Свадьба Эмбер

Вуд Сара

Она засмеялась. Холостяцкое положение Джейка больше всего удручало его родителей. Как-то случайно, после звонка домой в Кению, он встретил ее в палаточном городке и сердито заявил, что все, что интересует его родителей, - это есть ли у него девушка.

– Им было бы гораздо легче, будь у тебя братья или сестры.

Он пожал плечами.

– Ну, теперь с этим покончено.

– Жаль, что твои родители не смогли приехать.

– Только малярия может заставить отца уехать, - сказал он с кривой улыбкой.
– И, пожалуйста, приготовься

к тому, что, когда мы им скажем о твоей беременности, мама начнет вязать, а отец найдет для себя новый смысл жизни.
– Лицо его стало серьезным.
– Эмбер, я очень их люблю. Им трудно пришлось. Много было проблем. Когда-нибудь я расскажу тебе об этом. Я бы очень хотел, чтобы они были счастливы.

Эмбер поняла, что он высказал свои подлинные чувства. Это ценно. Мужчина, который так любит своих родителей, будет хорошим мужем.

Внезапно острая боль пронзила ее живот. Она крепко зажмурилась. Только бы не сплоховать здесь, на глазах у Джейка. И именно в день их свадьбы! Она содрогнулась, представив себе эту отвратительную ситуацию.

– Тебе плохо?
– Казалось, ничто не ускользнет от его внимания.
– Ты сильно побледнела.

Он склонился над ней. Их разделяло несколько дюймов. Она почувствовала холод его пальцев, растирающих ей виски. Ее ресницы дрогнули, и глаза открылись. Она оцепенела, встретив его пристальный взгляд. Джейк был слишком близко, чтобы Эмбер чувствовала себя уютно.

– Не трогай меня, пожалуйста! Я уже в порядке!
– соврала она.
– Оставь меня одну!
– взмолилась она, и в ее голосе прозвучали истерические нотки.

– Вряд ли мне стоит оставлять тебя, когда ты выглядишь совершенно больной. Что с тобой?
– спросил он, нахмурившись, стряхивая лепестки с ее обнаженных плеч.

Она сжалась. Легкое прикосновение его пальцев было похоже на ласку.

– Не надо!
– резко повторила она. Боль снова подступила, и она нервно сглотнула прежде, чем сказать: - Ничего страшного. Я...

– Не лги. Что-то не так. Скажи мне, - настаивал он.

– Все в порядке!
– справившись с приступом тошноты, сказала она, позабыв, что Джейк не был так равнодушен к ней, как она вообразила.
– Я удручена тем, что Лео покидает Каслстоу...
– пробормотала она.

– А-а!
– разозлился он.
– Теперь, значит, Лео.

Эмбер с грустью взглянула на Джейка.

– Лео с Джинни собираются снова пожениться, - объяснила она, - и будут жить в Санта-Лусии!

Джейк с подчеркнутой небрежностью потянулся и встал.

– Ну и на здоровье, - бодро заключил он.

– Как ты можешь так говорить?!
– вскинулась Эмбер.
– Стюарт расстроится! Лео будет жить за тысячу миль от отца...

– Всего-навсего девять часов полета, - сухо отметил Джейк.
– Кроме того, ты мне говорила, что они никогда не были близки. И я бы сказал, что Стюарт Брендон любит тебя больше, чем своего сына. Не смотри на меня так. Это правда.

– Ну, Лео воспитывали няни, потом он учился в закрытой школе, -

поспешила объяснить Эмбер.

– Да-да.
– Джейк задумался.
– Тем не менее тебя, крестницу, Стюарт с самого твоего рождения любил как родную дочь. Смотри, какую свадьбу он тебе устроил!

– Он всегда был добр ко мне, - согласилась она.

– Тебе не кажется это немного странным?

– Ты не понимаешь.
– Эмбер смотрела на него. Джейк с вызовом сложил руки на коленях.
– Брендоны обращаются с теми, кто у них работает, как с членами семьи. Мой отец рос вместе со Стюартом. Они очень уважали друг друга. И как ты знаешь, Стюарт полюбил меня еще ребенком.

– Никто этого не отрицает. Ты и Каслстоу - две великие любви всей жизни Стюарта, - сказал Джейк.
– Уверен, он не будет слишком скучать по Лео, не откажется и от управления имением. Я думаю, он будет наслаждаться прогулками по поросшим вереском окрестностям в твидовом костюме и грубых башмаках. Ему больше нравится жить здесь, чем в Лондоне в качестве члена парламента, где нужно носить городские костюмы, дышать городским воздухом. Это меньше поражает меня, чем любовь к жизни в Вестминстере.

– Может, ты и прав, - решила Эмбер. Она знала, что ее крестный ненавидит Лондон и бывает там только по делам Шотландии.
– Я беспокоюсь и о дедушке Лео. Вот кто расстроится.

Джейк кивнул в знак согласия. Они несколько раз навещали прикованного к постели эрла в его комнатах в замке.

– Он уже пережил одну трагедию. Странно, что ты напоминаешь ему покойную жену, - лениво размышлял Джейк.

Это была правда. Женщина на портрете в спальне старого аристократа действительно обладала некоторым сходством с Эмбер: высокая, величественная, с огненными волосами и широким грубоватым лицом. Но она была Эмбер Фрэзер, дочь Энгуса Фрэзера - егеря, как и все его предки. А Брендоны - голубая кровь, аристократы.

– У нас один шотландский тип, - сказала Эмбер, прекращая обсуждение вопроса.
– Ну, когда умрет старый граф, Стюарт станет следующим графом Каслстоу, а после него титул наследует Лео. Он должен остаться.
– Она опустила голову. Без дружбы Лео она пропадет.

Джейк пожал плечами.

– Он так много значит для тебя?

– Да!
– ответила она, и глаза ее наполнились слезами.

Джейк стал прохаживаться по галерее взад-вперед, будто ему было здесь тесно, потом вдруг резко остановился.

– Ну раз он уедет, я не буду волноваться о том, как ты живешь тут, пока я в командировке.

Эмбер почувствовала себя задетой. Она медленно выпрямилась со всем достоинством, на какое была способна, - грациозная в длинном, шуршащем платье из тафты, подобная Юноне. Ее огненно-рыжие волосы падали на обнаженные плечи, глаза блестели. Женщина на тропе войны. Такой она и будет, если Джейк не откажется от своих идей.

– Лео и я вместе с детства. Он мне как брат, и ничего другого! Я не понимаю, почему ты продолжаешь говорить об этом.