Сумерки
Шрифт:
Золотистые глаза просияли мне в ответ.
– Итак, о чем мы говорили до этого? – спросил Эдвард.
– Не помню, – честно ответила я.
– По-моему, о том, чего ты боишься… ну, кроме самого очевидного, – робко напомнил он.
– Да, верно.
– Так чего же?
Я бездумно водила пальцем по его руке. Эдвард ждал ответа.
– Видишь, как легко выбить меня из колеи? – рассмеялся он.
Заглянув ему в глаза, я вдруг поняла, что сейчас он очень не уверен в себе. Столько лет он мог беспрепятственно
– Мне страшно… потому что скорее всего мы не можем быть вместе. А еще боюсь, что именно этого мне хочется больше всего на свете. – Признание далось мне нелегко.
– Да, – согласился он, – этого точно стоит бояться. Желание быть со мной не к лицу юной девице.
– Знаю. Наверное, стоит попытаться тебя забыть.
– Мне бы очень хотелось тебе помочь. – Судя по выражению лица, Эдвард говорил искренне. – Наверное, мне давно следовало все прекратить, а сейчас лучше уйти, только не знаю, смогу ли.
– Не хочу, чтобы ты уходил, – чуть слышно пробормотала я.
– Именно поэтому мне следует это сделать!.. Но не беспокойся, я эгоист до мозга костей и слишком долго ждал сегодняшнего дня.
– Очень рада.
– Совершенно напрасно! – Эдвард отдернул руку. Даже лишенный обычной вкрадчивости, его голос казался мне самым мелодичным на свете. Я с трудом успевала следить за внезапными переменами его настроения.
– Я хочу быть только с тобой! Никогда об этом не забывай! Помни, что для тебя я опаснее, чем для кого бы то ни было, – объявил он и стал смотреть куда-то вдаль.
– Не совсем понимаю, о чем ты, – после минутного молчания призналась я.
Посмотрев на меня, Эдвард лукаво улыбнулся, – настроение снова изменилось.
– Как же объяснить, чтобы снова тебя не напугать? – задумчиво проговорил он и взял меня за руку. Я так и вцепилась в прохладную мраморную ладонь. – Каким приятным может быть тепло, – вздохнул он.
Несколько секунд Эдвард собирался с мыслями.
– Знаешь, у каждого свои вкусы. Кому-то нравится шоколадное мороженое, кому-то клубничное…
Я кивнула.
– Прости за аналогию с едой, лучшего объяснения не подобрать.
Я улыбнулась.
– То же самое с обонянием. Если запереть алкоголика в комнате со жбаном прокисшего пива, он скорее всего его выпьет. Он мог бы устоять, если бы захотел или обладал силой воли. А теперь представь, что случится, если в ту самую комнату поместить стакан старого бренди или коллекционного коньяка. Как поведет себя наш алкоголик?
Мы сидели, глядя друг другу в глаза и пытаясь читать мысли.
– Ну, может, аналогия не самая удачная, и перед бренди устоять несложно. Наверное, лучше заменить алкоголика на подсевшего на героин наркомана.
– Хочешь сказать, что я и есть твой героин? – поддела я, пытаясь
Оценив мои усилия, Эдвард тут же улыбнулся.
– Да, мой любимый сорт!
– И часто такое случается?
Подыскивая ответ, он всмотрелся в верхушки деревьев.
– Я говорил об этом с братьями… Для Кэри все люди одинаковы. В нашей семье он сравнительно недавно и с трудом приспосабливается к нашим правилам. Кэри пока не чувствует разницы во вкусе и запахе. – Эдвард внезапно замолчал и сконфуженно на меня посмотрел. – Прости!
– Ничего страшного. Пожалуйста, не беспокойся, что можешь меня обидеть или испугать. Ведь именно это тебя тревожит. Я все понимаю. По крайней мере, стараюсь понять. Просто объясняй, как считаешь нужным.
– Ты смелая девушка, – с восхищением проговорил он.
– Вовсе я не смелая. Настоящая трусиха! Если бы я была смелой, то держалась бы от тебя подальше.
– Ты не боишься смотреть правде в глаза.
– К сожалению, ты не прав, но все равно продолжай.
Глубоко вздохнув, Каллен снова посмотрел на небо.
– Так что Кэри не знает, встречал ли когда-нибудь кого-то… к кому бы его тянуло так сильно, как меня к тебе. Значит, не встречал. У Эмметта, если так можно сказать, побольше опыта, так что он сразу понял, о чем я. Брат говорит, что у него было две подобные встречи.
– А с тобой такое случалось?
– Никогда.
Мне показалось, что ответ Эдварда так и разнесся по поляне.
– И как же поступил Эмметт? – поинтересовалась я.
Проявлять любопытство, очевидно, не стоило. Лицо Эдварда потемнело, руки сжались в кулаки. Он потупился, и я поняла, что ответа ждать не следует.
– Кажется, догадалась…
Эдвард поднял на меня уставшие, полные страдания глаза.
– Даже у самых сильных есть маленькие слабости.
– Чего ты ждешь? Моего согласия? – спросила я гораздо резче, чем собиралась. Наверное, откровения дались ему нелегко, и я смягчилась. – Значит, нет никакой надежды?
Как спокойно я обсуждаю собственную смерть!
– Нет, нет! – закричал Каллен. – Надежда, конечно же, есть! То есть я точно не стану… У нас ведь все по-другому! Для Эмметта те женщины были чужими, и это случилось давно, когда он еще не был таким… опытным и осторожным, как сейчас.
– Значит, если бы мы встретились в темной аллее… – не решилась договорить я.
– В тот день я ценой огромных усилий сдержался, чтобы не вскочить и на глазах у всего класса не… – он снова отвел глаза. – Когда ты прошла мимо, я был готов разрушить то, что годами создавал для нас Карлайл.
Эдвард мрачно на меня посмотрел, легко догадавшись, о чем я думаю.
– Ты наверняка подумала, что я ненормальный!
– Я просто ничего не поняла. Как ты мог так быстро меня возненавидеть?