Судьба драконов
Шрифт:
Пробираясь глубже, торопясь между скоплением толстых деревьев, он увидел ее маленький каменный дом на поляне. Даже деревья вокруг поляны были узнаваемыми – скрученные в неестественные формы. С края, по каждую сторону, находились три красных дерева.
Гарет ступил на поляну, торопясь к домику ведьмы, и вскоре, подойдя к двери, поднял медный молоток и ударил им несколько раз. Раздался полый звук. Гарет все ждал и ждал, но безрезультатно, промокнув под дождем. Теперь небо было практически таким же черным, как ночь, несмотря на то, что
Гарет снова и снова стучал молотком.
«ОТКРОЙ ДВЕРЬ!» – крикнул он.
Его охватила паника, когда он спрашивал себя, что станет делать, если ведьма покинула это место.
Казалось, что он прождал целую вечность и, когда Гарет уже собирался уходить, внезапно открылась дверь.
Обернувшись, Гарет заглянул внутрь.
Он не увидел ничего, кроме черноты, слабого мерцания свечи, исходящего из дома. Гарет обернулся и окинул взглядом лес, чтобы убедиться в том, что никто за ним не наблюдает, после чего поспешил зайти внутрь, закрыв за собой дверь.
В доме было тихо. Тишину нарушал только звук дождя, который барабанил по крыше, капель дождя, который скатывались с него на пол, образуя небольшую лужу. Он оглянулся, давая своим глаза время привыкнуть к темноте. Здесь было настолько темно, что он с трудом увидел ведьму в дальнем конце комнаты, едва рассмотрел ее силуэт. Сгорбившись, ведьма, которая выглядела еще более жутко и зловеще, чем раньше, возилась с чем-то. Комната была наполнена ее зловонием – чем-то, напоминающим разлагающуюся плоть. Гарет едва мог дышать. Он уже пожалел о том, что пришел сюда. Неужели это было ошибкой?
«Итак», – произнесла ведьма своим хриплым, насмешливым голосом. – «Наш новый король нанес мне визит!»
Она хихикнула, довольная своим собственным замечанием. Гарет не мог понять, что так ее развеселило. Ему был ненавистен ее смех. Все в ней было ему ненавистно.
«Я пришел за ответами», – сказал он, делая шаг по направлению к ней, пытаясь придать своему голосу уверенности, пытаясь звучать как король, но он услышал дрожь в своем голосе.
«Я знаю, зачем ты пришел, мальчик», – заявила ведьма. – «Убедиться в том, что ты будешь править вечно. Что тебя не убьют так, как ты убил других. Мы всегда хотим для себя того, в чем мы отказываем другим, не так ли?»
Повисла долгая тишина, когда она медленно подошла к нему. Гарет не знал, что делать – убежать от нее или сделать ей выговор. Ведьма поднесла свечу к своему лицу, покрытому бородавками и морщинами.
«Я не могу дать тебе того, что у тебя нет», – медленно произнесла она, расплываясь в злой ухмылке, обнажающей ее мелкие сгнившие зубы.
Гарет почувствовал, как по спине побежал холодок.
«Что ты имеешь в виду, когда говоришь, что у меня этого нет?» – спросил он.
«Я говорю про судьбу, мальчик», – сказала она.
«Что это означает?» – настаивал на ответе Гарет, у которого появилось дурное предчувствие. – «Ты говоришь, что мне не суждено
«В этом мире много королей. Есть и более великие короли – короли с великими судьбами, которые затмевают твою».
«Судьбы величественнее моей?» – переспросил Гарет. – «Но я – Король Западного Королевства Кольца! Наибольшей свободной земли, не принадлежащей Империи. Кто вообще может быть величественнее меня?»
«Торгрин», – прямо ответила ведьма.
Это имя поразило его подобно удару ножа.
«Торгрин будет величественнее тебя. Величественнее, чем все короли МакГилы. Величественнее любого короля, который когда-либо жил и правил. И однажды ты склонишь перед ним голову, умоляя его о пощаде», – сообщила она, хихикнув.
От заявления ведьмы Гарету стало дурно – прежде всего, потому что оно было настолько реальным. Он с трудом мог представить себе, как это возможно. Тор? Этот чужак? Простой член Легиона? Величественнее Гарета? Одним только взмахом руки он мог бы отправить его в темницу и казнить. Как это вообще возможно, что Тор может быть величественнее его?
«Тогда измени мою судьбу!» – приказал Гарет, обезумев. – «Сделай МЕНЯ величайшим! Сделай так, чтобы Я поднял меч!»
Ведьма откинула голову назад и захохотала. Она смеялась до тех пор, пока у Гарета не лопнуло терпение.
«Вес того меча раздавит тебя», – сказала ведьма. – «Ты король – пока. Этого должно быть достаточно. Довольствуйся этим. Потому что большего тебе не видать. А когда этому придет конец, ты заплатишь за все. Кровь за кровь».
Его бросило в дрожь.
«Что хорошего в том, чтобы быть королем, если царствование не будет длиться долго?» – спросил Гарет.
«Что хорошего в жизни, если за ней приходит смерть?» – ответила вопросом на вопрос ведьма.
«Я – твой король!» – заорал Гарет. – «Я ПРИКАЗЫВАЮ ТЕБЕ! ПОМОГИ МНЕ!»
Он бросился на ведьму, намереваясь схватить ее за плечи, чтобы заставить подчиниться ему, но, потянувшись к ведьме, Гарет не схватил ничего, кроме воздуха.
Он развернулся, осматривая дом, но здесь было пусто.
Гарет вышел из дома навстречу небу и дождю. Ледяная вода стекала по его лицу и шее. Он был рад ливню, желая, чтобы дождь смыл его сны, эту встречу и все то зло, что он натворил. Он больше не хотел быть королем. Ему просто нужен был еще один шанс в жизни.
«ОТЕЦ!» – крикнул Гарет.
Его голос поднялся в небо Дарквуда, заглушая звук дождя. Ответом ему послужил лишь крик далекой птицы.
Годфри быстро шел по лесной тропе, в то время как темнело небо и поднимался прохладный ветер, выходя на дорожку, которая привела его в Дарквуд. С каждой минутой небо становилось все более темным, выл ветер, отчего у Гарета волосы вставали дыбом. Он ощущал зло, исходящее от этого места. Теперь, когда открылись небеса и начался ливень, как никогда в жизни Гарету захотелось выпить бокал. Или два.