Сварог
Шрифт:
— Зачем же тебе уходить так далеко из дворца, Сварог? Поиграй с детьми придворных. Бинко и Ванда уже давно о тебе спрашивают! Чего ж тебя все время так на опасности тянет-то?
Сварог подошел к матери, улыбаясь, легко чмокнул её в щеку и обнял.
— Не пропаду, ма! — произнес он, прижавшись в её груди, и, запачкав лицом её чистое, царское платье, — Все хорошо будет. Я мигом вернусь - заскучать не успеешь!
Матушка не успела сказать что-то ему в ответ, как он отстранился, и выпрыгнул из окна, на прощание помахав ей рукой, побежал навстречу приключениям. Он в тайне от всех положил в свой мешок серебряный подсвечник и, вдохновленный тем,
— Здравствуй, дядюшка Велерад! — поздоровался он и мужчина недовольно на него оглянулся. Вот же ж приставучий мальчик! Дел у него и так много, а этот заладил: "Научи, научи!" Не зная, как от него избавиться, Велерад сказал ему, чтобы тот принес ему железа, мол, нет у него лишнего, чтобы учить его. Где же этот сорванец железо достанет? Дорогое оно нынче. Даже найти у кого украсть не сможет! Хорошо хоть пришел сегодня один, без друга своего, Горана. Меньше шуму будет.
— Здравствуй, Вячко, — ответил Велерад и, отложив молот, начал вытирать свои грязные руки об свою рубаху, — Чего явился?
Сварог, который представился Велераду Вячком, — Вячеславом то бишь — довольно улыбаясь, достал из сумки украденный подсвечник и показал мужику. У Велерада чуть глаза из глазниц не повылазили, когда он опытным глазом узнал металл. Да не просто металл - серебро! Где ж он его достал?! Он взял его в свои руки, поднес к свету, чтобы убедится, что он не ошибается, изумленно выдохнул:
— Боги родные, ты у кого серебро украл, вредитель?!
— Не крал! Не крал я! — воскликнул Сварог испуганно, — Он у меня... От прапрабабки остался! Семейная ценность, все равно никто не пользуется. — Велерад строго на него посмотрел, вгляделся в честные-пречестные глаза и, кажется, поверил. Благо, ложь от правды он различать умел не так хорошо, как серебро от железа, — Ну, что, научишь теперь?
Велерад сдался. Как отказать? Ему, ведь, серебро принесли! А он с серебром поработать уже давно хотел!
— Ну, ладно. Убедил, буян, научу. Чего ты сделать из этого хочешь?
— Зеркало для матушки! — ответил Сварог радостно. Велерад что-то буркнул ему в ответ, снова оглядел подсвечник, прикидывая какое из этого может получиться зеркало и приступил к работе. Он был строг, ругался, но объяснял хорошо, по-свойски придумывая термины, чтобы Сварогу было проще понимать. Мальчишка был счастлив, что у него наконец появилась возможность заниматься тем, о чем давно мечтал.
Настоящее.
Его настойчиво трясли за плечи и звали, желая вытащить из сладкого сна. Сварог стал медленно пробуждаться.
— Сварог! Ну же, вставай! Разлегся тут тоже! — возмущался Белобог. Он открыл свои глаза и сонно посмотрел на своего друга, — Ну, наконец-то! Думал, ты уже копыта откинул вдали от царской роскоши! — засмеялся Белобог, хлопнув Сварога по плечу. Он улыбнулся ему, окончательно проснувшись.
— Не дождешься, — ответил он ему, лениво подтянувшись.
— Ну, и слава Роду! — сказал он и присел рядом с другом, — Голодный, наверное?
Сварог не хотел жаловаться, но не ел он, действительно, уже давно.
— Да.
Белобог оглянулся на холм, задумался, будто
— Чего ты там ищешь? — Сварог не выдержал и взобрался наверх к нему и между делом решил спросить, — Откуда здесь земля?
— Нашел! — радостно воскликнул он и, присев, аккуратно убрал свою пометку в виде белых камней, сложенных определенным образом, и стал копать руками мокрую землю, и ответил, — Землю я сюда перетаскал. Посадил семена фруктовые - авось вырастут - здесь станет не так скучно. И еду здесь храню, на всякий, как этот, например, случай, — Белобог выкопал из земли мешок с высушенными ягодами и подал Сварогу, — Попробуй.
Сварог положил себе в рот несколько изюмов, разжевал. И почувствовал необыкновенно сладкий и яркий вкус винограда. А может он просто он был очень голоден, и любая еда показалась бы ему сейчас вкусной...
— Съедобно? — спросил Белобог и закопал ямку обратно. Ягоды он решил взять с собой. Сварог ответил ему, что вкусно. Белобог порадовался, что ему понравилось. Он ведь сам вместе с Велесом сажал этот виноград и высушивал на солнце. Неунывающий Бог посмотрел другу в глаза и увидел его рану в душе, которая перестала кровоточить, но все ещё была очень свежа. Ему было жаль Сварога, он видел, как ему одиноко, как больно оттого, что он сам вырвал свою душу с корнями из родной земли и теперь скитался, в надежде найти новую почву, куда он мог бы посадить её, вырастить, подарить ей новую жизнь. Белобог подошел к другу и крепко, всем сердцем, понимающе обнял. Сварогу нужна была поддержка, ему нужно было знать, что все будет хорошо, нужно было знать, что он не один.
Белобог его не бросит. Он не сдастся, даже если сдастся сам Сварог, он сам посадит его в Ирие, если будет нужно, и снова воскресит его отчаявшуюся, израненную душу.
Сварог ответил на его объятия и, наконец, дал волю своим слезам.
— Вот Велес с Перуном удивятся, когда увидят тебя в Ирие, — сказал Белобог, не отстраняясь, — Они были уверены, что я тебя не уговорю пойти со мной. Не верили в меня, представляешь?
Сварог сквозь слезы рассмеялся. Они отстранились друг от друга, бывший царевич спешно вытер своё мокрое лицо и улыбнулся, словно ничего и не было. Белобог подбадривающе ответил на его улыбку и похлопал по плечам. Затем повел Сварога за собой в Добрый путь, в светлый Ирий, о котором он так красочно рассказывал.
Глава 6. Звезда по имени солнце.
— Ты прошел половину пути самостоятельно! Я не ожидал, что ты поймешь мои слова: " Беги и не жди меня." так буквально, — смеялся Белобог. Они шли по Межмирью, ведя интересную беседу о себе. Они знакомились ближе, рассказывали о своем прошлом, делали все, чтобы поднять друг другу настроение. Белобог, хоть и выглядел бодро и в хорошем духе, но увиденное в Тааме тоже оставило на нем след. Этот мир, считал он, был полной противоположностью Ирию, где он жил. Теперь он будет ценить то, что имеет ещё больше, чем прежде. Сварог не знал, что его ждет, поэтому он чувствовал себя беспомощным ребенком, который следует за тем, что увидел первым после рождения. Все вокруг для него было новым и неизведанным. Он не знал, что ожидать и единственное, что он сейчас мог делать - это жить настоящим, расслабиться и говорить со своим единственным другом. И будь что будет.