Свадьба
Шрифт:
Аллегра еще не совсем перестала смеяться, когда на столе зазвонил телефон. Она сняла трубку. Звонил Джефф. Его первые слова были:
— Хорошая новость.
— Это очень кстати. У меня было такое сумасшедшее утро, что хорошая новость— это именно то, что мне сейчас нужно, — с улыбкой откликнулась Аллегра.
— В эти выходные я свободен. Том пообещал справиться без меня, и я только что позвонил маме и сказал, что мы прилетим в эту субботу. Мы можем прилететь в аэропорт Кеннеди и отгуда поехать сразу в Саутгемптон.
Сердце Аллегры пропустило несколько ударов. В последнее время
— Мама была очень рада. Мы так давно обещаем ей приехать и все откладываем, думаю, она мне даже не поверила. Ты ведь сможешь вырваться?
Наконец ее долгое молчание показалось Джеффу подозрительным. Аллегра в это время пыталась заново свыкнугься с мыслью о встрече с его матерью. Неизвестно почему, ее по- прежнему не покидало предчувствие, что она не понравится миссис Гамильтон.
— Представь себе, в кои-то веки не вижу никаких препятствий, — сказала Аллегра, ощущая какое-то странное разочарование. Но ни у кого из ее клиентов в данный момент нет кризиса, даже у Кармен.
— Постучи по дереву, а то сглазишь. Значит, в пятницу мы вылетаем, — решительно подвел итог обрадованный Джефф.
— Да, в пятницу.
Аллегра мысленно помолилась о том, чтобы на этот раз им ничто не помешало, иначе мать Джеффа никогда ее не простит. Со слов Джеффа она знала, как рассердилась миссис Гамильтон в прошлый раз. Теперь оставалось только молиться, чтобы ничего не стряслось. Как бы Аллегру ни пугала предстоящая поездка в Нью-Йорк, в ней было и одно несомненное достоинство: они проведут выходные вместе и вне дома. Видит Бог, им обоим это совершенно необходимо. Но еще задолго до прибытия в Нью- Йорк Аллегра предчувствовала, что расслабиться им никак не удастся. Ей вспомнилось суровое лицо женщины с фотографии, которую Джефф показал ей в Нью-Йорке. Это лицо до сих пор пугало ее.
Глава 16
Всю неделю перед поездкой Аллегру не покидало ощущение, что она ходит по лезвию бритвы. Если и на этот раз она не сможет поехать к матери Джеффа, он будет в ярости. Однако до четверга ничего страшного не случилось. В четверг вечером они уложили чемоданы, и Аллегра тайком вздохнула с облегчением. Может быть, она напрасно волновалась, ни у кого никакого кризиса не произошло и, кажется, не намечается, так что оснований для тревоги нет. Да и из-за самой встречи с матерью Джеффа она, наверное, напрасно так нервничает.
Неделя у обоих выдалась тяжелая, оба устали, но до сих пор у них все складывалось благополучно, и у клиентов Аллегры тоже дела шли своим чередом. За последние несколько дней даже Кармен стала понемногу приходить в себя. Теперь, когда начались съемки, у нее было меньше времени на то, чтобы горевать о своей потере, да и мысли были заняты другим. Алан все еще снимался в Швейцарии, и Кармен по-прежнему чувствовала себя ужасно одинокой, но она чуть ли не ежеминутно разговаривала c ним по телефону — в основном по мобильному, который постоянно носила с собой в кармане. Казалось, она звонила ему каждый час днем и ночыо, даже чаще, чем Аллегре. И Аллегра наконец выполнила требование Джеффа — попросила Кармен не звонить ей так часто хотя бы по ночам. Как ни
— Неужели мы действительно едем? До сих пор не верится, — сказал Джефф вечером, ставя их чемоданы в прихожей. На утро у обоих были назначены встречи, но сразу после этого они собирались ехать в аэропорт. — В Саутгемптоне в это время года очень красиво.
Но о Саутгемптоне Аллегра не думала. Несмотря на все заверения Джеффа, она по-прежнему нервничала из-за встречи с его матерью.
Готовясь к поездке в Нью-Йорк, Аллегра побывала у парикмахера и сделала маникюр. В дорогу она решила надеть темно-синий костюм от Живанши. Ей хотелось выглядеть респектабельной при первой встрече с миссис Гамильтон. Для большей солидности Аллегра даже собиралась уложить волосы в пучок. Вечером, когда они ложились спать,
Джефф с улыбкой стал рассказывать Аллегре, как в детстве любил ездить летом в Саутгемптон и как они, бывало, гостили в Вермонте у бабушки. Они тихо переговаривались в постели, и Аллегра чувствовала себя как школьница, оставшаяся переночевать у подруги.
Когда раздался звонок, в первый момент Аллегре показалось, что это продолжение сна. Где-то что-то звенело, но она спросонья не поняла, что и где. «Может, это звон церковных колоколов в Вермонте?» — мелькнула мысль. Звон продолжался, она окончательно проснулась и вдруг поняла, что звон ей не снился, это звонит телефон. Она проворно вскочила и бросилась к телефону, торопясь снять трубку, пока не проснулся Джефф. Но он, как обычно, проснулся раньше ее. Снимая трубку, Аллегра покосилась на стоящий на тумбочке будильник: было половина пятого.
— Если это Кармен, передай ей, что я ее убью, — пробурчал Джефф, поворачиваясь на бок. — Нет, когда ты здесь, в этом доме положительно невозможно спать.
Джеффу было явно не до шуток, и Аллегра ответила по телефону шепотом:
— Алло! Кто это? — Как и Джефф, она почти не сомневалась, что звонит Кармен. Она испытывала противоречивые чувства: негодовала на ночной звонок и одновременно панически боялась, что снова стряслось нечто такое, что сорвет ее поездку в Нью-Йорк.
— Это Мэлахи О’Донован, дорогуша, — со своим ирландским акцентом прорычал пьяный в стельку Мэл и громко рыгнул.
— Мэл, не смей звонить мне в такое время! Сейчас пятый час утра!
— Раз так, с добрым утром тебя, дорогуша. И между прочим, я не просто так звоню. Если хочешь знать, я в участке, и мне велели позвонить своему адвокату. Так что будь хорошей девочкой, приезжай и вытащи меня отсюда.
— Господи, что на этот раз? Опять вел машину в нетрезвом виде?
Мэл мог бы коллекционировать штрафные талоны за вождение в нетрезвом виде, как некоторые коллекционируют автобусные билеты. Аллегра не раз предупреждала его, что в один прекрасный день он может оказаться в тюрьме и заодно лишиться водительских прав, однако до сих пор Мэл пускал в ход все свои связи и ему все сходило с рук. Из-за того, что он много раз проходил курс лечения от пьянства, на многочисленные записи в его деле смотрели сквозь пальцы, но Аллегра почти не сомневалась, что на этот раз ему не выкрутиться, у него таки отберут права.