Судьба амазонки
Шрифт:
– Мы уходим. Навсегда, – упавшим голосом объявила предводительница.
– Куда?
– Не знаю.
– Но скоро зима, – заметила Хельга.
– Значит, к югу, как «вольные птицы».
– Там неспокойно. А в твоём положении… – Коринн многозначительно покачала головой.
– Другого выхода нет. По дороге объясню. Заедем сперва к Хозяину попрощаться.
Подруги с подозрением покосились на Архелию и, не сговариваясь, одновременно направились к лошадям, словно давно ожидали такого решения.
– Снова кочевая жизнь? – улыбнулась Хельга.
– Я ещё не пробовала, – заметила Коринн.
– Зимой самое время начинать, – в голосе охотницы слышалась издёвка. – Хорошо, если
12. Расплата
Пронзительный свист стрел и быстро приближающийся улюлюкающий вой остановили подруг. С холма в сторону их стана стекала тёмная масса всадников. Расслабившиеся воины в панике вскакивали от костров и бежали к взнузданным лошадям. Первые жертвы падали на осеннюю траву. Кто-то, найдя спасительное укрытие, отстреливался из лука, остальные спешно формировали неровный строй для отпора врагу, внезапно решившему вернуться.
– Быстро, быстро! – как тени, метались среди воинов помощники Исама.
Самого военачальника не было видно.
– Почему они не ушли? – Архи старалась перекричать общий шум, обращаясь к приготовившемуся к битве ветерану.
– Обоз с награбленным доставили и решили поразвлечься. У нас с ними давние счёты, – он зло сплюнул сквозь зубы и ощерился неприятной улыбкой.
Дочь барона оглянулась на шатёр командира. Горящая стрела попала в его основание, и полотно начал жадно поедать огонь. Исам не появлялся и, предчувствуя недоброе, воительница поворотила лошадь к центру лагеря. Забыв, что она без привычной ратной защиты, Архелия подставила открытую спину под стрелы неприятеля. Вешать сзади щит не было времени. Она промчалась под смертоносным градом к шатру и, к счастью, осталась без единой царапины. Вбежав внутрь, дочь барона увидела то, что и ожидала. Исам в беспамятстве лежал на полу, над ним склонился часовой, тщетно стараясь привести начальника в чувство. Он увидел «подружку» командира и с негодованием заорал:
– Что ты с ним сделала, ведьма?
– Одурманила, – честно призналась Архелия, но мужик не поверил.
– Шатёр горит, помоги!
– Поднимай, – молодая женщина подхватила бывшего возлюбленного с одной стороны, а воин подставил плечо с другой.
Они выволокли его в тот момент, когда пламя жадно устремилось внутрь палатки командира. Враждующие стороны уже сшиблись в рукопашной, и среди общего хаоса битвы лишь они вдвоём помнили о своём военачальнике.
– Гони обратно к Хозяину, передай, что силы равны, но пусть всё же подсобит, если успеет. Эх, надо было их обоз догнать, пока недалеко ушли! Говорил же ему, – воин продолжал рассуждать, не обращая внимания на дикие вопли вокруг и помогая Архелии взвалить обмякшее тело красавца на её лошадь.
– Мне одной не прорваться!
– Бери своих сестёр. Всё равно толку от них мало. Только людей отвлекают.
Архи не стала возражать, хотя заявление стражника и царапнуло самолюбие. Хельгу она увидела сразу. Девушка, спрятавшись за полыхающим шатром, одну за другой посылала стрелы в неприятеля. Она всегда старалась держаться в бою рядом со своей «госпожой».
– Возвращаемся, – стараясь перекричать шум сражения, дочь барона махнула рукой подруге. – Прикрой. С грузом не повоюешь. Где Коринн?
– Не знаю, – Хельга закинула лук за спину, вскочила на чужого коня, оказавшегося бесхозным, и указала на Исама. – А этот нам зачем?
– Последнее «прости». Найди Коринн.
– Смотри! – Хельга вытянула руку в сторону, где шла наиболее жаркая драка.
Среди могучих воинов мелькали изящные доспехи и светлые локоны красавицы. Наравне с остальными воинами она врубалась в самую гущу битвы
– Стой! К Хозяину скачем, надо Исама доставить. Он подняться не может.
– Ты видела? – Коринн была в бешенстве и не слушала подругу. – Они мне сражаться не дают.
– Берегут, – усмехнулась охотница.
– Мне такое знакомо с детства, – Архелия появилась рядом и подогнала подруг. – Скорее, ведь у меня никакой защиты, кроме удачи.
Воительницы сделали большой крюк, огибая опасный участок боя, и помчались прочь от звона мечей, стона умирающих и рёва разъярённых бойцов, напоминающего угрожающий рык множества хищников.
Издалека завидели часовые на воротах возвращающихся всадников со знакомыми стягами на древках копий.
– Открывай! Свои! – прокричал один из дозорных, и неприступные ворота медленно отворились.
Появление трёх девиц вызвало недоумение и многочисленные вопросы, отвечать на которые уставшая дочь барона предоставила своим спутницам. Стражи суетились, закрывая тяжёлые створы, кто-то помог девушкам перенести командира в небольшое помещение для стражи при входе в городище. Там их и нашёл Хозяин, когда весть о прибытии посланниц достигла его ушей. Он торопливо вбежал в тесную комнату, сопровождаемый некоторыми из приближённых, чтобы из первых уст узнать новости о случившемся и о своём любимце.
На этот раз отчёт давать пришлось Архелии. Дочь барона живо и красочно описала внезапное нападение на лагерь, но объяснить бессознательное состояние командира не смогла. Она замялась и потеряла драгоценные секунды, на которых строится доверие. Хозяин встревоженно взглянул на лежащего Исама и спешно удалился, на ходу отдавая приказания. Следующий отряд был готов выступить в поход уже через несколько минут. Вождь самолично возглавил карательную операцию. Когда последний воин миновал ворота, выезжая на подмогу сражающимся, Хельга наконец выразила словами досаду, тщательно сдерживаемую во время диалога Архелии и Хозяина:
– Да, врать у тебя никогда не получалось!
– Я не политик. Меня научили драться лицом к лицу с врагом. Ложь – не моё призвание.
– Хитрость, – вмешалась Коринн, – иногда нужна для самосохранения. Ты же женщина!
– Теперь, к сожалению, придётся научиться совмещать в себе и жену, и мужа.
– Надеюсь, что муж не возьмёт верх.
– Как знать! – Архи в последний раз посмотрела на любимого.
Даже в таком плачевном состоянии Исам был великолепен. Сильные загорелые руки, от которых трудно оторвать взгляд, длинные, бархатные, чуть подрагивающие ресницы и смуглые скулы, на которые упали пряди чёрных, как смоль, волос. Архелия, как заворожённая, любовалась юным командиром. Тепло в её сердце волной смывало недобрые воспоминания. Она снова погружалась в сладкий вихрь и, не помня себя, опустилась на колени рядом с красавцем. Осторожно откинув волосы с его щеки, ласково провела ладонью по любимому овалу лица. Люди вокруг притихли, наблюдая за непривычным для надменной воительницы поведением. В воздухе почувствовалось напряжение, которое поспешили разрядить бдительные подруги. Коринн первой почувствовала опасность и, взяв предводительницу за плечи, казалось, стряхнула с неё колдовской сон.