Суть остров?
Шрифт:
Пошел обратно, лег, злой, как перец в уксусе: если придет в ближайшие пять минут ко мне — все прощу, а не придет… Десять минут ей сроку. Сколько там… без двадцати три ночи. Жду до трех и на этом баста! Мужик я или нет? Где-то около четырех я все-таки заснул. Утром просыпаюсь, Ши уже на кухне, кипятит, разогревает… А со мною разговаривать по прежнему не стремится, хотя я и сделал пару попыток.
— Слушай, Шонна, лапушка, объясни Бога ради, ну что я такого сделал, что ты на меня скоро сутки, с вечера, зверем смотришь?
— Вот, чай, вот бутерброды. Приятного аппетита.
— Нет, ну все-таки?..
— Посуду поставь в мойку, я потом все вместе помою, заодно с детской… — И ушла опять в спальню. Интересно, что дети подумали, когда в школу собирались, почему это папа на ковре в гостиной спит? Пьяным они меня ни разу не видели, этот момент исключается… А может, они и не заглядывали сюда, что
Ну и ладно, пойду на работу. И завтракать не буду, пусть знает…
На работе и помирились: звонит мне в четырнадцать ноль ноль, вся в панике: в квартиру то и дело звонят какие-то люди, чего-то хотят, а скоро детей из школы привезут, она в ужасе. Ох и ох… Но я был только рад заботе: мигом отпросился на часок, по семейным обстоятельствам, и домой. И на мое счастье — как раз детки подоспели, вся семья в сборе.
Вместе пообедали, вместе пошумели, Шонна под бочок ко мне прислоняется, мною детей пугает — помирились, слава те господи… А по поводу вторжения неизвестных — абсолютная смешная фигня, кондоминиум, жилой комплекс наш, заботится о своем здоровье и с этой целью нанял эксплуатационную компанию проверить и поменять где надо водопроводные трубы с батареями. И объявление соответствующее на доске объявлений висит, и по местному кабельному теле-радиовещанию передавали, а мы всей семьей, вчетвером, дружной компанией лопухов, эти назойливые знаки внимания умудрились пропустить… Таким образом, я спас квартиру от вторжения инопланетян и сантехников, померился с моей дорогой Ши — и опять на работу! Мне почему легко отпрашиваться? Потому что никогда я не филоню и не халявничаю, сам работаю в полную силу и поблажки своему маленькому коллективу не даю. В работе не даю, а в остальном — пестую, защищаю, протек… ционирую и так далее. Забочусь о своих как о собственных. А на меня опять, черт подери, посыпались местные командировки, больше похожие на вылазки. Первый месяц-два после убийства господина Президента всем нам пришлось весьма туго, денег всюду стало в самый обрез, и то не всем хватает. А цены растут, а потребности сокращаться не желают, а ипотечные и иные кредиты — вот они, тоже есть-пить просят, «давай проценты!» — кричат, «погашай долги!» — требуют…
Постепенно-постепенно, шажок за шажком — стало-таки проясняться на бытовом небосклоне: если у Шонны почти полная труба во всех делах, то у нас, у «Совы»… Не то чтобы наоборот, но… Нежданно-негаданно дела наши пошли гораздо резвее, чем раньше. Старое правительство, отныне возглавляемое новым господином Президентом, воодушевилось необычайно, особенно во всем, что касается борьбы с коррупцией и преступностью, уличной и организованной. Представители организованной, сиречь гангстера, гибли как зайцы в охотничий сезон, их целыми выводками отстреливали во время обысков и облав, прямо на месте, не смущаясь обилием адвокатов от будущих потерпевших и представителей свободной прессы, вооруженной диктофонами, кино— и телекамерами. Впрочем, после того, как в горячке, вместе с клиентами, поставили к стенке и расстреляли одного из адвокатов (военные, что с них взять, народ в юриспруденции неискушенный, зато прямой и горячий), — то и законных защитников у организованной преступности резко поубавилось… Гангстеров в Бабилоне выкосили обильно, да так, что многие объекты, находившиеся под их платным покровительством, получили свободу, — просто некому было собирать с них дань за оказываемые услуги… А где свобода, рассудили в «Сове», там и незащищенность. Поэтому есть полный резон не дремать, сложа руки, но водить жалом по сторонам, в поисках потерявших защиту фирм, отныне могущих стать легкой добычей для гангстеров и налетчиков, чтобы за справедливую плату оберегать их от вымогателей и разбойников всех мастей. И на этой, внезапно расчищенной для нас делянке, следовало поспешить, ибо точно такая же идея, насчет расширения рынка сбыта охранных услуг, пришла в голову почти одновременно не только нам, но так же и многим другим организациям, от добропорядочных охранных агентств, вроде нашей «Совы», до уцелевших гангстерских бандформирований. Такова жизнь, она универсальна в своих законах, не особо отличая прямостоящих от копытных в их взаимовыгодном симбиотизме. Та же и свинья — взамен сала, получает от человека уверенность в завтрашнем дне.
