Свидетели Крысолова
Шрифт:
— Откуда знаешь?
— Сам сказал. Я его навестила сегодня утром, перед нашим сеансом связи.
— Он на нашей стороне? — удивился Дмитрий.
— А разве есть такая сторона? — Снежинка брезгливо покосилась на собеседника. — Я его убила. А перед этим мы немного поговорили... Баран, я всегда это знала. Приехал утром домой как ни в чём не бывало, даже без охраны. А ведь знал, что я ушла!
— Мне опять повезло, — сделал вывод лейтенант. — Больше я бы ни с кем связаться не рискнул.
— А и не с кем, все наши ликвидированы терёхинской внешней охраной. Тела увезены куда-то,
— Не стыдно. Ей же не стыдно было за мной следить.
— Откуда она знала, кто ты такой? Наверняка пешка из добровольных сотрудников, ей сказали, что ищут наркодилеров... — Снежинка подвела Дмитрия к свободной лавке и первая тяжело плюхнулась на пластиковое сиденье. — Мне всё надоело, Живец.
— Быстро! Суток не прошло. Об одном прошу: расскажи мне, что происходит. Ты обязана это сделать, пойми. Вчера я поехал в этот Седьмой Особый отдел и успел проговорить с их начальством всего полчаса. — Дмитрий присел рядом, взял Снежинку за руку. — Я просто хочу знать, за что меня хотят убить! И за что перебили весь этот несчастный отдел, конечно, не говоря уже о наших.
— Как за что? — Снежинка высвободила руку, скучающим взглядом уставилась на стайку купающихся в песке воробьишек. — За то, что много знали. За что же ещё убивают?! Я сегодня, когда ты позвонил, ещё на что-то надеялась... Попробовала поговорить кое с кем из других отделов, но все сразу предлагают встретиться. Понимаешь?
— Понимаю, — кивнул Дмитрий. Встреча стала бы последней.
— Я не знаю, какую для них придумали легенду, но Терёхин уверен, что мы приторговывали дурью в международных масштабах. Был уверен... Нет никого на нашей стороне, Живец. И стороны нашей нет, а есть только ты и я. Пока.
Дмитрий вытянул ноги, закинул руки за голову. Они со Снежинкой плохо смотрелись рядом: он в спортивном костюме и бумажной курточке, она в нарядном сарафане, увешанная бижутерией, с высокой причёской. Если здесь есть наблюдатели, то такая парочка пойдёт у них первым номером.
— Расскажи, что знаешь, а потом простимся, — решил Живец. — И поступай как хочешь.
— А ты убьёшь ещё десяток человек? — хмыкнула Снежинка. — Знаешь, я вот сижу и думаю: а не пристукнуть ли мне тебя прямо сейчас? Всем будет лучше.
— Говори.
— Что тебе сказал Плещеев? — Снежинка вытащила из нагрудного кармашка какую-то конфетку, воздух наполнился мятным ароматом. — Вообще, почему именно ты поехал в эту Башенку, если ничего не знаешь?
— Потому, что подполковник Насырова потребовала срочной встречи. Но Плещеев подозревал что-то, решил, что лучше ему будет остаться в кабинете.
Мимо них прошли четверо молодых мужчин. Дмитрий почувствовал, как напряглось бёдро Снежинки, но он-то знал, что опасности пока нет.
— Плещеев запретил мне вести запись и брать что-нибудь от Насыровой тоже. Надеялся, наверное, сойти за неосведомлённого... Почему Насырова обратилась к нему, а не в НБ? Не в своё Управление хотя бы?
— Полиция погрязла в карьерных играх, они прессы боятся больше, чем преступности. Управление приказало ничего
— Дальше, — потребовал Дмитрий.
— А что дальше? — Она безразлично пожала крупными плечами. — Дальше ты поехал в Башенку, а за нами вскоре пришли. Анзор успел мне крикнуть с улицы в окно, вот я и проскочила через подвал в основное здание министерства, ну а там просто вышла не скрываясь и даже уехала на своей машине. Случайность... Ведь Терёхин случайно был таким идиотом, правда? — Снежинка немного посмеялась, и Дмитрий не стал её торопить. — Ладно, слушай. Меня напрямую история с Даниловой не касалась, но... Ты ведь уже знаешь о тварях в старых тоннелях? Тебе успела рассказать Насырова?
— Таги-заде, — поправил Живец. — Её заместитель. Да, кое-что известно, я и раньше слышал похожие страшилки.
— Сказки становятся былью, ты просто редко бываешь в Москве. Началось всё гораздо раньше, года четыре назад, когда Плещеев ещё только нащупал эту тему. Создал группу, доложил наверх...
— Что, действительно мутанты? — приподнял брови Дмитрий.
— Считай, что так. Несколько лет мы работали в этом направлении, группа постепенно расширялась. Гриф «совершенно секретно», само собой. Меня включили в тему месяца три назад... — Снежинка замолчала и выпрямилась, будто ожидая пули.
Живец проследил за направлением её взгляда. Две женщины сидели на лавке, рассматривая что-то в раскрытом гитарном футляре.
— Это ещё не за нами.
— Что-то не верится...
— А ты мне верь, — улыбнулся Дмитрий. — Я тоже мутант.
— И правда, — согласилась Снежинка. — «Чиновник для особых поручений», мы тебя так называли. Ставки делали, когда тебя всё-таки дилеры прикончат.
— Говори дальше, время идёт, — попросил лейтенант. К тому же эта тема была ему неприятна: Снежинка не знала, чем занимался Живец в СПР на самом деле. — Значит, в городе появились мутанты. Седьмой Особый отдел полиция создала тоже для борьбы с ними, но не знала, с кем имеет дело. А мы знали. Теперь и они догадались и тогда всех убили. Глупо как-то получается, а?
— Плещеев считал, что мутанты угрожают существованию человечества, ни больше, ни меньше. Убеждал в этом руководство, бывал в очень высоких кабинетах. Он был уверен, что мы с ними просто не справимся, ни полиция, ни НБ — никто.
Снежинка посмотрела на Дмитрия, но тот спокойно выдержал её взгляд.
— Не веришь, да? А Плещеев был не паникёр, просто знал больше других. Что именно — не скажу, я работала только на сборе общей информации. Честно говоря, ничего интересного... Ты сам знаешь, что бывает в последнее время на улицах после наступления темноты. Растерзанные трупы, часто без конечностей... Или вообще одни пятна крови. Руководство решило послать Плещеева подальше и направило к Отилю.