Сумерки Юпитера
Шрифт:
Глава 3
На полу тоннеля остался лежать сержант Удальцов. Он был жив. Трудно сказать, что именно спасло жизнь сержанта. Его состояние, или нежелание крэглэров превратить его в безжизненный столб. Возможно, пришельцы оставили Удальцова в живых, тоже ради шутки.
Спустя некоторое время, Удальцов очнулся и со стоном сел. Рукой нащупал на лбу большую шишку и выругался. Потом открыл глаза и осмотрелся. Он был один. Товарищи исчезли. Мутанты, как он называл про себя пришельцев тоже. О том, что произошло с Ермаковым до того
– Что за день сегодня, – сказал Удальцов, поднимаясь на ноги, – и где все? Это учения такие или что? – он осмотрелся. Темные, аккуратно сложенные возле стен тоннеля столбы, нисколько не привлекли внимание сержанта.
Он включил рацию, попытался связаться с базой. Ответом ему был хрип, треск и свист. Удальцов спокойно выключил рацию, спрятал в карман разгрузки и начал думать, что ему делать дальше. На всякий случай, решил позвать своих товарищей.
– Товарищ лейтенант! Ермаков! Где вы? – громко крикнул он.
Не дождавшись ответа, Удальцов направился к выходу из тоннеля. Это место он знал отлично. Можно было обойтись и без карты.
– Вот выберусь к своим, там все и узнаю, – проговорил он, обращаясь к самому себе, и решительно направился к выходу из тоннеля. На лежавшие вдоль стен тоннеля темные столбы, он почти не обращал внимания. Все его мысли были заняты последними событиями. Только сейчас, Удальцов почувствовал страх.
«А ведь я мог погибнуть. Сто процентов! – неожиданно подумал он, – Я мог оказаться на месте Лехи Томина или товарища лейтенанта с Ермаковым. Интересно, где они? Может, им удалось спастись? Нет, нет, они бы меня одного не оставили. Лейтенант, конечно, зеленый совсем, но Ермакова я знаю давно. Еще по горячей точке. Он бы меня не бросил одного. Неужели они погибли?» – лицо Удальцова нахмурилось, и он крепче сжал оружие.
Размышляя о последних событиях, сержант Удальцов не заметил, как вышел из тоннеля. Здесь его ждал еще один сюрприз. Он совсем не узнавал местность, хотя раньше бывал здесь много раз. Вокруг росли деревья, но что за деревья, определить он не мог, хотя раньше знал все местные породы. Трава тоже была какой-то странной.
«Может, меня контузило, или глюки какие-то? Точно, скорее всего, надышался этой желтой дряни в тоннеле. Вот и показывается всякое!» – подумал он, и облегченно вздохнул.
– Так, – громко сказал Удальцов, озираясь по сторонам, – Глюки глюками, но надо искать своих. Черт! Как я их буду искать, если не знаю, где я и куда идти, – он внезапно похлопал себя руками по карманам разгрузки, вытащил мобильный телефон, – Навигатор! Пойду по навигатору, – решение было вполне логичным, но когда Удальцов попытался включить телефон, то обнаружил, что тот не работает. С досадой Удальцов спрятал телефон обратно в карман, и стал думать, что ему делать дальше. Он все наделся, что действие неизвестного газа прекратится и он, подышав свежим воздухом, снова обретет ясность ума, и определит, где он находится. Тем не менее, какая-то мысль не давала Удальцову покоя. Сначала он не понимал, что его
Если он находился возле выхода из тоннеля, то здесь должны быть люди. Другие группы, принимавшие участие в учениях. Неужели он заблудился и вышел в другом месте? Но, насколько было известно Удальцову, в тоннеле не было другого выхода. Не понимая, что происходит, и где он находится, Удальцов собрался громко позвать, надеясь, что его кто-то услышит и объяснит, что здесь происходит.
О существах, с которыми ему пришлось столкнуться в тоннеле, он почему-то не думал. Словно это был пустяк, на который не следовало даже обращать внимания. Удальцов открыл уже было рот, чтобы крикнуть, но в этот момент услышал слабый стон. Стон повторился. Потом еще раз. Стонала женщина.
– Баба, похоже, – удивленно пробормотал Удальцов, поворачиваясь на месте, и стараясь определить, откуда исходили слабые звуки.
Стон шел из кустарника. Удальцов, готовый в любой момент открыть огонь, озираясь по сторонам, украдкой направился на звук. Стон не прекращался.
«Может, тоже мерещится, – подумал он, – Может, у меня не только зрительные, но и слуховые галлюцинации?»
Но это были не галлюцинации. Возле кустарника шиповника, действительно, лежала женщина, и тихо стонала. Похоже, она была без сознания.
– Смотри-ка, точно баба, – изумленно проговорил Удальцов, когда увидел ее.
Понять удивление сержанта было просто. Перед ним лежала не просто, как он выразился «баба», а молодая симпатичная женщина в форме майора спецназа.
Удальцов какое-то мгновение разглядывал ее, словно диковинное животное в зоопарке, потом спохватился, и быстро присел. Он увидел запекшуюся кровь на рукаве. Похоже, женщина была ранена. Удальцов со знанием дела сделал ей укол, и принялся перевязывать рану.
Рана оказалась не огнестрельной. Это было больше похоже на ожог. Вторую рану Удальцов обнаружил на ноге женщины.
– Здорово по тебе кто-то прошелся, – проговорил он, бережно накладывая повязки на обе раны, – Неужели это они с тобой сделали? Те самые из тоннеля?
Удальцов вдруг замер. В горле у него пересохло. Прямо ему в лицо смотрело дуло пистолета. Женщина больше не стонала, и пристально смотрела на него.
Удальцов, словно защищаясь, вытянул перед собой бинт и шприц.
– Перевязываю, – хрипло проговорил он.
Дуло пистолета дрогнуло, но продолжало держать его на прицеле.
«Может, в бреду, – пронеслось в голове Удальцова, – Надо быть осторожным, а то точно выстрелит!»
– Кто такой? – спросила женщина.
– Сержант Удальцов. Спецназ. Группа лейтенанта Кудряшова.
– Майор Воронова. Где Кудряшов? – быстро спросила женщина и, помедлив, опустила пистолет. Похоже, это отняло у нее последние силы. Лицо ее очень побледнело, и казалось, она вот-вот снова потеряет сознание.
– В госпиталь вам надо, товарищ майор. Показаться врачу, – сказал Удальцов, пряча бинт и шприц, – Вы ранены. Раны не очень серьезные, но лучше подстраховаться.