Суфии - верность истине
Шрифт:
Я наблюдал - он не слышал ни единого слова. Я спросил его: «Если ты действительно знаешь, что ты растешь, если ты знаешь, что ты безмятежен, счастлив, блажен, если, будучи христианином ты удовлетворен, тогда нет надобности быть саньясином. А ведь ты уже саньясин. Зачем ты тогда сюда пришел? Для чего? Если все идет превосходно, где бы ты ни оказался, то и будь там ради Бога. Зачем же ты пришел за саньясой? Тебя ведь никто не просил. Ты сам пришел. Ты попросил меня инициировать тебя, а теперь ты вносишь проблему. Если ты не растешь, если ты не счастлив там, где ты есть, тогда отбрось прошлое».
Этот молодой человек носит в себе мнение. Он считает, что
Иисус - не единственный Христос. Будда тоже Христос, то же самое относится к Мухаммеду, Джунаиду, Кабиру и Нанаку. Христос - это состояние, так же как Будда - это состояние. Это одно и то же, это одно и то же состояние. Эти два имени обозначают одно и то же состояние. Джайны называют его состоянием Джина, завоевателя - потому что они следуют по пути воина. Буддисты называют его состоянием Будды: состоянием пробуждения, осознания, свидетельствования. Они следуют по четвертому пути. Христос - это состояние, высшее состояние, когда ты больше не человек, но становишься Богом, когда ты выходишь за пределы человеческой природы, когда ты преодолеваешь человеческую природу.
Ты можешь стать христианином, когда в тебе есть что-то от Христа - иначе твое христианство будет ложным, и твое ложное христианство будет препятствовать твоему соприкосновению, с каким бы то ни было живым Христом. А, между тем, люди приходят со своим умом. И это можно понять, это можно простить, однако прощение не означает, что вы должны за это цепляться. Это должно быть отброшено.
И этот молодой человек сможет впервые стать христианином, если он войдет в меня и позволит мне войти в него. Он впервые заглянул в сознание Христа, но испугался. Испугался оттого, что он христианин и, естественно, не может счесть меня Христом, потому что имеет определенное представление о Христе. Он поверил бы только тогда, когда увидел бы меня распятым - но тогда было бы уже слишком поздно.
К тому же, я не собираюсь повторять эту драму! Один раз - это хорошо, но два раза - это уже скучно!
Итак, эти искатели пришли к Джунаиду. А Джунаид сидел в окружении умопомрачительной роскоши. И они, видимо, стали истолковывать. Они, видимо, были шокированы и раздосадованы. Какой же это Мастер?
Как раз недавно Майтрейя принесла мне один индийский журнал. Там была статья против меня, журнал начинался с этой статьи. И на обложке - заголовок: «Какой же это Бог?». Разумеется, у них есть определенное представление - какой же это Бог? Я же не Рама, я же не Кришна, я же не Махавира - какой я после этого Бог? А между тем, это те самые люди, которые в бытность Махавиры спрашивали: «Какой же это Бог?» - из-за того, что он не был Рамой и не был Кришной. И это те самые люди, которые во времена Кришны спрашивали: «Какой же это Бог?», потому что он не был Рамой. Это те самые люди, которые продолжают спрашивать снова и снова. А, между тем, Рама никогда не повторяется. Ничто никогда не повторяется. Существование так уникально и так прекрасно.
Так что, если вы хотите соприкоснуться с реальностью, вам ничего не останется, как отбросить мнения.
Учительница воскресной школы дала классу задание выучить соответствующую фразу из Библии и произнести ее, когда они будут опускать свои пенни в ящик для сбора денег.
На следующее воскресенье маленький Лукас, опуская пенни в ящик для сбора денег, продекламировал: «Благословеннее давать, нежели получать».
Цитата Ричарда прозвучала так: «Господь любит дающего с радостью». И это тоже принялось хорошо.
И так далее, от одного ученика к другому, пока очередь не дошла до маленького Ллойда. Тот пробормотал, неохотно внося свое пожертвование: «Глупец скоро расстается со своими деньгами».
Итак, все три мальчика заглядывали в Библию, в одну и ту же Библию, однако они нашли три разные цитаты. Когда вы смотрите, вы всегда находите то, что отражает вас самих.
Отец Даффи и раввин Мачник перебрасывались словами на городском собрании.
– Могу ли я задать вам вопрос?
– спросил отец Даффи.
– Конечно, - ответил раввин Мачник.
– Насколько я понимаю, апостолы были евреями. Это верно?
– Абсолютно верно!
– ответил раввин.
– Но тогда какого черта евреи допустили такую хорошенькую вещь, как католическая церковь, да еще разрешили итальянцам ее захватить?
Уместный вопрос. Как евреи допустили, чтобы такой превосходный бизнес уплыл у них из рук? Католическая церковь - это же самый прибыльный бизнес в мире. Уместный вопрос - как евреи допустили, чтобы он выскользнул у них из рук? Как они это допустили? Это же совсем не по-еврейски.
Наш ум работает не переставая.
Учительница младшего класса спросила:
– Кто величайший человек в мире?
– Авраам Линкольн, - сказал один мальчик.
– Махатма Ганди, - сказал другой.
– Вашингтон, - прокричал третий.
– Карл Маркс, - заявил четвертый. И так далее, и так далее.
Наконец очередь дошла до маленького еврейского мальчика, который проговорил:
– Иисус Христос. Учительница удивленно спросила:
– Ты разве не еврей? Почему ты так сказал?
– В глубине души я знаю, что величайший человек в мире - это Моисей, но бизнес есть бизнес, - ответил маленький мальчик.
Когда вы что-то истолковываете, вместо того чтобы счесть это объективным, всегда помните, что это отражение вашего ума.
Итак, наши искатели пришли в сильное замешательство, когда увидели роскошь и Джунаида, средь нее восседающего. Эти люди, должно быть, очень и очень привязаны к вещам; эти люди, должно быть, были очень и очень одержимы желанием владеть, обладать; эти люди, должно быть, были очень и очень материалистичными. И когда они увидели Джунаида, со всех сторон окруженного роскошью, в них, должно быть, возникла глубокая зависть, которую они, однако, не заметили. Ведь всякий раз, когда люди излишне потворствуют своим страстям, они придерживаются религиозного представления о том, что те, кто потворствует своим страстям, не являются религиозными. Как они могут быть религиозными? Они же потворствуют своим страстям. Поэтому людям, которые называются религиозными, надлежит быть далекими, от какого бы то ни было потворствования. Если вы помешаны на деньгах, тогда вы будете думать, что настоящий человек Бога совсем не будет желать денег.