Свидание с мертвецом

Хэндленд Лори

– Какому знакомому?

Я моргнула.

– Парень в переулке.

– Какой парень?

– Эрик Ливентол. Стройный, белокурый, красивый.

Он фыркнул.

– Что это означает?

Он не потрудился ответить, продолжая удерживать меня в воздухе так, что мои ступни болтались около его коленей. Он был такой высокий, широкоплечий, сильный, что я чувствовала себя беспомощной. Но вместо того, чтобы лишиться присутствия духа, я ощутила нечто сродни раздражению.

– Вы думаете?

Я дернула

ногами, едва чиркнувшими ему по голени, и он опустил меня на ноги, но продолжал держать руку вокруг моей талии. Я не могла ни разглядеть его, ни убежать.

– Не было никакого мужчины, – сказал он.

– Конечно, был. Он купил мне выпивку. Он, он...

Я провела языком по губам, ощутила рубец, где мои зубы поранили кожу, когда Эрик поцеловал меня. Я не была сумасшедшей.

А этот парень был.

– Отпустите меня, – заявила я.

Удивительно, но он подчинился, я отбежала от него на недосягаемое расстояние и повернулась.

Моей первой мыслью было: какая жалость. Он слишком великолепен, чтобы быть вменяемым. Как будто красота и сумасшествие были взаимно исключаемы.

Настолько темный, насколько Эрик был светлым, крупный, не в пример изящному Эрику, этот мужчина был большим, сильным, волосы лежали в беспорядке, на лице темнела, по меньшей мере, двухдневная щетина. В одежде, по-видимому, много раз спали, хотя даже до этого она была далека от новизны.

Его синяя рубашка выцвела в почти белую от многократных стирок. В расстегнутый ворот я увидела контуры татуировки, хотя не могла сказать точно, что это было. Джинсы также были древними, ботинки изношенными и пыльными, а черная кожаная куртка – просто реликвией.

Его глаза были так же темны, как мои, но его ресницы были длиннее. Разве это не существенно? Высокие скулы, красивой формы нос. Я не была уверена, но мне показалось, что я видела блеск серьги. Никаких причуд или излишеств, просто яркая серебряная пуссета, вдетая в мочку уха.

Он был настолько непохож ни на кого, с кем я когда-либо сталкивалась – экзотический и дикий – мне пришлось напомнить себе: он только что хладнокровно убил моего знакомого. Но вот только...

Где была кровь?

По его мнению, не было даже и знакомого.

Я вернулась к извечному вопросу: сумасшедшим был он или я?

– Со мной был мужчина, – сказала я, – и Вы убили его.

– Даже если и так, Вам не стоит беспокоить этим свою прекрасную маленькую головку.

Мои глаза сузились, но он проигнорировал меня.

– Это самый быстрый путь к пониманию, что выстрела не было, – продолжил он.

Другими словами, Эрик беспокоил его прекрасную маленькую головку? Почему?

– Я не знаю никакого Эрика. Я шел по переулку. Вы отирались у стены. Полагаю, Вы были кое-чем очень увлечены.

– Я была...

Я запнулась, поскольку

вспомнила, что я сделала. Вдруг мне стало стыдно. Почему я делала это с незнакомцем? Почему я повела его к себе домой? Оба поступка были совершенно не в моём характере.

Я не могла понять, почему была столь очарована Эриком, лишь ненадолго соприкоснувшись с ним губами.

– Он был здесь, – повторила я, – и Вы стреляли в него.

Мужчина выдохнул проклятие – длинный поток чего-то непонятного на испанском почему-то напомнил о Рики Рикардо.

– Идите за мной, – бросил он и направился в сторону, откуда я пришла.

В противоположном конце переулка он остановился, опустился на колени, вглядываясь в землю.

– Никакой крови, никакого тела. – Он поднял свой взгляд. – Никакой стрельбы и никакого парня.

Присоединившись к нему, я уставилась на запятнанный, но не кровью, асфальт.

– Ты хочешь, чтобы я овладел тобой где-нибудь здесь? – спросил он.

Я не ответила, подойдя вплотную к стене. Я прислонялась здесь. Эрик стоял там. Сумасшедший человек с оружием был вон там, так ...

Я вгляделась более пристально в кирпич и нашла отверстие от пули.

– Ага!

Я воткнула в него свой палец и торжествующе впилась взглядом в парня.

– Что "ага"?

– Отверстие от пули. Вы застрелили его. – Я нахмурилась, вспомнив, что "нет трупа – нет убийства". – Или, по крайней мере, стреляли в него. Вы промахнулись.

Он присоединился ко мне, затем потыкал палец в одно, другое, третье отверстия.

– Так делало множество людей.

Я отдернула руку прочь, скорее обиженно, чем испуганно.

– Я знаю, что произошло.

– Слушай, цыпочка, я не видел никакого парня.

– Я не сумасшедшая. И я не употребляю наркотиков.

– Возможно, тебе следует это сделать.

Под моим сверкнувшим взором он поднял руки, сдаваясь.

– Я подразумевал те, что выдают по рецепту. Тебе нужна помощь.

Возможно, это так. Определенно, это так, если я выдумала не только Эрика, но и его убийство. Мне недоставало отца даже больше, чем я думала?

Расстроенная, я сунула руку в карман своего платья. Мои пальцы коснулись бумаги, и я вспомнила. Я распечатывала последнее электронное письмо от Эрика.

Достав письмо, я ткнула им в мужчину.

– Я не чокнутая, и вот доказательство.

Парень сощурил глаза, прочитал текст и нахмурился. Потом он вытащил свою пушку и нацелил её на меня.

Почему я никак не могу осознать всей прелести одиночества?

– Пойдем. – Он махнул дулом пистолета в сторону улицы.

– К..куда?

– К тебе домой.

Я покачала головой.

– Я так не думаю.

– Ты не предназначена для того, чтобы думать.

– Вы похищаете меня?