Свет Дивояра
Шрифт:
Наверно, они за ним наблюдали, ведь экраны зала Советов могут переключаться на внутренний обзор Дивояра. Могут ли они видеть то, что происходит внутри дома, и если так, то плохое убежище избрал он для хранения кристаллов.
— Я ухожу, Корс, — ответил он, — я странник по другим мирам. Когда-нибудь я вернусь в наш небесный город.
— Да, понимаю, — согласился тот, — мы благодарны тебе, Румистэль, и твое имя будет внесено в списки Героев Дивояра.
Вот этого не будет, подумал Лён. Он видел списки Героев Дивояра — его имени там не было. И в той единственной записи, где он должен был фигурировать — в упоминании о гибели
Он вышел за ворота Дивояра, сопровождаемый своими старыми друзьями, которых он любил: валькирией Брунгильдой, Магирусом Гондой и будущим деканом Университета — молодым Вольтом Громуром. Они пойдут и установят вокруг области Дерн-Хорасада двенадцать машин, преобразующих пространство, и начнётся сжатие этой области. Тогда уже не нужно будет сутками бдеть на наблюдательных вышках, заполнять рвы лесом и углём, держать из последних сил щиты, терять товарищей и убивать беженцев.
— Не провожайте меня, — сказал он на прощание, потому что не хотел, чтобы они видели, куда он направляется. А его путь лежал туда, где они его нашли. Была надежда, что войдя в зону наваждения, он выйдет в своём времени.
Они остались на грозовом облаке, которое несло Дивояр, как остров несёт волшебный дворец из сказки, а он спрыгнул на своём Сияре вниз и тут же совершил далёкий пространственный прыжок — прямо ко входу в очарованные земли.
Перейдя речку по мосточку, он сразу понял, что не ошибся: налево от мостка выглядывали из холмов остроконечные крыши городка, где встретился он некогда с астрономом Юстом Достасом. Но Лён не стал туда заглядывать — его путь лежал к развалинам замка Финиста, и на этот раз он точно знал, что он там увидит.
Зелёный холм по вершине был украшен старыми, поросшими дерном блоками фундамента, а камни, скатившиеся под гору, давно уже ушли в землю и только неровности напоминали о том, что когда-то здесь было грандиозное побоище.
Конечно, с зеркальцем было бы гораздо проще, но даже так Лён отыскал следы гриндрилов: этих неопрятных существ выдавал хлам возле жилища и крепкий запах козлиного стойла. Итак, наконец-то он нашёл беглую принцессу и её зелёного кавалера.
Оставив Сияра подальше, чтобы брезгливый конь не выдал его гриндрилам, Лён подкрался ко входу в пещеру, откуда перло смрадом. Ого, не думал он, что поимка беглой принцессы будет обставлена такими неудобствами. Он вообще не думал как повезёт её обратно! На Сияре разве?
Чем ближе он подходил, тем более кружилась у него голова. Отчего бы? Ведь когда он отыскал этого зелёного урода в пещере вместе с его избранницей, так не воняло. А ведь они полгода проторчали в той пещере.
Наконец, он решил действовать в открытую и грубо: чем скорее он покончит с этим, тем лучше.
— А ну сдавайтесь! — крикнул Лён, врываясь в пещеру и выпаливая первое, что
Тут у него в горле запершило, глаза начали слезиться, но всё же он увидел, что принцесса стоит в мешковатом платье и дерюжном переднике возле котла с варевом, в углу сидит и что-то ковыряет зелёный чешуйчатый монстр, а посреди тесной пещеры ползают не то десять, не то двенадцать мелких зелёных тролльчат с лягушками во ртах на манер сосок! Вот почему так воняет: их не двое, а по меньшей мере дюжина!
— Кто тут припёрся?!! — завизжала дурным голосом принцесса, замахиваясь на незваного гостя здоровенной деревянной поварёшкой. Лицо её было ужасно: на нём явно проступали черты тролльчихи: неровно раздутая физиономия с бугристыми щеками и глубоко запавшими глазами, вся в пупырьях, нос картошкой, а волосы, выглядывающие из-под дерюжного чепчика, превратились в скользкие, грязные сосульки!
— Дорогой юноша, — вежливо заговорил из своего угла гриндрил, — Я заколдованный принц. Помогите мне, и вас награжу сундуком золота.
— Щас врежу гаду — будет знать!! — орала принцесса.
— Ты поедешь со мной! — едва не теряя сознание от вони, приказал дивоярец.
— Чего?! — ещё громче завизжала тролльчиха. — А этого ты не хотел?
Тут она бесстыдно задрала юбку, обнажив корявую ногу, обросшую зелёной чешуёй, и выдала такой оглушительный залп!
Зелёный тип в углу заржал и тоже прибавил ядрёной вони к и без того непереносимому амбре. Дивоярца как ветром сдуло из пещеры.
Ближе к берегу он опомнился и продышался. Какой кошмар! С чего он взял, что будет просто взять эту осатаневшую тролльчиху? В Дивояре он читал, что гриндрилы довольно тихие существа, вся деятельность которых сводится к трепотне. Но это про самцов — не про самок!
И как её доставить в Ворнсейнор?! Все думали, что это такое простое дело! Но делать нечего, надо действовать.
Перед входом в пещеру он совершил несколько глубоких вдохов-выдохов, а потом зажал нос, сжал губы и ринулся внутрь. Ему только схватить принцессу и выволочь наружу. А там как-нибудь уж!
Одним прыжком он вскочил внутрь и тут едва не получил по голове деревянным черпаком: принцесса поджидала его у входа. Реакции тренированного бойца хватило: он отбил удар. Но тут ноги Лёна поехали на чём-то скользком, и он под радостный вой всего семейства позорно грохнулся на пол в какую-то густую жижу! Себя не помня, он хотел вскочить, но сверху уже обрушивалось на него толстое, как бочка, тело разожравшейся принцессы!
Непонятно как он увернулся и откатился в сторону, нещадно пачкаясь в липком месиве. Он был так ошеломлён, что даже оглушительный вонизм гриндриловой семейки перестал на него так действовать. Попал наш дивоярец крепко: с гриндрильей мамашкой связываться — ужас!
Он не успел подняться, как все двенадцать крокодилят набросились на него с писком и стали царапать и кусать! А принцесса колотила его половником везде, куда достанет. И сам гриндрил так дико гоготал, что жабы летели из его рта, как из катапульты!
Не понял дивоярец как оказался снаружи — избитый, исцарапанный, перемазанный вонючей и скользкой дрянью. Сияр попятился от него и в страхе заржал.
Нет, так, голыми руками ему с принцессой не совладать. Тут надо использовать какие-то приёмы. Вот, дубовый лист, ничего в голову и не приходит!