Светлое будущее
Шрифт:
О таком явлении, как «оборотни в погонах» Степан только читал в учебниках – последние показательные процессы над преступниками в рядах МВД прошли ещё более пятидесяти лет назад – задолго до рождения Степана. Профессия сотрудника милиции была настолько престижной и уважаемой, что конкурс на поступление в школу милиции был более тысячи человек на место. Несмотря на то, что Степан с отличием прошёл все испытания и экзамены, – он часто любил скромно повторять, что ему «отчасти просто повезло». За пять лет подготовки в специализированной школе МВД Степан изучил все достижения современного человечества, которые могли бы помочь в борьбе с преступностью. Уровень подготовки современных сотрудников милиции был настолько высок, что ношение огнестрельного оружия – было больше данью традиции и случаи его применения
– Запомни, Степан, – часто говорил ему инструктор по гипнозу, – если сотрудник милиции вынужден был применить огнестрельное оружие, это значит, что как профессионал он полный ноль. Твоя задача – одолеть преступника, но при этом любой ценой избежать физического насилия.
Степан сам не заметил, как дошёл до места работы. Приятные воспоминания о незабываемых годах учёбы в школе милиции вдохновили его на новый трудовой день по борьбе с уже угасающей преступностью. Он работал в отделе по борьбе с наркотиками, хотя такое явление как наркомания – было практически искоренено в современном мире, даже несмотря на то, что к наркотикам были причислены алкоголь и табак. А относительно недавно, всего около тридцати лет назад, к наркотикам причислили и многие компьютерные игры, и в законодательстве появилась отдельная статья – «виртуальные наркотики». Специалистами в области психологии и психиатрии было установлено, что большинство компьютерных игр – опасны для здоровья человека. И с тех пор прошлая финансовая игровая индустрия оказалась вне закона. Однако, компьютерные игры остались, но теперь они носили исключительно развивающий характер и проходили жёсткую цензуру, прежде чем стать массовым продуктом. И создавали их не бизнесмены, а специалисты в области психологии и образования. Степан вспомнил, как в школе милиции он с товарищами тоже играл в такие игры – они помогали в непринуждённой форме развивать навыки мышления и запоминать большие объёмы информации из различных научных сфер – начиная с истории и заканчивая высшей математикой.
Степан зашёл в Управление и направился к своему кабинету. Не успел он щёлкнуть ключом в замочной скважине кабинета, как сзади к нему подбежал один из его подчинённых:
– Товарищ майор! Ночью задержали одного из торговцев компьютерными играми. Там целый арсенал. В списке – одни из самых опасных для здоровья игр. Вы сами допросите задержанного, или нам без вас начинать?
– Нет-нет. Я обязательно хочу присутствовать. Сейчас торговля виртуальными наркотиками большая редкость. В моей практике было всего два таких случая. Поэтому мне будет полезно лично поучаствовать.
– Хорошо, тогда мы вас ждём в комнате для допросов, – ответил сотрудник и удалился.
Степан задумчиво открыл кабинет и медленно вошёл:
– Вот же удивительно. Ведь в этой индустрии можно работать вполне легально – получи лицензию и распространяй познавательные полезные игры. Зачем же люди торгуют этой запрещённой гадостью? Опять, небось, стрелялки с насилием, реками крови и… тьфу! – Степан невольно поморщился.
Степан быстро переоделся и направился в комнату для допросов. Там уже был задержанный в окружении двух его подчинённых. Степан читал в учебниках о том, как раньше допрашивали задержанных, не брезгуя даже побоями. Современные же компьютерные технологии позволяли просто погружаться в сознание задержанного и получать всю необходимую информацию. Во-первых, это было совершенно безболезненно для потенциального преступника, а во-вторых, исключало всякую возможность судебной ошибки – оговорить и оклеветать себя при таком способе дачи показаний было просто невозможно – компьютерная программа просто считывала воспоминания подозреваемого за определённый период. Программа была простой и удобной в применении – на задержанного надевались несколько проводков, а сотрудник, который проводил допрос, надевал очки виртуальной реальности и как будто присутствовал при происходящих событиях – видя всё своими глазами.
– Включайте! – коротко скомандовал Степан и надел очки.
В ту
– Тут, короче, всё есть. Шутеры самые убойные – у молодёжи крышу сносит вообще жёстко. Ты им, короче, по одной продавай. А каждую последующую за повышенную цену. Я тебе, короче, реально говорю – они после каждой игрушки к тебе прибегать будут и ещё клянчить. И любую цену будут готовы заплатить.
