Свадьба
Шрифт:
– Мы люди Мак-Алистера.
– Это имя мне ни о чем не говорит. Откуда я могу его знать? Воин со страшным шрамом, тянущимся от лба и ниже вдоль щеки, выступил вперед.
– Вы очень хорошо знаете нашего лаэрда, миледи.
– Ошибаетесь, сэр.
– Зовите меня, пожалуйста, по имени, миледи. Я Оуэн. Вы окажете мне честь, если станете называть меня так.
Бренна не понимала, почему этот дикарь так вежлив с ней. Шотландцы поставили ее в ужасно затруднительное положение. В конце концов, они собираются убивать
– Очень хорошо. Я буду звать тебя Оуэн.
Воин остался явно доволен.
Внутри Бренны все дрожало, она готова была поднять руки вверх и сдаться без борьбы.
– Оуэн, вы хотите убить меня и солдат моего отца? Казалось, ее вопрос смутил их. Сероглазый ответил:
– Нет, леди Бренна. Ничего плохого мы вам не сделаем. Каждый из нас только что поклялся защищать вас до последнего дня своей жизни.
Остальные торопливо закивали, соглашаясь. Наверное, они сумасшедшие, решила Бренна.
– Боже мой, да чего ради вы решили защищать меня?
– Ради нашего лаэрда, – ответил Оуэн.
Только теперь они решились заговорить о своем господине, и правильно сделали, подумала Бренна, потому что до этого момента она не смогла бы вникнуть ни в одно слово. От свалившегося на нее чувства внезапного облегчения она едва устояла на ногах. Добрая весть способна поразить так же, как и плохая. Если сероглазый не обманул, все останутся живы и нечего бояться. Слава Богу!
Но победу праздновать рано, предупредила себя Бренна. Никто не сказал ей, зачем они явились. Это не визит вежливости, и она хотела знать истинную причину, чтобы заставить их уйти, никому не причинив зла.
Надо быть настороже и попытаться добиться ответа.
– Как я понимаю, вы шотландцы, – начала она, удивляясь слабости своего голоса. Она не говорила, а пищала, как мышонок. Бренна откашлялась и уже более уверенно продолжала:
– Но из каких мест в Шотландии?
Серые глаза округлились от ужаса.
– Я Куинлен, миледи. И мы не считаем себя шотландцами. Мы горцы.
Остальные дружно закивали.
Бренна изумилась: когда-то ей доводилось изучать это как интересный факт, а теперь – вот они, те, кто не хотел отказаться от старых, покрытых вековой пылью обычаев предков, и она должна была бы узнать их по одежде. Если бы Бренна не испугалась так сильно, она поняла бы, какую обиду нанесла им, приняв за шотландцев.
Никогда она не думала, что где-то и впрямь живут люди, придерживающиеся древних обычаев. Но Бренна не собиралась высказывать свои мысли вслух, она не хотела сердить горцев. Если им нравится подобная дикость, ей-то что за дело?
– Ах, вот как, значит, вы горцы? Спасибо за объяснение, Куинлен.
Он церемонно поклонился и высокопарно произнес:
– Я был бы вам очень благодарен, миледи, если бы и впредь вы обращались с вопросами к вашим покорным слугам.
Бренна тяжело и с видимым
– Пожалуйста, не обижайтесь, но я действительно не хочу, чтобы вы меня охраняли.
Он улыбнулся.
– Вы ведь скоро оставите нас? – попробовала выяснить Бренна то, что ей ужасно хотелось знать. Голос ее задрожал.
Серые глаза бесовски сверкнули.
– Нет, миледи, мы даже не собираемся.
– Неужели вы действительно не помните нашего лаэрда? – словно не веря себе, спросил Оуэн.
– А с какой стати я должна его помнить? Я даже никогда не встречала его.
– Ну как же, вы даже просили его жениться на вас.
– Ты ошибаешься, Оуэн. Ничего такого не было.
– Но, миледи, мне сказали, что вы три раза просили его жениться на вас.
– Три раза? Я просила его…
И вдруг она осеклась. Три раза. Боже мой! Не может же он говорить о… Бренна потрясла головой, стараясь прояснить мысли. Нет, нет! Это произошло столько лет назад, и это была глупость! Детская шалость.
Кто из членов семьи знал о планах Бренны найти себе мужа, чтобы папочка не трудился над такой сложной задачей? Только сестра Джоан, а она никогда бы не рассказала об этом кому-то чужому. Сама Бренна давно бы забыла эту историю, но сестра часто вспоминала ее, чтобы посмеяться. Как всякая старшая сестра, она любила подтрунивать над младшей, над ее возмутительным поведением. Только подумать, с какой страстью малышка гонялась за поросятами по двору, залитому навозной жижей! Почему Бренне в детстве так хотелось найти себе мужа или украсть поросенка и воспитывать его, как щенка, она и сама не могла теперь понять или объяснить. Единственное, что ее извиняло, – юный возраст.
– Это, миледи, было очень давно, – пояснил Оуэн. Итак, они все знали. Откуда – совершенно непонятно. От испуга Бренна не могла ничего придумать и слабым голосом проговорила:
– Но ведь он мне отказал… Не так ли? Куинлен покачал головой:
– Да, дважды он посылал отказ, но, как мы понимаем, вы хотели бы услышать ответ на последнее предложение. На третье.
– Я не жду ответа, – окрепшим голосом заявила Бренна, взяв себя в руки.
– А нам кажется, что ждете, – настаивал Оуэн. Кажется, никто из них и не думал поддразнивать ее. Бог свидетель, они выглядели очень серьезными.
Черт побери, что в конце концов происходит?
– Я жду, когда же вы начнете хохотать. Но вы не собираетесь, да, Куинлен?
Он не удостоил ее ответом. Вполне довольные беседой с ней, они держались очень мирно и предупредительно. Эти воины не были похожи на праздных людей, способных попусту и без сожаления тратить время, но в данный момент они явно его тянули. Чего-то ждали? Но чего?
Бренна и прежде не отличалась большим запасом терпения, вот и теперь она хотела узнать их планы немедленно.