Свободна
Шрифт:
— Василиса должна была меня вписать в список тех, кто может забирать Славу, я Купцов Владислав Игоревич, проверьте. Опека мне доверила временную опеку, мама девочки, моя жена, она сейчас в больнице, — быстро отреагировал я, протягивая заветную бумагу.
Не зря носил её с собой во внутреннем кармане. Воспитательница прочитала справку, выданную в опеке, и вернула её мне со словами:
— Всё хорошо, извините, я просто не знала. После обеда сегодня первый день вышла и меня никто из коллег не предупредил, —
— Вот, Алина Михайловна, — тёзка протянула воспитательнице пижаму.
— Ой, милая, это не мне. Дяде тёзке отдай, — с улыбкой попросила воспитательница и обратилась ко мне. — Нужно купить новую пижаму, эта уже маленькая.
— Хорошо, мы купим сегодня же! — пообещал я, мимолётом изучив меню на завтра.
Утром была как раз была ненавистная Славой творожная запеканка.
— Мы завтрак завтра пропустим, — объявил я, поймав во взгляде воспитательницы искреннее удивление. — Слава творожную запеканку не любит просто, дома позавтракает, — объяснил я.
— Да, я знаю, удивлена, что вы в курсе и вас это заботит, — кивнула воспитательница и ушла в группу.
— Странная она у вас, — обратился я к тёзке, она пожала плечами, и мы пошли одеваться.
Пижама, ставшая маленькой, предрешила наши планы на вечер. Я повёз Славу в торговый центр.
— Сначала шопинг или поедим вкусной вреднятины? — спросил я, когда мы шли к эскалатору.
У Славы загорелись глаза, а на лице расплылась ехидная улыбка.
— Детский мир на втором, сначала туда, а вреднятина на четвёртом, значит, туда после, — с умом рассудила тёзка.
— Соображаешь! — оценил я и отбив пять мы поехали на второй этаж.
В детском мире всё, казалось, было для девочек. Розовый взрыв в белом, много блёсток и прочей красоты. Я наивно думал, что выбрать пижаму будет просто, но куда там.
— Как тебе эта? — снял с вешалки белую в розовый горох пижаму слитную.
— Нет, такое нельзя, — отбраковала слав, копаясь в пижамных рядах с умным видом.
— Почему?
— А в туалет же как? И это же кнопки, они отрываются! — отчитала меня Слава, картинно закатив глаза.
Где-то я такое уже видел, только девочка была повыше и зовут её Василиса.
— А какую можно?
— Кофта и штаны, без застёжек. Вот такая? — спросила меня Слава, выуживая из всего многообразия пижаму с рыжим котом гитаристом.
— На Киселя похож, — заметил я.
— Ага! — радостно согласилась Слава.
Я уже думал, что быстро справился, но сняв понравившуюся нам пижаму, поняли, что она тёзке маленькая. В пижамных рядах не работала система сортировки по размерам и был полный бардак. Нужный размер искали со Славой, с двух сторон, и они не увенчались успехом.
— Нет такой, придётся выбирать другую. Как тебе эта? —
— Нельзя, пайетки же, — покачала головой Слава, надув щёки.
— А, — огорчился я.
Мы не ограничились одним отделом и пришлось заглянуть в соседний.
— О! Вот эта! — прыгая от радости, Слава вцепилась в нежный розовый набор с изображением счастливой пони.
— Твой размер. Давай две возьмём, есть такая в белом цвете, — предложил я, Слава согласилась, и мы пошли на кассу.
Вставали в очередь за парой. Мужчину я не видел, а вот женщина что была с ним прикрывала шубкой животик. Да и набрали они всего для новорождённых. А нам нескоро вот так, с тоской подумал я, и все мысли унесло прочь, когда мужчина, стоящий впереди повернулся, чтобы взять у кассы какую-то мелочовку.
Меня словно кипятком ошпарило, когда наши взгляды встретились и мы оба узнали друг друга. Макаров Антон, настоящий отец Славы стоял в меньше метра от нас и улыбнулся нам.
— Здорова! — он даже руку мне протянул, рубаха-парень.
— Привет! — кивнул я, отвечая рукопожатием и успокоился.
Вспомнил, что я этому Макарову про Славу и его отцовство и слова не сказал.
— Ну что там? Зарплаты-то хватит? — пошутил Антон, отвлекаясь на кассира.
Он расплатился за детское приданое, и они с девушкой ушли дальше, словно этой встречи и не было. Осталось лишь ощущение, что это всё как-то хреново.
Когда подошла наша очередь и я уже расплачивался за пижамы, Слава дёрнула меня за рукав.
— Можно мне такое? — спросила малышка, протягивая упаковку разноцветных резинок для волос.
— Конечно, выбери ещё, только быстро, — отправил её я к стойке с резинками.
Весёлая Слава сомневалась в выборе между резинками с мордастыми розовыми поросятами и резинками с рожками мороженого в пайетках. Она не могла определиться с выбором, а к кассе уже шли покупатели с покупками.
— Бери обе, — поторопил я, поймав на себе недовольный взгляд кассирши.
Вечер, все устали.
— Можно заплести много и много косичек! — радостно прощебетала Слава, передав мне цветастые упаковки, которые я, в свою очередь, отдал кассирше.
— С вас две тысячи пятьсот девяносто пять рублей. У вас есть наша дисконтная карта? — поинтересовалась девушка, пробив всё что мы взяли.
— Нет, такого точно нет.
— Оформить не желаете? С каждой покупки десять процентов бонусных рублей начисляются на карту, списывать можно до девяносто процентов от суммы покупок. В день рождения детей наш магазин дарит дополнительные тысячу бонусов на покупки, — отчеканила кассирша, невзирая на усталость.
— Желаем, да, давайте оформим, — согласился я.