Шрифт:
Предисловие
Люди пишут книгу с разными целями. Одни, чтобы банально заработать. Другие – в надежде прославиться. Третьи – рассказать миру о своих мыслях, тревогах, сомнениях. Я принадлежу к этой, третьей категории. Может это и несколько высокопарно звучит, но я очень тревожусь за судьбу нашего мира. Ведь это не только абстрактные семь миллиардов людей. Среди этих миллиардов мои родные, близкие, знакомые.
А еще моя книга – это предостережение. Мы, человечество, идем не туда. Очень не туда. Вообще не туда. Мы идем по краю пропасти. Еще один неверный шаг и все. Дальше пустота, небытие. Буду
В своей книге я попыталась понять, зачем Бог вообще создал человека, в чем смысл жизни, для чего мы вообще предназначены. Всевышний наказывает нас за грехи (Содом и Гоморра, Всемирный Потоп и т.д.) не просто из-за своей прихоти, не просто из-за того, что мы нарушаем его заповеди. Грех – это шаг иногда гигантский от пути, который предначертал Господь. Путь этот ведет к … позвольте мне сохранить интригу. Дальше в своей книге я расскажу, для чего Бог, по моему мнению, создал человека, и какой путь ОН ему предначертал.
Люди сейчас очень много стали грешить. Больше грешить, чем делать добро. Мы не облагораживаем, а еще сильнее разрушаем, загрязняем и омертвляем нашу планету. И если ничего не менять, то Бог прибегнет к радикальному средству. Наступит Судный День, который мне часто снится и который я описала в этой книге.
Моя книга – это призыв к людям вернуться к Божьим заповедям или голосу совести. Потому что в них не просто глубокий нравственный, но и физический смысл. Они путеводная нить, ведущая к Главной Цели человечества, вполне конкретной, а не абстрактной. Следует человек заповедям, как награда – удовлетворение жизнью и способность видеть смысл жизни. И Судный День для него, это переход в новый гармоничный счастливый мир и бессмертие. Нет – разочарование в этой жизни и … ничего после Судного Дня. Вообще ничего. Абсолютная смерть, после которой даже крохотной частички от человека не останется. Выбор за вами. На стороне счастья и бессмертия или на стороне разочарования и абсолютной смерти. Решайте, ибо час близок.
Живя в сегодняшнее время
Мы забываем, кто мы есть
Несем по жизни свое бремя
И движемся куда невесть
Зачем живем, куда идем
Ответа нет, иль он невнятен
И в каждодневной суете
Мы превратилися в рабов,
И души наши в рабство взяты
С рождения все в душе дано нам без границ
Так Бог решил и выполнил отменно
Но не перед тем мы пали ниц
И кажется нам, что это неизменно
И в замысле Божественном
Расти в любви – любовь дарить!
Не зная горя и беды
Творить добро всем бескорыстно
Вот был для человека замысел Творца.
Потерян путь, вселился страх
бесцельны стали дни
Вернуться надо или обратимся в прах
Восторжествует тлен и мрак
Все рухнет в бездну безвозвратно.
И все придется Богу начинать сначала.
Часть 1. Детство
Воспоминания – это не просто бесстрастная фиксация событий прошлого. В первую очередь это раздумья, а также исповедь, оправдание, а может и обвинение самого себя, а чаще окружающего
Начало
Я хорошо помню все события моего детства в маленьком поселке на окраине красивого города миллиона роз – Донецка. Родилась я 24 января 1982 года. Через полгода умрет тогдашний генсек Брежнев, над которым к концу его жизни почти все чуть ли в открытую потешались из-за нечленораздельной дикции и сочиняли про него анекдоты. Может из-за этого всеобщего веселья и не заметили, что медленное сползание страны в болото резко ускорилось. А когда спохватились, было уже поздно. «Я Мишка, вашему терему крышка» – последний генеральный секретарь некогда всесильной КПСС убого и бездарно завершил кончину некогда могущественной империи, перед которой дрожал весь мир. Агония некогда великой страны обернулась жизненным крахом для десятков миллионов людей и смертями для сотен тысяч. Даже спустя десятки лет после распада СССР одна из его конвульсий настигнет и нашу семью, безжалостно ломая ее привычный жизненный уклад.
Но в 1982 году, разумеется, ничего я этого не знала, а просто лежала в коляске или кроватке и, как и положено ребенку, сотрясала воздух своими криками, требуя еду, сухие пеленки и внимание близких.
Мой папа Александр на тот момент был простым рабочим, электриком на одном местном предприятии. Он местный, в этом поселке родился и живет до сих пор. Мама была домохозяйкой. С нами, в первые шесть лет моей жизни, жили еще мои бабушка и дедушка. Собственно, это и была их квартира. Небольшая, построенная еще до войны, с двумя комнатами и печным отоплением. Да и сам дом был небольшой, двухэтажный, барачного типа. В нем было четыре квартиры, две на первом этаже и две на втором. Мы жили на втором. Этажи соединяла старая деревянная лестница, предательски скрипевшая под ногами.
Хочу сказать несколько слов о бабушке. Это был настоящий генерал в юбке. Благодаря ей порядок в квартире был идеальным. Все лежало на своих местах и не просто лежало, а было разложено в строгом, под линейку, порядке, ничего лишнего. Сесть на застеленную кровать, а уж тем более прыгать на ней – запрет! Благодаря бабушке я впитала в себя любовь к порядку и аккуратности. Знаете, это помогает в жизни. Если у тебя порядок вокруг, то и в мыслях у тебя будет порядок, и ты четче и яснее будешь понимать, что тебе делать.
Проанализируйте слово беспорядок. Бес – порядок, то есть порядок для беса! Действительно, если вдуматься, Бог – это созидание, а значит, порядок. А сатана – это разрушение, а значит хаос, БЕСпорядок. Так что приучайте своих детей с самых ранних лет к порядку. Этим вы здорово поможете им в жизни.
Зимой в квартире ночью, особенно ближе к утру, было всегда холодно. Поэтому я не вылезала из простуд и воспоминания детства у меня густо пропитаны неприятной памятью о бесконечных компрессах, горчичниках и таблетках.
Недалеко от нас был парк с высокими задумчивыми деревьями и небольшой аллеей, по которой неспешно прогуливались мамы со своими детишками и пенсионеры. Вот так, на небольшом пространстве пересекались те, кто только начинал свою жизнь и те, кто ее уже заканчивал, словно демонстрируя все скоротечность земного бытия. В повседневной суете не думаешь об этом, а потом неожиданно, раз и твоя жизнь почти добежала до конца. Под ногами асфальт в трещинах, а вокруг те, кем ты был, кажется, совсем недавно. Очередные полвека человечества ухнули в историю.