Свадьба О'Малли
Шрифт:
— Ведьма, — выдохнул Престон. Он повернулся на каблуках и вышел из кафе.
Вольф взглянул на пожилую женщину.
— Спасибо вам.
— Я всего лишь сказала правду, — ответила она и вернулась к своему столику.
Вольф устало опустился на стул. Облегченно вздохнув, Сарита пошла на кухню за салатом для четвертого столика.
— По-моему, Престон приходил драться, — произнес Джулс. — При том что Вольф выше его на четыре дюйма и тяжелее фунтов на двадцать.
К ним присоединилась Глэдис:
— Может,
Джулс и Сарита вопросительно подняли брови.
— Я слышала, как Брэдфорд Диллайн предупредил Вольфа, что, если он ударит Престона, тот подаст в суд за нападение. Не исключено, что это Кэтрин его надоумила.
Джулс нахмурился.
— Неужели мать могла толкнуть сына на такой поступок? Одного удара Вольфа хватило бы, чтобы нанести Престону серьезное увечье.
— Ну, может, Престон сам все это придумал, — примирительно проговорила Глэдис.
Вспомнив ненависть в глазах Кэтрин, Сарита не была так уверена в этом.
— Если Вольф умен, то будет держаться подальше от них обоих.
Джулс и Глэдис согласно кивнули, а Сарита взяла тарелку с салатом и ушла.
За столиком Брэдфорда Вольфа не было.
— Он ушел, — разочарованно прошептала Глэдис Сарите на ухо.
Сарита вдруг почувствовала беспокойство. Вольф взбешен, и кто знает, что ему придет в голову в таком состоянии.
Вскоре Сарита уже бежала к дому, еле сдерживая тревогу.
На веранде она увидела Вольфа и сразу успокоилась.
— Я ждал тебя, — сказал он, когда девушка подошла ближе.
Лицо у него было злое, и Сарита снова заволновалась.
— Брэдфорд сказал, что ты всегда обслуживаешь его столик. Сегодня ты уступила его Глэдис. Если я доставляю тебе беспокойство, я могу покинуть ваш дом и найти другое место для ночлега, — произнес он холодно, растягивая слова.
Сарите даже думать об этом не хотелось.
— Глэдис попросила меня поменяться местами. Она сказала, что миссис Палмер нервирует ее.
Это не было ложью, это просто была не вся правда.
Лицо Вольфа смягчилось.
— Если ты не хочешь, чтобы я уехал, просто скажи мне.
— Можешь остаться, можешь уехать — мне все равно.
«Лгунья», — упрекнул ее внутренний голос.
— Хорошо, — сказал Вольф, опускаясь в кресло. Ему не хотелось уезжать, ему здесь нравилось. Забавно, что именно дом Сариты Лопес стал для него местом, где ему было уютно.
Сарита уже собралась войти в дом, но вдруг спросила:
— Ты действительно считаешь, что Престон пытался спровоцировать тебя на драку?
Вольф вспомнил, что светловолосая официантка задержалась у его столика несколько дольше, чем это полагается.
— У Глэдис хороший слух, не так ли?
Сарита покраснела:
— Нет, прости, что я спросила.
Она снова повернулась,
— Можно я тоже спрошу кое о чем?
Сарита удивленно оглянулась.
— Что?
— Престону было только шестнадцать, когда я уехал. Он был маменькиным сынком и считал, что может безнаказанно давить на людей. За эти годы он сильно изменился?
Сарита ответила не сразу.
— Вообще я никогда не думала, что он способен на что-нибудь подобное. Я не понимаю, как вы могли находиться под одной крышей до твоего отъезда.
— Он избегал меня. — Вольф, нахмурившись, посмотрел вдаль. — Сегодня я видел в его глазах такой же злобный блеск, как у Кэтрин. Что касается твоего вопроса, то да, я считаю, что Престон умышленно подстрекал меня на драку.
— Тогда я рада, что ты не ударил его.
Он посмотрел на нее и улыбнулся.
— Я тоже.
«Он так редко улыбается при мне», — подумала Сарита.
— А ты правда считаешь, что Кэтрин толкнула его на это?
— Очень может быть. Она только что проделала со мной трюк, из-за которого я мог угодить в тюрьму, если бы не Ральф.
— Когда кто-нибудь ей не нравится, она может быть очень мстительной, — признала Сарита. Она чувствовала, что пора остановиться, но любопытство взяло верх. — И какой же трюк пыталась проделать с тобой Кэтрин?
— Она оторвала рукав от платья и растрепала волосы, собираясь позвонить в полицию и заявить, что я напал на нее. Но тут появился Ральф, заявивший, что он все слышал и видел.
Сарита вспомнила церемонного дворецкого.
— И что же он сказал?
— Что если она вызовет полицию, то он расскажет им о жуке, которого Кэтрин обнаружила у себя на платье, а когда попыталась избавиться от насекомого, то случайно оторвала рукав.
— Какой он ловкий! Сохранил свое место и вышел сухим из воды.
Вольф кивнул, и Сарита улыбнулась.
— Я часто размышляла о том, как они живут с Лореттой. По-моему, это абсолютно родственные души.
— Думаю, трудно найти двух более подходящих друг другу людей, — согласился Вольф. Улыбка у него стала шире. — Хочу сказать вот о чем. Мы уже говорим более пяти минут и до сих пор не поссорились.
— Истинное чудо, — сострила она и добавила: — Мне жаль, что Кэтрин уничтожила вещи твоей матери.
Вольф опять погрустнел.
— Развращенная, эгоистичная женщина. Не могла смириться, что отец любил другую.
— На твоем месте я бы ни при каких обстоятельствах не оставалась с ней наедине, — заметила Сарита.
— Это уже в прошлом. — Гнев вновь запылал в глазах Вольфа. — Больше она меня не проведет. Эта земля — моя.
— Ты прав. Я бы тоже не хотела жить больше нигде.
— Ты всегда была упрямой, — проворчал Луис, показываясь в дверях. — Потому и не замужем до сих пор.