Сумеречный Обелиск
Шрифт:
Стряхнув остатки песка и обтерев ладони о штаны, я почувствовал, что кожа рук покрылась еле заметной пленкой. Дотронувшись кончиком языка до указательного пальца, ощутил солоноватый привкус. Море близко…
Мои манипуляции очень веселили Дроя и не только его…
Народ, кстати, заметно повеселели. В воздухе витало радостное предчувствие скорого окончания пути.
Орман, хорошо знающий эти места, говорил, что если двигаться в этом направлении, то скоро, может быть, даже этой ночью, мы выйдем к старому маяку. Там должно быть небольшое селище на пять или шесть домов, где можно
После ночного события прошло уже три дня. Пережитый шок от встречи с летающей тварью постепенно рассеялся, растворился в череде лесных переходов и стоянок. Следы крупных мобов больше не встречались, их стаи уходили левее того маршрута, который я выбрал.
Бойцы Торопыги Шорва больше не уходили далеко вперед – разведкой уже занимался я. Открытое пространство моя вотчина…
По пути, народ занимался собирательством. Каменный лес был настоящей сокровищницей растительного мира. Особенно отрывались травники и знахари, работая будто комбайны, сгребали все на своем пути - лечебные травы, почки деревьев и корешки, а потом делали из них разнообразные отвары, примочки и компрессы.
Весть о том, что древний ужас, Вапри Повелительница снов повержена разлетелась со скоростью ветра. На нас смотрели, как на героев. Особенно чествовали Лавену Лису и ее мастерство.
***
День подходил к концу. Солнце уже собиралось в свои небесные чертоги, даря последние золотые лучи уставшим путникам. Оно ласково прощалось с землей, передавая очередь своей младшей сестре луне.
Колонна из почти трех тысяч кальтов пробиралась через поредевший лес, стараясь держаться в тени невысоких деревьев. С высоты птичьего полета она походила на гигантскую пеструю змею, осторожно ползущую по незнакомой тропе.
Многие кальты уже узнавали эти места. Это придавало сил уставшим путешественникам. Некоторые даже в нарушение норм, смело углублялись в лес, но недалеко и в сопровождении воинов. Командиры смотрели на это сквозь пальцы. Пусть народ расслабится немного. Они и так хорошо себя показали в этом нелегком походе. Тем более я слежу за обстановкой сверху.
Скоро тропа вывела клан к широкому полю, огороженному со всех сторон ветхим деревянным забором. После многодневного похода по лесу открытое пространство давало чувство свободы.
Мы стояли на краю отвоеванного у чащи поля. Сорная серо-желтая трава выросла выше пояса. Ветер вовсю ворошил массу сорняков, не погибших даже зимой. На фоне темнеющего свинцового неба колышущееся на ветру грязно-желтое море травы, казалось, светилось. От этого непривычного пейзажа у меня даже мурашки побежали по спине. Забор состоял из вбитых в землю невысоких деревянных столбов, на которых параллельно земле были прибиты длинные кривые жердины разных размеров, посеревшие от времени, а кое-где и прогнившие.
Изгородь служила защитой посевов от крупного лесного зверя. Жерди крепились примерно на
Было видно, что во многих местах забор осел и провалился. Подойдя ближе к ограде, я услышал странный гудящий звук, доносившийся со стороны поля. Прислушавшись, он понял, какой инструмент издавал эту жуткую музыку. Рогатые черепа, насаженные на столбы, будто живые стражи предупреждали об опасности. Наверное, бывшие хозяева специально повесили их, чтобы они отпугивали от посевов птиц и зверей.
До прихода орды это была земля небольшого кальтского клана. Их шаман так и не появился на том знаменитом совете. Видимо не успел…
Настроение кальтов мгновенно изменилось. Воины инстинктивно жались друг к другу спинами, держа наготове оружие.
Складывалось впечатление, будто они ждут, что вот-вот из зарослей выскочит страшный враг. Все разговоры в момент прекратились, вылазки тоже и присмиревшие путешественники двинулись в обход заброшенного поля.
Еще долго воющий звук черепов доносился до уходящих кальтов, торопя их скорее убраться подальше от этого места. Даже когда они снова оказались под защитой леса и жуткий пустырь остался далеко позади, веселья в клане не прибавилось. Шли молча, часто озираясь и вглядываясь в вечерний лес…
Напряжение спало только на привале, когда в центре широкого лесного луга разгорелись сотни костров, неся уставшим кальтам запах дыма и пищи.
Наша похлебка была уже готова, и деревянные плошки, пошли по рукам по кругу. Тем временем Орман доставал из-под костра птицу, запеченную в глине. В некоторых местах она потрескалась, и сквозь трещины сочился ароматный мясной сок. Глину мазали прямо поверх перьев, и сейчас они отделялись вместе с твердыми обожженными кусками, обнажая нежное, дышащее паром запеченное мясо. Над нашим костром потянулся кружащий голову аромат.
– Ты тоже заметил? – спросила у меня шепотом, подсевший рядом Шорв.
– Ты о том, что за нами идут? – спросил я, не поднимая глаз от еды.
– Да. Я этим утром заметил. Думаю, один дневной переход, и они нас нагонят. Кстати, ты знаешь кто это?
– Нет. Очень хорошо маскируются. А ниже я спустится не решился… Они идут за нами еще со вчерашнего утра двумя небольшими группами. Птиц потревожили дважды. Думаю, они знают, что мы их уже заметили. Завтра в полдень они нагонят нас.
– Узнать бы с кем мы имеем дело… - буркнул Шорв.
– Это однозначно разумные. Звери или нокты уже дали бы о себе знать…
У меня неприятное предчувствие…
Завтра предстоял еще один трудный день. То, что по нашему следу идут, я заметил на следующий день после боя с у-дур.
Помню наставления спеца по выживанию, что видел в инете. Он говорил, чтобы сориентироваться на местности в лесу и иметь достаточное представление о месте, куда попал, или о направлении, куда идешь, ты должен найти высокое место. Пусть это будет скала, холм или дерево…