Судья и палач
Шрифт:
— Если я не ошибаюсь, дорогой, господина Филиппова больше нет, — сказала она.
Ее актерский талант сыграл с жертвой злую шутку. В пылу страсти она умело втолкнула ему в рот крохотную ампулку.
Алла знала, что за ней постоянно следили. Даже в туалете с нее не спускали глаз. При всем желании она не могла подсыпать в бокал Филиппову яд. Смертельные «пилюли» — ее собственное изобретение. В свое время она не раз пользовалась ими. И сейчас у нее оставалась пара штук. Одну она пустила
Сегодня Филиппов должен был умереть. И скоро Герман об этом узнает. От «хозяина» — а тот ждет не дождется, когда господин олигарх отправится на тот свет.
Герман включил компьютер, вышел в Интернет, связался с посредником. Но никакого сообщения не обнаружил.
— Ничего, скоро будет, — решил он. — Я не сомневаюсь, дорогая, ты сделала все как надо… Заказчик останется доволен, еще двадцать пять тысяч долларов ляжет на мой счет… И можно уходить…
— Куда?
— За границу…
— За нами же идет охота. Все пути перекрыты…
— Знаю. Но можно рискнуть… Только я так просто не уйду…
Герман чувствовал себя всемогущим. Ни единой ошибки за все годы кровавой работы, никто еще не смог спастись от него. Он мог бы сойти с киллерской сцены красиво. Но мешают Болотов и его любовница. Они портят всю картину. К тому же из-за них Алла не получила богатое наследство.
И еще майор Круча… Герман не отправил его на тот свет.
Глава четвертая
Шилин окончательно выпал из обоймы Степана. Он попал под влияние РУОПа. Насильные сексуальные действия с малолетней — эта статья держала его в узде.
Но поездить на нем не удавалось. Шилин осознавал всю серьезность своего положения, но упорно молчал. Как ни крутили его на признание, так он ничего и не сказал. Но руоповцы все еще надеялись выйти через него на заказчика Филиппова.
Как и предполагал Марков, его убийство наделало много шума. Министр получил нагоняй от президента и сейчас вертелся как белка в колесе. Разумеется, не было покоя и низовым звеньям.
Шилин может расколоться, когда будет пойман Шлыков. А без Шилина Шлыкова не поймать. Такой вот замкнутый круг. И начальство Маркова решило его разорвать. Оно дало добро на использование Шилина.
Его выпустили из Матросской Тишины. И поместили под домашний арест. Он повел навязанную ему игру под жестким контролем сотрудников РУОПа.
Об этом Степан узнал от Маркова.
— Вот здесь он у нас! — сжал кулак Николай. — Никуда не денется…
— И что вы думаете делать?
— Есть предположение, что Шлыков и его подруга собираются смыться за границу…
— Разумно…
— Но сначала им нужно исчезнуть из столицы. В неизвестном, разумеется, направлении. А как это сделать, если перекрыты все выходы?..
— Перекрыты. Но всегда остается щель. Это же Москва, а не деревня Клюевка. Ее в кольцо не возьмешь…
— Да, ты
— Хоть на это его раскрутили…
— Да вот, недаром свой хлеб едим… В общем, передали Шлыкову сообщение, что Филиппов уже там, — Николай вознес глаза к небесам. — А потом Шилин проявил отцовскую заботу. Дескать, он знает, какая опасность грозит Шлыкову, и хочет ему помочь уйти за кордон. Мол, есть у него такая возможность… Короче говоря, он и Шлыков должны встретиться…
— Шлыков идет на встречу?
— Да. По крайней мере, таким был его ответ…
— Когда и где встреча?
— Завтра, в Бауманском саду…
— Удачи вам…
В операции по задержанию Шлыкова Степан задействован не был. Вообще-то это его огорчало. Но не злило. Он искренне пожелал удачи руоповцам. Пусть вся слава достанется им. А ему достаточно того, что преступник будет обезврежен. Желательно вместе со своей сообщницей.
— Ну все, пора уходить, — сказал Герман.
Их с Аллой уже искали вовсю. После убийства Филиппова их фотографии регулярно прокручивали по телевизору, печатали в газетах. Только Герман не расстраивался — ведь это не мешало им с Аллой разгуливать по столице. Тут главное — владеть искусством перевоплощения, а с этим у них проблем не было. Зато теперь все знали о киллере-супермене Шлыкове. Получается, он обрел славу, разве это плохо!
А скоро о нем заговорят еще громче.
Они не только по столице свободно разгуливали. Им даже удалось выбраться за пределы Москвы. И обратно вернулись без проблем.
— Завтра у Георгия Андреевича день рождения, — задумчиво, с сатанинской улыбкой на лице проговорила Алла.
Это она об отце Виталика.
— Зачем ты мне это говоришь? — недовольно спросил он.
Он уже вычеркнул Болотова и его сучку любовницу из своих мыслей. Они еще пока живы. Но для него уже мертвы. И нечего думать о них.
— Ты сам знаешь почему…
— Знаю. Но больше об этом ни слова… Надо думать, как уходить за границу…
— Странный вопрос, — скептически улыбнулась Алла. — У тебя же сегодня встреча с Иваном Геннадьевичем…
— Да, и я этого очень жду… — усмехнулся он. — Иван Геннадьевич приготовил нам заграничные паспорта…
— И людей нашел, которые нас через границу переведут. Большое спасибо ему за его заботу…
— Спасибо — это мало. Шлем ему земной поклон и наш подарок…
Подарок должен прийтись ему по вкусу. Хотя, пожалуй, он не успеет его оценить.
— Внимание! Объект приближается…
Полковник Старов лично руководил операцией. Он очень хотел задержать Шлыкова. Но почему-то не был уверен, что это ему удастся. Однако принял все меры для того, чтобы преступник не мог уйти.