Судьба
Шрифт:
Она нежно отвела мои волосы за плечи.
— Крис?
— Почему ты об этом спрашиваешь?
— За все годы, что я тебя знаю, ты так плакала только из-за одного человека.
Я обняла себя за талию, и свежая волна боли прокатилась по мне.
— Это так больно. Я не могу это остановить.
— Ох, милая. Что случилось?
На ответ у меня ушло несколько минут. Я сделала глубокий вдох и встретилась с её обеспокоенным взглядом.
— Мы связаны.
— Что?
Она почти что выкрикнула это слово и теперь ошарашено смотрела на меня своими широко раскрытыми неверующими глазами.
Она несколько секунд безмолвно двигала губами, и лишь спустя паузу умудрилась снова заговорить.
— Прошлой ночью? Поэтому ты и уехала из Лос-Анджелеса?
Я склонила голову, чтобы не видеть её лицо.
— Две недели назад.
— Я... не понимаю, — запинаясь, произнесла она. — Ты ни словом об этом не обмолвилась.
— Я не знала что сказать. Думаю, я сначала была в шоке, а потом... — я с трудом сглотнула. — Я собиралась разорвать связь, но Крис сказал, что не хочет этого. Я была сбита с толку, и прежде чем поняла, я снова влюбилась в него.
Горло стянуло, и я сделала несколько вдохов, желая прийти в себя. Рейчел молчала, ждала, пока я продолжу.
— Я начала думать, что смогу забыть о том, что случилось ранее, но прошлой ночью... мы сильно поссорились, и я поняла, что всё кончено, — я рассказала ей о случае в клубе и событиях после этого. Ко времени как я всё выложила ей, мои слова прорывались сквозь опустошённое рыдание. — Но когда я попыталась разорвать связь, я не смогла. И я не знаю что делать.
Рейчел снова обняла меня, и я свернулась клубком в её объятии. Она ласково гладила мои волосы.
— И поэтому ты покинула Лос-Анджелес... чтобы разорвать связь?
— Нет. Я была очень расстроена, и единственной моей мыслью было приехать домой к тебе, — я судорожно вздохнула. — Прости, что не рассказала тебе.
— Тебе стоило рассказать, но я понимаю насколько подавляюще это, наверное, было для тебя. Связь достаточно эмоциональное явление с кем-либо, не говоря уже о Крисе, к которому ты когда-то была очень привязана.
— И почему это должен быть именно он? — взвыла я у неё на груди.
Она вздохнула.
— Всегда был только он.
Я замерла.
— Что ты имеешь в виду?
— Может быть, если бы я когда-то была связана узами, я бы увидела знаки. И сейчас оглядываясь назад, это так очевидно. Между вами всегда существовала особая связь с той самой минуты, как он привёз тебя домой. Ты уже тогда была привязана к нему, а он приложил особые усилия, чтобы ты прижилась здесь.
— Он спас мне жизнь, а я была травмирована, — сказала я, шмыгая носом.
— Это было намного большее, и я не могу поверить, что не видела этого. Крис всегда был чересчур покровительственным с тобой, и он не мог вынести, когда ты была расстроена. Всякий раз, когда он считал, что может опоздать с приездом сюда, он звонил и на всякий случай давал мне знать. Беатрис постоянно шутила, что Крис никогда не мог запомнить дни рождения, но, ни разу не забыл о твоём.
— Ты всегда была счастливее, когда он был рядом, и меня нисколько не удивило, что ты увлеклась им. Я думала, это пройдёт, но только когда он уехал, я поняла, что вы оба влюблены. Никто никогда не бывал
Я подняла голову и с недоверием посмотрела на неё.
— Думаешь, Крис всё это время знал.
— Нет, но думаю, что его Мори вполне мог знать.
— Тогда почему он оставил меня? — разозлившись, спросила я. — Почему он так обидел меня, если он дорожил мною?
— Он не умышленно причинил тебе боль. Он сделал это, что делал всегда... защищал тебя.
Я грубо рассмеялась.
— Защищал меня от чего?
— Посмотри на это его глазами. Тебе было шестнадцать лет, всё ещё ребёнок в сравнении с ним. Он не мог ответить тебе взаимностью, и он знал, что его присутствие принесёт тебе ещё больше боли, чем отсутствие.
— Он сказал тебе это?
— Нет, но я разговаривала с ним перед его отъездом, и он корил себя за то, что заставил тебя плакать. Он звонил мне каждую неделю первые несколько месяцев и интересовался как твои дела.
По мне пронёсся шок.
— Он звонил?
— Да. Он ждал, пока ты позабудешь о своей влюблённости, и тогда он снова сможет приехать домой.
Я не знала, что делать с информацией, которую Рейчел донесла до меня. Я знала, что она ходила навестить Криса в тот день, но она ни разу не упомянула о том, что они поддерживали связь после этого. Всё это время я считала, что он уехал и забыл меня.
— Но он не вернулся, — заспорила я. — Он ни разу не позвонил мне.
— Я не знаю, почему он держался в стороне и не звонил тебе. На эти вопросы только он сам сможет ответить. Но я знаю, что он очень сильно дорожит тобой.
Я вытерла слёзы с лица.
— Это уже неважно.
— Так ли это? Ты любишь его.
Я не стала отрицать этого. В Сан-Франциско, я почувствовала, как нечто затрепетало во мне, когда он поцеловал меня на лодке, и ещё раз, когда я проснулась в его объятиях на следующий день. Я стала задаваться вопросом, могло ли нечто возникнуть между нами на самом деле. Поэтому я и согласилась пойти с ним на ужин, и поэтому чувствовала себя столь уютно, танцуя с ним в клубе.
Когда я не смогла разорвать связь, я подумала, что причиной этому моя слабость. Но во время многочасовой поездки сюда, растущая боль в моём сердце сказала мне истинную причину, почему мы до сих пор были связаны узами. Я была влюблена в него.
— Иногда любви недостаточно, — хрипло произнесла я.
Рейчел сжала мою руку.
— И иногда всё, что тебе надо, это немного времени и пространства, чтобы посмотреть на вещи с другой стороны. И твоя мама.
Я положила голову на её плечо.
— Ты всегда мне будешь нужна.
И так мы просидели некоторое время, пока Рейчел не встала и не улыбнулась мне.
— Пойду приготовлю ужин, а потом мы проведём тихий вечер, только ты и я.
— Мне нравится.
Я отнесла сумку в свою старую спальню, приняла душ и переоделась после продолжительного дня в дороге. Стоя в дверях спальни и вытирая волосы, я не могла не подумать о смехе и слезах, которые видела эта комната. Лучшие годы моей жизни прошли здесь, и каждая фотография, каждый предмет хранил для меня воспоминания.