Суматоха

Хендрикс Лиза

Наконец Рейн заметила каменный столб, показавшийся знакомым.

– Я уже видела его. – Саманта объехала вокруг нее.

– Таких здесь штуки две. Большинство дорог сходятся, наверное, мы въехали в круг.

– Другими словами, ты не знаешь, где мы?

– Не точно… Некоторые дороги я знаю. Но я никогда не жила у бабушки столько времени, чтобы по-настоящему разобраться.

– У бабушки? Разве это не твой дом?

– Нет. У нас была квартира возле озера Вашингтон, а когда папа и мама развелись, он переехал сюда. Тут интереснее,

чем жить в квартире.

Рядом затормозил Мейсон, который все это время пребывал в страшном напряжении.

– Вы обе лентяйки или не в форме?

– Он еще издевается над нами, – сказала Рейн, не глядя на него. – Что мы с ним сделаем?

– Победим его! – закричала Сэм, припадая к рулю, словно настоящий гонщик. – Вперед!

Мейсон рванул, а девочка осталась на месте и захохотала. Сделав круг, он вернулся к ним.

– Очень глупо, Сэм, хуже не придумаешь. Ты же не рассчитывала таким образом победить?

– Великолепно, – усмехнулась Рейн. – Поделись с дочерью, как нужно обманывать.

– Нет. Если она желает соревноваться, пусть делает все по правилам. – Сэм показала ему язык. – Даю тебе пять минут форы.

– Я не хочу никаких гонок, папа. Мы с Рейн просто едем и разговариваем.

– Ого. А я ведь пригласил вас на прогулку. Тогда вот что, леди. Пока вы тут заняты дружеской беседой, я намерен как следует поразмяться. Стойте здесь, чтобы я вас не потерял.

– Хорошо, – сказала Рейн.

Он помчался, крутя педали, а она невольно смотрела на его ягодицы, зная, что они не только выглядят твердыми, как скала.

– Где вы живете? – спросила девочка.

– В очень маленьком домике.

Рейн описала его, потом ответила на кучу вопросов о работе, семье, образовании, даже об искусстве. Сэм допрашивала ее, как Миранда, и Рейн не переставала удивляться, насколько они похожи. Но в отличие от тетушки Сэм просто удовлетворяла свое детское любопытство, гораздо приятнее разговаривать с ней, чем мериться силами с Мирандой.

Пока они мирно беседовали, вернулся Мейсон. Наверняка лишь затем, чтобы убедиться, что леди не потерялись, ибо, когда они втроем выбрались на широкую дорогу, он прибавил скорость и исчез за поворотом.

– Кажется, я знаю, где мы, – сказала вдруг Сэм. – Эта дорога ведет к Макмалленам. Наш дом там. – Она указала вправо.

Рейн ответила, пародируя дурное произношение гангстера из фильма:

– Ха, если мы прикончим твоего старика, ты сможешь привести нас обратно к заведению?

Саманта хихикнула и попробовала говорить тем же голосом, но не вышло:

– Думаю, что смогу.

Когда они скатились по небольшому холму, Рейн тоже начала узнавать местность: они на Олимпик-драйв, их дом впереди и слева. Они пронеслись через ворота, потом выехали на дорожку, затормозили перед львами, охранявшими вход, и прислонили велосипеды к передним лапам животных.

– Пить хочу, просто умираю, – простонала Сэм. – Пойдем на террасу.

– Может,

нам лучше подождать твоего отца, вдруг придется выполнить миссию спасателей. Вдруг, ища нас, он заблудится навсегда, как «Летучий Голландец»?

– Кто-кто?

– «Летучий Голландец». Корабль-призрак, который блуждает по морям в поисках своей команды.

– Ничего себе. Ты веришь в призраков?

– Я верю в такую возможность, – уклончиво ответила Рейн. Это же дочь Мейсона. – Хотя сама я никогда их не видела.

– Папа говорит, что ничего такого не существует. Ни призраков, ни ведьм. Поэтому он страшно расстраивается из-за бабули и тети Ранди. – Она прикрыла рот ладошкой. – Ой, папа не любит, когда я говорю про это. Семейная тайна.

– Мне уже известно, что они ведьмы, хотя я не понимаю, что в этом ужасного.

– Я тоже не понимаю. – Сэм направилась к двери. – Принесу чего-нибудь попить, возьму у повара.

У повара. Какая большая разница между детством Сэм и ее собственным, подумала Рейн.

Мейсон явился минут через пятнадцать. К тому времени Сэм принесла из кухни три бутылки минеральной воды, и они с Рейн, сидя на ступеньках, изображали нестерпимую скуку.

– Некоторые люди такие медлительные, – заявила Сэм, глядя в небо.

– Сегодня вы уже второй раз обвели меня вокруг пальца, – ответил Мейсон. Прислонив велосипед к боку льва, он подошел, чтобы сесть рядом, и Сэм подала ему бутылку воды. – Я исколесил там всю местность, пока сообразил, что меня просто выкинули за борт. – Он сделал большой глоток. – По-моему, одна из вас дурно влияет на другую, только еще не понял, кто на кого.

– Потому что мы обе не столь плохи, как ты, папочка, вот тебе и трудно сравнить хорошее с хорошим.

Он потянулся, чтобы в шутку стукнуть дочь за такие слова.

Мейсон укатался до пота, и когда наклонился к Рейн, ее обдало приятно острым мужским запахом. Один раз она уже чувствовала этот запах, лежа с Мейсоном в его постели.

Тело сразу отозвалось, проявив готовность заняться сексом.

Рейн не вникала в шутки, которыми обменивались дочь с отцом, она боролась с собой, чтобы избавиться от возбуждения, и эта задача была бы намного легче, не сиди Мейсон рядом. И только когда он встал, поинтересовавшись, не пойти ли им обедать, Рейн удалось стряхнуть наваждение и вернуться к реальности.

Она долго простояла в душе под холодной водой, затем торопливо вытерлась и надела зеленовато-голубой костюм, самый стильный из всего, что она выбрала на деньги Мейсона.

Отлично. Мысль о деньгах и холодный душ помогли ей вернуть самообладание: она на работе, все остальное лишнее.

Мейсон ожидал ее в холле, и когда Рейн появилась, одобрительно кивнул.

– Ты выглядишь очень прохладной и свежей. – Он прикоснулся к ее руке. – Замерзла? Ты в порядке?

– Мне было жарко после поездки, и я приняла холодный душ.