Сумасбродка и олигарх

Павлова Татьяна

В тесном коридорчике внушительная мужская фигура занимала, чуть ли не все пространство. Ударившись сначала о его локоть, когда проходила мимо в комнату, затем с разворота о плечо. Да ё мое, и чего он застыл позади меня?

– Располагайся, - оставила шефа в большой комнате, а сама скрылась в спальне.

На сборы у меня ушло минут десять.

Мачо с одобрением окинул взглядом мою фигурку в голубом костюмчике, дольше приличного задержавшись на обтянутых стройных бедрах юбкой выше колен и открывающихся во всей красе ножках. Я терпеливо ждала, когда

мужчина насмотрится и его жадно-мечтательный взгляд проясниться.

Мне показалось или он чуть смутился, встретившись наконец-то со мной взглядом? Но быстро напустил на себя маску непроницаемости, однако блеск глаз не так просто скрыть.

– В отличие от большинства женщин, ты умеешь быстро собираться, - прочистив горло хрипло похвалил меня шеф. Я аж вся загордилась, куда деваться.

– У меня еще много талантов, - хвастливо заявила я.

– Не раскрытых, - поддакнул шеф ухмыльнувшись.
– Квартиру ты снимаешь, - не вопрос утверждение, он знал.

– Да, - все же кивнула я, еще не понимая, куда шеф ведет.

– Значит, вернулась ненадолго?
– тут же последовал вопрос.

– С недавних пор, не строю планов на будущее, живу, как живется, - неопределенно прозвучал мой ответ.

– Я все думаю и никак не приду к выводу, - почесав подбородок, высказал мысль вслух, мачо, еще раз оглядевшись вокруг.

– По поводу?
– вскинула бровь.

– Пытаюсь тебя понять, да вот никак не получается, - покачал головой.

– Не ломай голову, - дала добрый совет.
– Порой, я сама себя не понимаю.

– Выросла в роскоши, а сейчас живешь, - обвел рукой комнату. И что он хотел этим сказать?
– И кажется, тебя это нисколько не смущает.

– А должно?

– Любого другого я бы сказал да, а тебя не знаю, - поглядывая на меня с улыбкой, произнес мачо.

– Сама наворотила дел, сама теперь и расхлебываю, - с недавних пор, в определенной степени, стала через чур самокритична, диву даюсь.

– И ты ничего не хотела бы изменить?
– вкрадчивый мужской голос.

Что за допрос он мне тут устраивает?

– Надеюсь, это риторический вопрос, - сухо произнесла я.

– Нет, самый что ни наесть насущный - глядя мне прямо в глаза, возразил шеф. Чего ему от меня надо? Привязался, как банный лист к одному месту.

– Слушай, выбери для психоанализа другую подопытную крысу, ладно?
– доброжелательно оскалилась я.

Шеф, не будь таким толстокожим, вроде понял, что я начинаю заводиться. Осмотрел носки своих ботинок и снова поднял голову. Придирчивым взглядом оглядел мою коморку, ну, по сравнению с его шикарным особняком, моя двушка, именно такой и казалась. Я все ждала, что он выскажется, но мужчина промолчал.

Если честно, я равнодушно относилась к временному жилищу, знала, это не навсегда и не напрягалась, не была той женщиной, что создает уют. Есть угол, где можно приткнуться, сейчас этого достаточно, что будет завтра, особо

не задумывалась. Скажите легкомысленна? Да, так и есть. Но я одна, у меня нет настоящего дома, семьи, детей. У, куда тебя понесло, притормози Шумахер. И мне не о ком заботиться, не о ком переживать и не для кого стараться, да и не умею я. Разве это жизнь? А с другой стороны у меня нет обузы, семейных обязательств, оков и ограничений свободы. Хожу куда хочу, делаю, что хочу. И никто мне не указ. Разве это не жизнь? Я смотрю, ты точно становишься философом. Это так на меня влияет родной город, место, где я родилась и выросла. И сколько бы я не бегала, в том числе и от себя, все равно ощущение, что бегу на месте. И чего это вдруг меня навело на подобные мысли? Да так, просто ветром в голову надуло, не воспринимай всерьез. Я никогда не смогу быть среднестатистической российской женщиной, я индивидуалистка, бунтарка и эгоистка. Таким как я вообще не полагается иметь близких, потому что я способна приносить только страдания и неудобства.

– Послушай Даша...

Я не знала, что он хочет сказать, да и не хотела знать, утомил он меня своими разговорами.

– Я не желаю обсуждать свою жизнь ни с тобой, ни с кем бы то ни было. Понятно?
– категорически закрыла тему.

Подбородок шефа затвердел, губы недовольно сжались в тонкую линию, в глазах появился арктический холод. Этот человек не привык, чтобы с ним так разговаривали, подобным тоном и с таким пренебрежением. Накалившаяся атмосфера требовала разрядки, но я не предпринимала попытки сгладить свою грубость, нечего совать нос, куда не просят. Не терплю, когда лезут в душу. Мы стояли напротив, сверля друг друга взглядами.

– Едем, - голос шефа прозвучал глухо от сдерживаемых эмоций, развернулся на пятках и вышел в коридор.

В офис, мы соответственно, приехали вместе, разговоров теперь будет, пруд пруди, но, кажется, мачо, это нисколько не смущало, а меня и подавно.

В здание вошли под пристальным взглядом охранников, которые вытянулись в струнку при виде шефа. Переводя взгляд на меня, здоровались, однако их лица по-прежнему ничего кроме серьезности не выражали, серьезная тренировка. Хм, знаем мы таких перцев, стоит только отвернуться и тут же шушуканье за спинами, сплетники хуже баб.

Мы шли к лифту, а по дороге нас приветствовали встречающиеся сотрудники. Сначала они, обязательно улыбаясь, здоровались с хозяином, и только потом, словно случайно, завидев меня рядом с ним, деланно удивлялись, чуть смущенно переводили взгляд снова на шефа, и от хмурого лица того в конец терялись. Меня, все эти кривляния, раздражали, я говорила быстрое "здрасьте" и спешила дальше. Мачо не отставал.

– Здравствуйте, Руслан Петрович, - расцвела Юлька, в лучезарной улыбке, стоя у лифта.

– Доброе утро, - сухо отозвался шеф.

Настроение, я ему, явно попортила. Хотя, я на себя слишком много беру, ему что, больше не из-за чего хмуриться. Дела, может, продвигаются плохо, сбой какой-нибудь после столь эмоционального подъема утром, особо же не вслушивалась в его беседу по телефону по дороге на работу.

– Привет, Даш, - поздоровалась девушка и со мной.

– Привет, - кивнула в ответ.

Втроем загрузились в лифт.