Суета сует
Шрифт:
– Хотите сказать – от жены? – грозно спросила Марина Петровна.
– Нет, что вы. Но у меня шестеро детей. И мы ждем седьмого. Я смотрю на пароходы, на реку и забываю о том, где мне добывать деньги, чтобы прокормить всю эту ораву!
Официант принес икру, лимонад и пирожное эклер.
– А меня муж бросил! – неожиданно сообщила Марина Петровна. – Икры хотите?
– Один крохотный бутерброд! – не стал отказываться мужчина. – У меня самого денег на бутылку пива. За что это он вас бросил?
–
– Понимаю! – кивнул мужчина. – Пива глоток?
– Нет.
– Пожалуйста, я ведь ем вашу икру. А вы его любите?
– Не знаю… – задумчиво протянула Марина Петровна. – Мы жили, и все; когда за него выходила, конечно, любила, а потом просто не знаю… Надо было знать?
– Надо было! – сказал незнакомый мужчина.
– Значит, я дура? Да?
– Да! – согласился мужчина.
– Наверно, женщинам следует поменьше думать о работе, – сделала вывод Марина Петровна. – Зря я не поехала на теплоходе…
Потом Марина Петровна вернулась домой и с порога позвала:
– Наташка! – и добавила, смеясь: – Видишь, я уже отъездилась!
И неожиданно услышала в ответ:
– Марина, скажи, где наше брачное свидетельство, мне для суда.
Марина Петровна нахмурилась:
– Ушел и уйди! Что ты меня мучаешь?
– Но я же не виноват, куда ни пойди – нужны какие-то бумажки…
Марина Петровна полезла в шкатулку, достала.
– Держи исторический документ!
– А может быть, мы по-хорошему… – начал было Борис Иванович. – Ну зачем все эти суды, судьи, заседатели, мы же не чужие люди!
И тогда Марина Петровна улыбнулась и даже развела руками:
– Нет, от тебя можно сойти с ума! Ты прожил со мной двадцать лет!
– Девятнадцать! – уточнил Борис Иванович.
– Потом ты меня бросаешь ради какой-то толстухи, и, здрасте, мы не чужие… Ты еще меня в гости позови!
– Марина! Это было бы замечательно! Если б вы нашли общий язык!
– Уйди! – попросила Марина Петровна. – Я тебя душевно прошу!
– Ты меня гонишь! Наташа меня не впускала! Дожил! – Борис Иванович поплелся к выходу. – И не понравился вовсе мне ее бородач!
Марина Петровна вздрогнула:
– Где ты ее видел с бородачом?
– Она вещи складывала. Она уехала с ним в Новгород.
Марина Петровна пошатнулась, но взяла себя в руки и стойко выдержала удар:
– Да, я в курсе. А бородач – прекрасный парень, таксист-отличник. Они уехали в Новгород с моего разрешения. И отношения у них чисто дружеские, платонические!
– Это она с меня берет пример! – Борис Иванович вышел на лестничную площадку. – Это я оказываю на нее тлетворное влияние!
Марина Петровна тоже выбежала на лестницу:
– Не клевещи на дочь! Они уехали
– Врать, Марина, ты никогда не умела! – Борис Иванович зашагал вниз по лестнице. – А такие, как я, вообще не должны иметь детей!
Марина Петровна потопталась на лестничной площадке, потом неожиданно побежала вверх. Она задыхалась, но не сдавалась, бегом взобралась на самый верхний этаж и изо всех оставшихся сил нажала кнопку звонка квартиры двадцать четыре.
Гена Муляров сам отворил дверь.
– Ага, вот ты где! – Марина Петровна вцепилась в Гену, схватила за воротник. – Я тебя придушу!
– Да отпустите вы! – стал вырываться Гена. – Вы что, вы мне рубашку рвете!
– Где Вася?
– Какой Вася?
– Родственник из Новгорода! Немедленно дай его адрес! – И Марина Петровна выпустила Гену.
Гена, все еще испуганно поглядывая на Марину Петровну, достал из кармана записную книжку:
– Вот. Темно-зеленая, два, квартира тоже два.
– Телефон?
– У него нет телефона. А что случилось?
– Он женатый?
– Нет, а почему?
– Был женатый?
– По-моему, нет.
– И детей на стороне у него нету?
– Не знаю, не проверял…
– До свидания! – Марина Петровна стала спускаться по лестнице. – Ты где учишься?
– В автодорожном…
– Тройки есть?
– Есть.
– Исправь на четверки!
Гена перегнулся через перила:
– А все-таки, зачем вам Вася?
– Я еду в Новгород, – сухо объяснила Марина Петровна, – и мне там нужно такси!
Борис Иванович пришел домой подавленный.
– Ну что? – встревожилась Катенька. – Она не отдала свидетельство?
– Отдала. Только вот Наташка сбежала с таксистом.
– Куда сбежала?
– В Новгород!
– Ну, это не очень далеко, – заметила Катенька, – километров пятьсот!
– Как ты можешь об этом так спокойно говорить! Моя дочь…
– Борюся, у них теперь свобода любви!
– Замолчи! – неожиданно для самого себя закричал Борис Иванович.
– Ого! – удивилась новая жена. – А ты, Борюся, дочку-то любишь больше, чем меня.
– Неправда, – возразил Борис Иванович. – Просто ее я люблю восемнадцать лет подряд, а тебя лишь три месяца…
Катерина нисколько не обиделась, а лишь поглядела на него сочувственным взглядом и легко погладила по голове. И такой исходил от нее ласковый покой, что напряжение спало и Борис Иванович по-детски уткнулся лицом в мягкое плечо.
Тем временем шустрый старенький «Москвич» бодро катил к Новгороду. К вечеру он уже отмахал положенные пятьсот километров с гаком и от гостиницы «Садко» повернул направо.