вместе со мной. Николай сидел на диване и даже не встал, чтобы нас проводить. Мы с моей подругой вышли из дома. Рядом на площадке под навесом стояло несколько автомашин: «Мерседес», огромный «Лексус» и «Ситроен». Я подумала, что смерть от голода Маше не грозит. Мы с Валерией расселись по своим автомобилям.