– Гонишь ты! В прошлый раз мне какие-то скучные стратегии продал – от них слабо зависимость формируется. Это только для фанатиков солдатиков расставлять. А людям кровь и трупы подавай. Остались же ещё извращенцы… – ответил второй.
– Ну да. Теперь любителя, короче, на такую жесть не найдёшь. Культура-то нынче, короче, иная. Все у них там «ценности» какие-то. А любителей ужасов и стрельбы нынче немного. Но если, короче, такого хоть одного найдешь – будешь его доить до последней копейки. А коллекцию я тебе, короче, убойную предлагаю. Во всех смыслах… – продавец игр зловеще рассмеялся.
– Ну и чё у тебя там? – лениво спросил второй.
– Да чё, реальные вещи. Шутеры разные. Call of Duty. Помнишь была когда то такая? Раритет, короче. Бегаешь, короче, мочишь всех подряд. Мозги отключает начисто. Ещё Hitman есть, Mortal Combat, Doom. Молодёжь в своё время на них плотно сидела. Очень уж нравилось им убивать. Теперь таких извращенцев, короче, не найдёшь, но если уж отыщешь клиента – он тебя озолотит. Про «зомбарей» разные игрушки есть. Бегаешь, стреляешь, ни о чём не думаешь. И пока убиваешь зомби на экране – сам в зомби превращаешься, – продавец снова злобно засмеялся.
– Ты сам то в эту гадость играл?
– Ты чё, с дуба рухнул? Я чё, совсем идиот? От этих стрелялок же крышу сносит по полной программе. У меня, короче, сын так умом тронулся, когда эта гадость ещё законной была. Натурально сошёл с ума человек. На «танчики» подсел. Помнишь было такое? Короче, сначала учиться плохо стал, потом со всеми друзьями порвал, потом плотно дома сел, а потом и вовсе стал, короче, сутками играть – даже есть перестал. Пришлось его в больницу сдать. При росте в 180, он килограмм 50 весил. Истощение– и тела, и психики. Уж чем не лечили – говорят, не лечится. Это при современной-то медицине. Ну вроде приступ то, короче, сняли. Но только всё равно часто ходит и заговаривается. «Пробил – не пробил». «Есть пробитие!». И всё такое.
– Это что же, у тебя сын от этой гадости умом тронулся, а ты теперь ей торгуешь?
– Ну а чё!? Одному моему Серёжке страдать что ли!? Пусть теперь все этой дряни отведают. Да и сыну на лечение надо. У него раз в год стабильно приступ начинается – всё, короче, танкистом себя мнит.
– Ну а эта самая, с танчиками у тебя есть?
– Да нет, ты чё. Она же была игрушка онлайн. Когда всё это запретили – все сервера накрыли и игру полностью запретили. Там, короче, как потом выяснилось – много таких случаев было. Люди реально подсаживались на это – всю зарплату спускали.
– Ладно, давай, что у тебя там есть, возьму всё. Ну только чтобы с жестью, и с кровью, и всё такое. На такие быстрее подсаживаются.
– Да у меня лучшая из коллекций. Такие есть, которые и до запрета то сложно было достать.
– Давай, беру всё.
Продавец поставил на стол сумку с дисками и флэшками. Степан снял очки виртуальной реальности и кивнул коллегам:
– Протокол записался?
– Да, всё точно.
– Заводите дело и переводите его в СИЗО, – ответил Степан, а затем повернулся к задержанному и сказал, – на чужом горе счастья не построишь. На деньги, вырученные от гибели других – сына не спасёшь. Потому и не лечится он у тебя, потому что отец чужих детей губит. Такая вот высшая справедливость, друг.
– Не друг я тебе, понял, короче? – в глазах задержанного мелькнул огонёк ненависти и он вскочил со стула. Выхватив у одного из сотрудников пистолет из кобуры, он наставил его на Степана, – Ну теперь пофилософствуй!
– Обморок! – резко выкрикнул Степан, уставившись в глаза задержанному. Ноги задержанного подкосились, глаза закатились, и он рухнул на пол, выронив пистолет.
– Наручники надо одевать, товарищи! – сказал Степан коллегам и повернувшись к выходу добавил, – придёт в себя – покажите врачу. А пока оформляйте дело и ко мне на стол.