Суперпрочность
Шрифт:
– Нет, я одна.
Белла попивала маленькими глотками шампанское из разных бокалов, смотрела лёгкий сериал в планшете и старалась никого не ждать.
– Простите. Может быть, вы будете столь любезны, чтобы позволить гостье пообедать за вашим столиком? Я понимаю, что так нельзя, но все столики заняты, а она очень спешит. Не хотелось бы оставить человека голодным, – попросила её официантка и глазами указала на женщину, стоящую у дверей.
Бель опешила. Она надеялась на совсем иное развитие событий, но оставлять человека голодным из-за своих детективных придумок и правда слишком.
– Ой, как я вам благодарна!
– Всё в порядке, не спешите, – поддержала её Бель.
– У меня сегодня три собеседования в разных концах города. Приходится спешить, а я этого очень не люблю, – сказала женщина озабоченно.
– Да, иногда мы попадаем в ситуации, когда приходится делать то, что мы не любим, – подтвердила Бель.
– Или почти всегда приходится делать то, что мы не любим, – откликнулась женщина, указывая официантке на самый дешёвый комплексный обед в меню.
– Теодицея. Существование человека в мире, полном добра и зла, – неожиданно для себя сказала Бель.
– Мне неизвестно такое слово, – ответила женщина.
– А мне, увы, непонятно, – сказала Бель печально.
– Я для себя давно усвоила, что пытаться понять – худшее, что может случиться со мной в жизни. Я проработала в компании больше десяти лет, всегда была на хорошем счету, сверхурочно оставалась, даже домой работу брала, а меня сократили. Недавно принятых девиц без опыта, без двоих детей, которых надо кормить, оставили, а меня – сократили.
– И не объяснили, почему?
– Объяснили. Компании нужен новый свежий взгляд, движение вперёд, а я работаю по старым правилам, опыт мешает мне рисковать. Мешаю динамике развития. Получается, я как телефон: на новую модель поменяли, а старую, рабочую, проверенную, на барахолку отправили.
– Неужели ничего не предложили взамен? – удивилась Бель.
– Как же не предложили? Предложили! Прекрасную открытую вакансию менеджера по этажу. Они же не хотели меня официально сокращать, выплачивать компенсацию. Сделали вид, что предложили соответствующую работу.
– Менеджера по этажу? Я даже не знаю, кто это…
– Это уборщица на самом деле, с красивым названием в трудовой книжке, – вздохнула женщина.
– А вы кто по должности?
– Маркетолог. Была. Теперь не знаю, кем буду. Кроме как на менеджера по продажам, никуда не берут. Возраст тридцать восемь никому не нравится. Вроде как и уже недостаточно проворная, и в декрет ещё могу уйти. Неудобный я кандидат.
– Послушайте, но ведь вы могли и в суд подать. Компенсация же вам положена! Доказали бы, что у них менеджер по этажу – уборщица! – возмутилась несправедливости Бель.
– Я вас умоляю! У меня двое детей, я иногда опаздываю на работу, не успеваю их в школу отводить. Детей по утрам то не разбудить, то не угомонить. На работе мои опоздания фиксировали протоколами, говорили, что так положено и ничего мне за это не будет, ведь я всегда перерабатывала часами. А когда стала возмущаться, показали мне все эти опоздания и предупредили: или мирно уйду сама, или по статье уволят за нарушение дисциплины… Да ну! Не стоит об этом. Только аппетит портить. Если я буду думать, почему со мной так обошлись,
– Приятного аппетита! – пожелала Бель женщине, которой как раз принесли обед.
Теперь на её столике встретились самое дорогое шампанское, самый дешёвый бизнес-ланч в простеньких плошках и стакан компота из сухофруктов. «Наверное, они никогда и близко не стояли, первая их такая встреча. Со свиданьицем», – подумала Бель. Пока женщина обедала, Изабель предпочла отправиться «пудрить нос», потому что пить рядом шампанское было бы, по меньшей мере, непристойно. Когда она вернулась, женщины уже не было, а на столе, рядом с грудой пустой посуды и блистерами от таблеток, лежала салфетка со сделанной ручкой надписью: «Спасибо! Сегодня со мной случилось что-то хорошее, и это были Вы!»
Бель просидела до вечера. Старушки не появились. Впрочем, и протезов в её теле в этот день не прибавилось.
20 мая
Среди утренних сообщений появился новый адресат. Та самая девушка, которую Бель назвала в контактах «Катя Мопс», прислала фото: то ли доберман, то ли бульдог дрых на диване, положив слюнявые губы на расшитую узорами диванную подушечку. Пёс, который никогда раньше не был допущен в дом, очень быстро разобрался, какое место ему стоит выбрать. Бель улыбнулась и ответила: «Не перебалуй его!» Катя написала: «Постараюсь, но это сложновыполнимо. Он – лучшее из известных мне существ, даже лучше моего парня ».
Бель снова чувствовала чужие кукольные ноги – инородное тело своего тела. Если человеку делают протез, он с нетерпением ждёт, когда его изготовят, меряет, считает дни до установки и потом радуется, когда протез натирает кровавые мозоли, старается побыстрее привыкнуть. Но если тебе насильно поставили протезы – это совсем другое дело. Их хочется снять, а они несъёмные! Это очень раздражает.
«Сегодня надо куда-нибудь выбраться, чтобы отпуск не прошёл совсем впустую», – подумала Белла и полезла шерстить интернет в поисках проходящих в городе культурных мероприятий. Старые выставки, новые передвижки, театры, концерты, экскурсии, зоопарки – всего полно, но ничего не хочется. О, а вот это что-то новенькое: «В субботу мы все гуляем по городу от памятника Пушкину до тюрьмы просто потому, что гулять можно». Путём нехитрых манипуляций с информацией удалось выяснить, что «гулять» на самом деле будут за очередного политзаключённого, борца с воровством и нарушением конституционных прав. Говорить об этом открыто теперь было нельзя, и ребята изворачивались как могли, чтобы не попасть под статью за экстремизм и нарушение «всегочтоможнонарушить».
«В субботу кто гуляет?» – написала Бель в группу «Подружки».
Янина: «Мы с Серёгой гуляем»
Кати: «Я гуляю одна»
Ленон: «Я далеко, в командировке, буду гулять там»
Свет_очей: «Пока точно не знаю. Скорее всего, с мамой пойдём прогуляться или одна сбегу»
Бель набрала номер Влада.
– Привет. Можешь говорить?
– Да, но немножко. На работе…
– У тебя на субботу какие планы? – спросила Бель прямо.
– Ой… Я бы посидел дома и посмотрел на происходящее с высоты шестого этажа. Говорят, что в этот день не очень хорошо по улице шляться, – ответил Влад.