Сумасшедшее сердце
Шрифт:
— Ну и что?
— А то, что там могут быть старые фотографии, на которых она с двумя сыновьями, понимаете?
Он ждет ответа, а ей нечего ему сказать. Пусть берет любые фотографии, и даже коробку с вещами, которые так и не дождались починки. Она оставит все на усмотрение Эгберта. Это его дело — трактовать завещание Харви и притязания этого ковбоя.
Она шла по коридору, слыша за собой его шаги.
— Вам не кажется знаменательным, что в именах Эвандер и Харви есть
— Что вы имеете в виду?
— Не так уж много имен, в которых есть буква «в», не так ли?
— Виктор, Вэнс, Вон, Вирджиния, Вирджил….
— Гмм… вот уж не думал. С вами опасно играть в «слова».
Если он намеревается обезоружить ее улыбкой, то зря старается.
— Я никогда не играю в игры, — холодно сообщила Дейзи.
— Пр-р-ра-вильно, — усмехнулся он.
Они все еще стояли, когда что-то ударило в стену.
— Неужели птица? — воскликнула Дейзи. — Надо посмотреть, не поранилась ли она. Иногда к вечеру солнце отражается в стеклах и…
Она поспешно направилась к передней двери, когда снова раздался тот же звук. Они переглянулись.
— Это наверху, — сказал Келл.
— Снаружи, — возразила Дейзи.
— Возможно, ветка, — предположил он. — Поднялся ветер.
— Замечательно! Придется снова сгребать все граблями. Я забыла, что есть еще двор.
Словно безмолвно заключив перемирие, они устремились наружу и принялись искать оглушенную птицу среди сосновых шишек, плодов ореха-пекана и сломанных веток, в изобилии валявшихся на неухоженной лужайке.
— Как насчет службы по уборке газонов?
— После урагана их люди приехали и забрали все, что мы с Файлин смогли вытащить на дорогу. Мы убрали ветки с крыльца и расчистили подъездную дорогу, но больше ничего не успели сделать.
— Вы занимается еще и работой во дворе? Я думал, что вы медицинская сестра.
Дейзи пожала плечами.
— Я делаю это, пока живу здесь. Я ведь не плачу за проживание. К тому же легче сделать это самой, чем пытаться найти кого-нибудь, особенно сейчас.
Особенно после урагана? — подумал Келл. Или потому что у нее нет работы?
— А как насчет желобов? — спросил он, вспомнив, что, въехав во двор, видел раскачивавшийся на ветру желоб.
— Желоба, — повторила Дейзи. — Вот черт! Я сказала Эгберту, что их нужно починить, но он говорит, что до решения вопроса с поместьем с этим придется подождать.
— Сколько?
— Месяцев шесть, я думаю. Кажется, Эгберту нужно время, чтобы появились кредиторы, если они есть, или какие-нибудь другие…
Она умолкла, и Мэджи подсказал:
— …претенденты. Не беспокойтесь, я не принадлежу к их числу.
Он заметил,
— Здесь беспорядок, не так ли?
Она быстро улыбнулась. Кончик носа у нее все еще покрасневший, но это ее не портит. Странно, обычно ему нравятся ухоженные, выхоленные женщины. О ней этого не скажешь.
— Если это стучит кусок желоба, то я мог бы залезть и снять его, — предложил Келл. Ясно, что Дейзи не может дождаться, когда он уйдет, однако, чем сильнее она этого хочет, тем крепче его решение остаться. — Что если я займусь этим сейчас?
Прикрыв рукой глаза от заходящего солнца, Келл посмотрел на болтающийся отрезок желоба. Если он хочет получить доступ в дом, это, возможно, подходящий случай. Он предложит прикрепить свисающий отрезок и посмотрит, можно ли его прибить. Мужская работа, сказал он себе и невольно расправил плечи.
— Да, это обязательно надо сделать. Просто чудо, что уцелело стекло.
Кивнув, Дейзи повернулась к двери, где уже стояла Файлин с хозяйственной сумкой, полной разных инструментов.
— Говорила же я, что ветер сорвет эту штуку.
Келл протянул руку к сумке, но Дейзи опередила его.
— Хотите, я помогу вам достать лестницу? — спросила Файлин. — Пока вы будете наверху, вы сможете спилить вон ту большую ветку, которая нависает над крыльцом.
— Где лестница? Я принесу ее, — заявил Келл, играя мускулами.
— Все-таки я уверена, что видела вас, — задумчиво произнесла экономка. — Не были ли вы среди тех холостяков, которых показывали по телевидению?
Келл ухмыльнулся и покачал головой.
— Нет, мэм. Упаси Бог, мисс Бизли! — Или миссис?
Верно, он холостяк, и его определенно показывали по телевидению, но совсем в другой передаче. Прежде чем экономка смогла вспомнить, где она все-таки его видела, Келл направился за лестницей.
Заткнув за пояс несколько основных инструментов, Келл полез на крышу. Еще три ступеньки и он наверху. Келл переступил с ногу на ногу, проверяя, не уйдет ли лестница глубже во влажную землю, взглянул на витражное стекло ближайшего окна и крикнул вниз:
— Забавный дом. И высокий.
Дейзи следила за ним из-под найденного на земле обломка плитки, которым она прикрывала глаза от солнца.
— Осторожнее там наверху, — предостерегла она.
— Я всегда осторожен. Как, вы сказали, он называется? Викторианский стиль?
— Я не говорила. Готический, наверное, — ответила Дейзи.
— Вер-р-но. Так я и думал. — Когда речь заходила об архитектуре, он не отличал готическую от гомерической, если такая существует.