Свечи

Смирнов Александр Сергеевич

– У меня так же раскалывалась голова, когда я прибыл в средние века.

– Нет, там у тебя голова болела меньше, – сказала Маша.

– А откуда ты знаешь, ведь ты там не была?

– Зато я была здесь и видела, что вы вытворяли.

– А что мы вытворяли?

– После того, как вы расстреляли из гранатомёта помещение бывшего штаба, вы стали тренироваться в метании гранат со слезоточивым газом.

– И я метал? – поинтересовался профессор, который до сих пор молчал.

– Если бы вы просто метали, то это ещё

полбеды.

– А что я ещё делал?

– Вы, как учёный, заявили, что слезоточивый газ на людей, находящихся в алкогольном опьянении, не действует. После этого гости выпили столько, сколько могло в них влезть.

– И мы после этого пошли метать гранаты?

– Да. А заодно и проверяли вашу теорию.

– Каким образом?

– Вы бросали гранаты в прохожих на улице, и если газ действовал на человека, то вы начинали отпаивать его водкой.

– Капитан тоже метал гранаты? – спросил Александр.

– Нет, ему очень понравилось стрелять из гранатомёта, и он искал Кремль, чтобы расстрелять и его.

– И что теперь с Кремлём? – испугался профессор.

– С Кремлём всё в порядке, а капитан не выдержал алкогольной нагрузки и вырубился.

– А подполковник? – спросил профессор.

– Он так достал всех с зелёными крышами, что директор приказал за ночь перекрасить все крыши в красный цвет.

– Боже мой, стыд-то какой! – воскликнул профессор. – Как нам теперь директору в глаза смотреть?

– Да директор в полном восторге. Всем так понравился банкет, что сегодня будет продолжение. Я слышала, что он договаривался с кем-то о танках.

– О танках? – не поверил ушам Александр.

– Да. Ему обещали прислать списанную военную технику. Так что сегодня вечером ожидаются бои с применением бронетехники.

– Надо валить отсюда, – сказал Александр.

– Неужели такое станет возможным всего через десять лет? – покачал головой профессор.

Маша вытащила из спортивной сумки гранаты и положила на стол.

– Я решила припрятать их, а то после второго банкета ничего не останется.

– У тебя всё готово? – спросил профессор Александра.

– Надо впаять диод, который я выломал при возвращении.

– Проблем не будет?

– Нет, эти диоды в каждом радиомагазине продают.

– А сколько диодов надо? – спросила Маша.

– Один. Хотя, нет: надо отправить домой военных, а потом уже оттуда за Ричардом и Джонм. Следовательно – два.

– Надо нашим сказать, что мы в магазин пойдём, – предложил профессор. – Всё-таки, мы вместе.

Профессор ушёл к военным, Александр и Маша остались одни.

Девушка присела на кровать Александра и прижалась к нему. Положив головку ему на плечо, она, как ласковая киска, замурлыкала.

– Ты что-то задумала? – спросил Александр.

– А ты не рассердишься на меня?

– Это смотря, что ты задумала.

– Тогда не скажу. Дай слово, что не рассердишься.

Александр

хотел казаться очень серьёзным, но не смог: во-первых, девушка ему очень нравилась, а во-вторых, ему очень хотелось знать, что она задумала.

– Хорошо, даю слово – не рассержусь.

– Мы же сейчас находимся в будущем, – начала Маша.

– Ну и что?

– Неужели не понимаешь?

Александр помотал головой.

– Неужели тебе не хочется посмотреть на себя, на родителей, на то, что будет потом? Мы ничего не будем менять, просто посмотрим, и всё.

– Я был в прошлом, – ответил Александр, – ели ноги оттуда унёс, тебя вчера чуть не убили. Неужели не понимаешь, как это опасно?

– Сравнил, тоже! В прошлом ты был чужак, пришелец: языка и обычаев не знал, одежда из другого века, да ещё чертей нарисовал. А здесь мы свои, всего десять лет прошло, мы даже внешне не успели измениться. А самое главное – ничего не надо делать. Подойдём к дому и заглянем в окошко. Неужели тебе самому не хочется увидеть себя.

– Меня, к сожалению, надо искать не дома, а в психушке.

– Какая психушка? Ты забываешь, что прошло десять лет. Уже нет твоих мучителей, нет той воинской части, которая тебя в эту психушку упрятала. Да что там части, страны той уже нет!

Честно говоря, Александру и самому хотелось хоть одним глазком заглянуть в будущее, поэтому устоять против аргументов Маши было нелегко. А она всё подливала и подливала масла в огонь.

– За Ричарда и Джона не переживай, – продолжала она, – к ним не опоздаем. Ты ведь назад можешь отмотать на своём генераторе сколько угодно?

Последний аргумент сломил сопротивление и Александр сдался.

– Хорошо, – сказал он, – купим диоды, а после этого заглянем в окошко.

Маша подскочила от радости, взвизгнула и звонко поцеловала Александра. Скрипнула в дверь и в комнату вошёл профессор. В руках он держал корзину, покрытую белой салфеткой. Профессор подошёл к столу и стал извлекать из корзины салаты, пироги и фрукты.

– Кушать подано! – провозгласил он. – Горячий кофе сейчас принесут.

В дверях показалась официантка с тележкой. И, хотя тележка была закрыта такой же белой салфеткой, никто не сомневался, что там был кофе, ибо такой дивный запах мог исходить только от него. Официантка ушла и все расселись вокруг стола.

– Как там наши вояки? – спросил его Александр.

– А наши вояки не собираются возвращаться домой, – ответил профессор.

– То есть, как не собираются? – не поняла Маша.

– А что им там делать? Ждать, когда их арестует? Даже если они каким-то образомотвертятся от ареста, какая перспектива у них дальше?

Маша пожала плечами.

– Нищета, – продолжал профессор, – развал семьи, развал армии, развал государства.

– Да, перспектива незавидная, – согласился Александр. – Но ведь у капитана нет никакой семьи.