Судьба на выбор

Аткинс Дэни

– И ты определился?

Он кивнул. Я была готова утонуть в бездонных глубинах его глаз.

– Мне нужна ты. Только ты. С тобой я хочу дойти до конца моих дней.

Вот теперь Джек наконец-то меня обнял.

– Я люблю тебя, – нежно прошептал он. – Прости, что тебе пришлось признаться в чувствах первой. Виноват, согласен. Зато я первым влюбился. Уже давно, с первого же дня.

Он нашел губами мой рот, безмолвно подтверждая, что эти слова – чистая правда. По моему лицу текли слезы счастья; Джек бережно

стряхнул их кончиками пальцев.

– Я знаю, от чего тебе пришлось бы отказаться, если бы ты поехала со мной.

– Взамен я получила бы куда больше.

– И все же есть вариант получше. Мы можем жить и на моем ранчо, и здесь. Так, с одной стороны, мы всегда будем вместе, а с другой, не бросим наши семьи.

Идеальный выход. Если бы не маленькая деталь…

– «Здесь» – ты имеешь в виду в Трэнтвилле? В этом доме? Не получится, его продали. – Джек наградил меня снисходительным взглядом. – Так это ты? Ты его купил?! – Он кивнул. – Но… но… если бы я отказалась? Если бы приняла предложение Ричарда?

– Пришлось бы с ним разобраться. Без борьбы я бы тебя не отдал.

– И все же ты купил дом?

Мне до сих пор не верилось, что Джек совершил такой импульсивный поступок.

Он пожал плечами. И вдруг стал очень серьезным. Притянул к себе и хрипло заговорил:

– Не буду просить твоей руки, потому что пока слишком рано. – В его глазах блеснул насмешливый огонек. – Да и кто женится в наши дни?

Я криво ухмыльнулась.

– Однако я хочу кое-что тебе дать. В знак серьезности своих намерений.

– Думаю, покупка дома говорит сама за себя, – задыхаясь, пролепетала я.

– Да, но дом ты не сможешь носить. – Он сунул руку в карман. – Вот, Эмма, принимай меня, со всеми моими заморочками.

Он раскрыл пальцы. На ладони лежало изысканное кольцо с сапфиром.

– Какая красота… – выдохнула я.

– Примерь.

Я робко взяла перстень. Это не предложение, Джек не просит стать его женой. По крайней мере, пока. Так на какой палец надеть кольцо?

Джек ласково усмехнулся, видя мои сомнения. Он взял мою левую руку.

– Сюда, – сказал он, решительно надевая кольцо на безымянный палец.

Оно идеально мне подошло. Совсем как мы с Джеком – друг другу.

Конец

Часть шестая

– Заходи, – сказала я.

При его виде, как всегда, перехватило дыхание. Он стоял возле распахнутой двери, такой красивый в костюме и белоснежной рубашке, подчеркивающей легкий загар. Густые темные волосы были гладко зачесаны. Нежные золотисто-карие глаза с любовью смотрели на меня.

Все переживания тут же улеглись. Он успокаивал одним своим присутствием.

– Машины прибыли. – Сегодня его акцент звучал особенно ярко.

– Я готова.

– Думаю, по лестнице лучше спуститься вместе.

И плевать на традиции и приметы.

Я улыбнулась, распознавая за шутливым предложением искреннюю заботу. Именно за это я так сильно его люблю.

Его взгляд заскользил по комнате, задержавшись на маленькой вазе с цветами.

– Очень милые.

Готова поклясться, он знает, откуда они.

– Это фрезии, – пояснила я, оборачиваясь к белоснежным колокольчикам. – Ричард прислал.

Ни капельки не удивившись, он кивнул. И ласково улыбнулся.

– Ну что, идем?

Я положила руку на его согнутый локоть.

– Обожаю тебя, – чуть слышно шепнул он, словно нас могли подслушать из соседней комнаты. На глаза навернулись слезы. Сморгнув их, я нежно улыбнулась, глядя в любимое лицо.

– Аналогично, – ответила я, бережно сжимая его руку.

Дойдя до ступенек, он остановился.

– А где же твоя трость?

Я улыбнулась.

– В коридоре возле двери. Спуститься я могу и без нее. Не бойся, не упаду.

Тревожные морщинки на его лбу так и не разгладились, и он привлек меня к себе, словно готовясь поймать, если я вдруг оступлюсь.

– Держись крепче, бабуля, – заботливо сказал он, и я опять улыбнулась, пытаясь совладать с нахлынувшими чувствами. Я любила всех своих внуков, но Скотт – точная копия деда не только внешне, но и характером, и манерами – занимал особый уголок в моем сердце.

Миновав первый пролет, я остановилась, глядя на свою семью, терпеливо ждущую, когда мы спустимся. Два сына, дочь, их супруги и все наши внуки смотрели на меня, но их лица расплывались за слезами. Я улыбнулась, надеясь, что они последуют моему примеру. И стала медленно спускаться по лестнице – не потому что мешало отсутствие трости, просто хотелось рассмотреть висевшие на стене фотографии.

На первых снимках был коттедж в Трэнтвилле и ранчо Джека – два дома, между которыми мы разрывались первые пять лет нашей совместной жизни. Следующую фотографию сделала я: Джек с моими родителями стоит в залитом солнцем саду возле коттеджа, который мы купили в деревне для престарелых.

– Папа, тебе точно здесь нравится? – в который раз спрашивала я.

– Дом – это не только кирпичи и строительный раствор, Эмма, уж ты-то должна знать. Ты ведь постоянно летаешь туда-сюда через Атлантику.

Я улыбнулась, пожимая ему руку.

Через лужайку в сопровождении медсестры к нам шла мама в заляпанном красками платье – она возвращалась с уроков рисования.

– Дом – это место, где живут твои любимые, – тихо добавил отец.

Следующий снимок – мой портрет авторства Джека. Я выглядела усталой, измученной, а еще безмерно счастливой; улыбалась с больничной койки, прижимая к груди маленький кокон. Коснувшись снимка, я мыслями вернулась в прошлое.