В таком духе инструктировали нас на производственных совещаниях наши руководители, объясняя, вдобавок, необходимость мобилизации на «полевые работы» всех, уверенно владеющих наукой убеждать всех подряд в своей правоте. Я был привлечен, само собой, и как раз меня очень рьяно тянули за рукава, заманивая к себе, представители разных «убеждающих» стилей, но я всегда, категорически предпочитал скуку торговых сделок романтике пробитых черепов, и, надеюсь,
Вот, говорят, бодяга, чуть ли ни волшебное средство от синяков. Ага, как же… Две недели минуло, прежде чем незнакомые граждане обоего пола на улицах перестали заглядываться на мое лицо. Жан тогда все изобретал предлоги, чтобы заманить меня в таком виде в школу, не иначе как считая, что иметь такого «разрисованного» папашу — престижно! Ну а чем еще объяснить его хитрости? Зачем ему это было надо, я так и не понял, но взял, да и сходил разок, тайком от Шонны, уж не помню под каким предлогом. Царапины почти прошли к тому времени, губа и ухо полностью зажили, а синяки еще радовали своими переливами всех желающих зрителей. По-моему, сын остался доволен, а Элли с Шонной узнали об этом гораздо позже, настолько позже, что только плечами дружно пожали, да и все, даже не особенно расспрашивали.
Медленно, очень по-черепашьи устаканивалась обстановка в стране, особенно у нас, в столице. На северных курортах, ребята рассказывали, кто в отпуск ездил, что даже иностранцы уже появились, и отдыхающие, и артисты, а у нас в Бабилоне — все какой-то полутраур… Но — помаленечку, потихонечку… Концерт по телевизору, по первому общенациональному каналу! С чего бы так? Просто совпало с днем рождения господина Президента Мастертона. Но если национальному каналу можно, то почему бы не популярному кабаре? Можно. А если ему можно выступления возобновить, то почему бы и не подкрепить их рекламой? Можно и рекламой. Кому можно? Да всем можно, особенно, если есть поддержка и понимание со стороны официальных структур… Но понимание и поддержка данных структур — она штука малораспространенная и оттого вдвойне, втройне ценная. Хорошо, например, если вы связаны дружбой или родством с господином Цугаварой, столичным мэром, сохранившим свой пост, вопреки прогнозам скептиков, или с господином Лодди, недавно назначенным председателем комитета государственных инвестиционных программ… А если не связаны? Что же, пропадать теперь, под натиском бессовестных конкурентов? Не надо пропадать, надо наладить связи и взаимодействие, не худшее, чем у тех, кто имел предпочтительные стартовые позиции… Мне Шонна многое рассказывала, у них в женских редакциях по сарафанному радио такое, бывает, инфо совершенно свободно проходит, что три международных резидентуры шпионскими способами замучаются добывать, исполняя волю заокеанских хозяев… И у нас по работе многое доводится видеть и слышать… И даже папаша иногда рассказывает что-нибудь прикольное… Относительно прикольное, для посторонних, а не для участников.
По их бизнесу это убийство прокатилось асфальтовым катком с рифленым валиком: на фондовый рынок обрушилось цунами такой высоты, что у всех ноги промокли до самых подмышек. Многие утонули. Каждую неделю — как минимум раз — правительство заседает да решения принимает, призванные защитить отечественный фондовый рынок от несправедливостей мирового фондового… Крупняков, так-сяк, поспасали в бюджетном порядке, а мелочь — тони как хочешь, живи как можешь…
— Слышь, пап, может тебе деньгами помочь? У меня есть немного свободных?
Как захохочет папаша в ответ, клубы дыма из него, словно он маленький одноголовый огнедышащий дракон… Отсмеялся и сразу погрустнел.
— Нет, сын, очень тебе благодарен, но — нет. Мы с Яблонски тут покумекали, собрались с силами… Короче, решили из бизнеса не выходить, а просто спуститься вниз на несколько ступенек и учиться скромности.
— Если на несколько ступенек — то это не страшно.
— Или на несколько пролетов, что тоже, в конечном итоге, не катастрофа вселенская. Видишь, я даже мотор не продал, просто поставил временно на прикол, чтобы зря бензин не жечь. А у тебя что, Рики? — Отец занес было руку и убрал… Не знаю уж, что он собирался сделать — за плечи обнять, или по голове погладить… да только давно ушло то время, когда это воспринималось нормальным и естественным…
— А что у меня? Нормально. Представляешь, я уже в деньгах на докризисный уровень вышел, потому как начальство меня уважает. Но цены-то подросли! И у Шонны пока с гонорарами затор, потому что «глянец», журналы эти женские, все никак не соответствуют серьезности нынешнего момента, не отлепить, понимаешь, столице остатков траура. Но по большому счету, все это пустяки. Молине звонил. У них, у Макса, тоже чуть было весь бизнес в выхлопную трубу не улетел, но сгруппировался Макс и вырулил. Все, говорят, более менее теперь…