Судная ночь
Шрифт:
Она рискнула отвести взгляд от Эгида и быстро покосилась на панель коммуникатора. Массивная фигура Джейра наклонилась к экрану в каком-то из уцелевших помещений Сайрилла. Его рыжая борода воинственно топорщилась, глаза сверкали торжеством. Но дыра с обожженными краями, зиявшая посредине его туники, свидетельствовала о том, что выстрел Джулии попал в цель. В отличие от Эгида, у Джейра не было отражающей защитной брони.
Джулия не осмелилась долго смотреть на него, но, должно быть, на ее лице отразилось невольное изумление. Джейр гулко захохотал.
– Ты попала в меня, – заверил
Эгид смотрел на смеющегося гиганта со странным выражением на лице.
– Джейр – андроид, – пояснил он. – Чтобы убить его, нужно очень постараться.
Джулия уставилась на него.
– Андроид? – недоверчиво повторила она.
Это противоречило здравому смыслу. Джейр воплощал собой грубую, варварскую мужественность, откровенность и прямоту, присущую первобытному человеку. Разумеется, она знала о существовании андроидов. На Сайрилле уже давно занимались изготовлением искусственных людей, настолько похожих на оригиналы, что лишь тщательное исследование могло обнаружить разницу. Они предназначались для различных целей, но по сути своей были машинами, наделенными внешними атрибутами человеческого облика. Но Джейр…
– Его сделали по моему личному заказу десять лет назад, – задумчиво продолжал Эгид. – Прекрасный образец настоящего х'вани – как раз то, что необходимо для формального лидерства. В последнее время я так привык к нему, что редко думаю о нем как об искусственном существе. С тобой, конечно, все в порядке, Джейр?
Новый взрыв громоподобного смеха сотряс комнату.
– В порядке? – Джейр поднял тяжелый кулак и с силой стукнул себя в живот, как раз в то место, куда пришелся выстрел Джулии. Оба человека невольно поморщились. – Закоротило на пару минут, – объяснил андроид. – Хотя этого оказалось достаточно. Ты много тут наворотила, девочка, но мы наворотим побольше… там, внизу.
– Вряд ли, – процедила Джулия. – Только не теперь. Она подняла линзы так, чтобы их было видно в объективе видеокамеры. Джейр холодно улыбнулся ей, и Джулия внезапно поняла, что его улыбка всегда оставалась холодной. Ей вспомнились все мелкие подробности, на которые она до сих пор не обращала внимания или неверно их истолковывала. Его невероятное проворство, молниеносная реакция, немногословность, автоматическая четкость движений. Даже тот факт, что он не носил защитную броню под одеждой, говорил о его нечеловеческом происхождении.
– Давай, девочка, – насмешливо произнес Джейр. – Убей его!
Лицо Эгида не изменило своего выражения. Он знал, что этот момент рано или поздно настанет, и сейчас не был удивлен. Андроид не обладал человеческими эмоциями, и преданность не входила в число его качеств.
Вспыхнувшая было надежда на то, что Джейр согласится на капитуляцию при виде смертельной угрозы, нависшей над его вождем, быстро угасла. Плечи Джулии устало поникли, но, несмотря на новое разочарование, она продолжала держать палец на черной кнопке и не сводила глаз с Эгида.
– Я бы спас тебя, если бы мог это сделать, – обратился андроид к человеку, отдавшему приказ о его изготовлении. – Но это невозможно. Х'вани больше не нуждаются в тебе. Мы завоевали Эрикон или вскоре завоюем.
Эгид бесстрастно кивнул.
– Бароны могут завершить начатое, – небрежным тоном продолжал Джейр. – Вождем станет Мэлон или Эдгар. Я им понадоблюсь.
Эгид посмотрел на улыбающееся бородатое лицо на экране коммуникатора.
– Они даже не знают, что ты андроид, – ровным голосом произнес он.
Улыбка Джейра растянулась чуть ли не до ушей. Его глаза металлически блеснули.
– Зато я знаю, – ответил он.
Затем он отвернулся, и они увидели, как его широкая спина удаляется от экрана. На заднем плане Джулия разглядела силуэты маленьких спасательных челноков, стоявших рядами в своих ангарах. Если они хотят выжить, им тоже придется попасть туда.
Джулия повернулась к Эгиду; внезапно до нее дошло, что она совсем не следит за ним. Но он не двинулся с места. Он смотрел на экран и печально улыбался, как будто заранее смирился со своей участью.
– Меня все еще стоит убить? – спросил он. Джулия указала в сторону погасшего экрана.
– Как ты думаешь, что он замышляет?
– Не знаю. Он был создан не для того, чтобы строить планы.
– А для чего же?
Эгид с любопытством взглянул на нее.
– Ты так и не поняла характер х'вани, не так ли? Видишь ли, варварство не всегда является пороком. Цивилизация нуждается в притоке свежей крови, если не хочет засохнуть на корню. Так было всегда… и наверное, так будет. Сейчас мой народ находится на первой ступени лестницы: они эмоциональны, ребячливы и нуждаются в формальном лидере. – Он кивнул в сторону экрана. – Эту роль играет Джейр.
– Почему не ты?
– Они не вполне доверяют мне. Я нетипичен. Слишком много светского лоска для настоящего х'вани, а может быть, слишком много мозгов. Я нуждался в абсолютно надежном спутнике, способном перекричать кого угодно, а при случае и продемонстрировать свою силу. Но человек, одаренный такими талантами, был бы слишком опасен для меня. У него могло бы возникнуть желание взять власть в свои руки, а это угрожало единству х'вани. Поэтому… – Эгид сокрушенно улыбнулся, – поэтому я сделал заказ на Сайрилле, и ваши специалисты изготовили Джейра. Идея выглядела превосходной, и долгое время она работала. Джейр отлично справлялся со своими обязанностями. Ему никогда не приходилось думать, зато он мог вести людей за собой. Полагаю, даже сейчас он поступил правильно. Если судить беспристрастно, то х'вани теперь больше нуждаются в символической фигуре для объединения сил, чем в стратеге и организаторе. Джейр гораздо больше подходит для такой роли.
– Но если никто из твоих подчиненных не знает, что он андроид…
– Пожалуй, сейчас это уже не имеет значения. Я держал это в секрете, поскольку никому не доверял, а мой народ… в общем, они совсем не такие. До сих пор у Джейра все получалось, и у них нет причин подозревать его.
– Разумеется, сам он не собирается открыть секрет?
– Трудно сказать. Я далеко не всегда догадывался, что у него на уме. Ни одному андроиду раньше не выпадала такая удача. До сих пор он проявлял не больше честолюбия, чем можно ожидать от машины; возможно, так будет и в дальнейшем.