Свадьба Аманды
Шрифт:
— Он не политик! Он…
Аманда метнула на Фран предостерегающий взгляд. Фран ухмыльнулась и слегка отодвинулась в сторону.
— А ты… часом, с ним не знакома?
— Нет, конечно. Может, продолжим? Я свой ход уже сделала.
Алекс вскинул бровь.
— Боюсь, жуликоватый ирландец перевешивает пирата-клоуна. Извини, Муке.
Аманда сохраняла хладнокровие огурца, но, когда внимание переключилось на Фрейзера, я заметила, как она залпом выпила вино. Черт
Фрейзер погрузился в раздумья.
— Пожалуй, мое самое большое увлечение — это Аманда, — произнес он. Никто не засмеялся. — Шутка, — уточнил Фрейзер.
Никто по-прежнему не смеялся, хотя все мы подбадривали его взглядами.
— Ну, не знаю, — вздохнул он.
— А я вот знаю, — злорадно сказал Энгус.
— Кто? — спросил Фрейзер.
— Сам знаешь.
— Нет. Напомни.
Энгус немедленно поднялся и сделал вид, будто гладит и перебирает чьи-то воображаемые длинные пряди.
— Не торопись, — запел он. — Твои мечты подобны фарфору…
Фрейзер расплылся в улыбке.
— Нет!
— Но и не жди слишком долго, ведь они могут сбыться…
— Эта рыженькая крошка?
— И будешь ты бессилен. Не жди слишком долго…
— Да я даже имени ее не помню!
— Подобны фарфору, — закончил Энгус, изображая руками пару титек и одновременно ухитряясь напустить на себя застенчивый вид. — Ах, я люблю тебя, Фрейзер Маккональд.
Мы устроили такую бурю оваций, какую только могут устроить восемь человек. Или, точнее, семь: Аманда была в бешенстве.
Фрейзер от души расхохотался.
— Ну вот так. Я считал ее великолепной, а потом в один прекрасный день присмотрелся получше и решил, что она совершенно невыносима.
— Она жуткая, — подтвердила я.
— Я знаю. Алекс, я у тебя выиграл?
— Говоря по чести, старик, нет.
— Почему?
— Ха, — сказал Нэш.
— Ну так, — ответил Алекс, краснея.
— Так ты… — Я с восторгом уставилась на него.
Фран поперхнулась красным вином так, что оно брызнуло у нее из ноздрей.
— Кэрол Декер! [23] — выдохнула она, орошая вином все вокруг. — Вот как звали вашу красотку!
При виде плюющейся Фран меня разобрал смех.
— У нее же рост — четыре фута один дюйм! — визжала я. — Рядом с ней лилипутка Кайли Миноуг коровой покажется!
23
Английская певица, пик
— У Кайли Миноуг только мозги как у коровы, — заметила Фран.
— Эй, вообще-то, Кайли Миноуг — это мой ответ, — сказал Энгус. — Теперь могу не дожидаться своего хода.
— Нет! — завопила я. — Чего никогда не понимала — это что вы, парни, находите в этих дохлых анорексичках! Извини, Аманда.
Уже брякнув это, я сообразила, что как раз извиняться и не следовало.
Аманда величественно фыркнула и бросила взгляд на часы.
— Игра завершилась? Фрейзер, нам с тобой пора.
— Аманда, сейчас только десять, и мы еще не ели.
— Ну а я устала и хочу домой. Отвези меня, будь любезен.
Фрейзер посмотрел на нее в упор:
— Я еще не собираюсь уходить. Это было бы грубо, к тому же я голоден и хочу пообщаться со своими друзьями.
— Ради бога, Фрейзер. Прикажешь мне возвращаться одной?
— Твое дело. Повисла тишина.
— Хорошо, так тому и быть. — Лицо Аманды напряглось. — Я все равно собиралась кое-куда прокатиться.
— А мне казалось, ты устала.
— Заткнись. — Аманда достала мобильник и трясущейся рукой набрала номер. — Джасинта? Привет, дорогая, это Аманда… Да нет, ужасно скучная вечеринка. Думаю, я могла бы заскочить. Ты где сейчас? О, Блински — это великолепно. Возьму такси, и через полчаса увидимся. Чао, дорогуля. — Она отсоединилась и с величественным видом выплыла из комнаты.
— Я сама возьму пальто, спасибо! — крикнула она, услышав, как я выбираюсь из-за стола. — Муки, ты идешь? — послышалось уже из прихожей.
Перепуганная Муки взглянула на нас. Фран яростно замотала головой и зашипела:
— Ты вовсе не обязана идти.
Муки набрала в грудь побольше воздуха.
— Гм… Нет, — негромко произнесла она.
— Передай от нас привет Джастину! — пьяно заорала Фран.
Грохнула дверь — Аманда ушла.
Глава четырнадцатая
Наступило молчание. Все смотрели в свои тарелки. Наконец Фрейзер тяжело вздохнул:
— Ребята, извините.
— За что, за твою женушку? Мог бы уже привыкнуть, — бросила Фран.
— Помолчи! — шикнула я на нее. — Все в порядке, Фрейз. Это просто нервы.
— Нервы, — процедил он. Мы следили за ним, затаив дыхание, но больше он не сказал ни слова.
— Скорее стервозность, — едва слышно пробормотал Энгус.
Нэш хихикнул.
— Давайте-ка лучше продолжим нашу игру. — И Алекс налил себе еще вина.