Судьба амазонки
Шрифт:
Через день сборы были окончены. Все, кто отправлялся в земли барона, уже сидели верхом. Хельга посадила сына впереди себя и ждала, пока Архелия отдаст своего малыша на попечение рослой Гунды.
Предводительница долго стояла на коленях перед ребёнком, прижав белокурую головку сынишки к груди. Мальчик время от времени удивлённо и терпеливо поднимал взгляд на стоящих поблизости Нейт и знахарку. Сестрёнка плакала, уткнув голову в плечо старухи. Старуха горестно вздыхала и удивлялась, видя, что всегда
– Береги его, – в голосе Архи послышалась мольба матери, а не приказ повелительницы.
– Не беспокойся, великая. Он мне дороже родного, – воительница-великанша ласково погладила мальчика по голове грозной рукой, одетой в длинную кожаную перчатку с железными накладками.
– Доброй дороги! – дочь барона хлопнула рукой по ноге охотницы и потрепала ручонки её сына, протянутые для пожатия. – Долго не задерживайтесь.
Предводительница, улыбаясь, смотрела поверх головы мальчугана на его вечно влюблённую в собственного мужа маму-охотницу.
Все, кто оставался жить в городище, вышли проводить сына предводительницы. Даже каменные сердца были тронуты последними минутами перед расставанием матери и её дитя. Ворота были распахнуты, пять всадниц скоро исчезли из вида. Ортрун вызвалась проводить маленький отряд до границы подопечных ей земель и теперь скакала рядом с Хельгой. Архелия долго одиноко стояла в проёме ворот. Уже разошлись по своим делам «кормилицы» и новоприбывшие воительницы-ученицы, а она всё смотрела в опустевшую даль и гадала, почему между страданием любви и страданием одиночества она выбрала последнее…
39. Отцы
По лесной дорожке вяло брела соседка Хельги по родному селению. Она издали увидела копошившуюся по хозяйству охотницу и замедлила шаг.
– Слышала, кума, «жених» снова в крепость барона наведался? Пир собирают, вот я подумала, может, ты по старой памяти тоже дичь к их столу добудешь. Всё семье какой-то заработок.
– Спасибо за заботу, – поблагодарила охотница немолодую женщину, которая, как и все в их деревне приходилась Хельге дальней родственницей.
– А ты чего замерла-то? Забыла, как кур кормят? – съязвила «добрая» соседка.
– Да, вот забыла, что горшок в доме на печь поставила. Пойду сниму.
– Вот неумёха нескладная, – заворчала соседка, удаляясь.
Хельга поскорее отделалась от назойливых разговоров с любопытной старушкой, которая буквально сверлила её глазами. Укрывшись в доме, охотница перевела дух. Берт сидел на лавке у оконца и мастерил забавную игрушку младшему сыну. Он мгновенно почувствовал смятение в душе жены и догадался:
– Пора?
– Да.
– Поехали.
– Не надо
– Напротив, сами лучше управимся. Не узнаю тебя.
– Вместе мы ни разу на глаза герцогу не попадались.
– Всё равно он всё знает о нас с тобой. Странно, что спокойно переносит пока весть о том, что Архелия получила во владение пару соседних земель. Выжидает, видимо.
– Но Клепп не знает, что это его сын.
Хельга глазами указала на беззаботно играющего с братьями мальчика, на груди которого поблёскивал амулет герцога.
– Этот ребёнок нужен сейчас всем! Поехали.
В заново отстроенной крепости барона было шумно. Высокие гости внесли приятное разнообразие в унылое существование двух покинутых родителей Архелии. Клепп был всегда обходителен, что не мешало ему вершить дела по своему усмотрению. Герцог прежде всего отправился осматривать ход строительства небольшого укрепления на наиболее беспокоящем его направлении. Не все соседи барона соглашались сидеть тихо, пока власть медленно, но уверенно прибирал к рукам несостоявшийся «жених».
Берт и Хельга сперва отправились навестить мать Архелии. Узнав о цели приезда пары, та смогла лишь всплеснуть руками и разрыдаться от счастья, прижав к себе единственного доверенного ей внука. Торжественно взяв за руку наследника земель, она повела его к старому барону. Давно не видел он жену такой сияющей:
– Что случилось? Говори, не томи, – барон настороженно вглядывался в знакомые лица вошедших.
– Весть-то какая хорошая к нам пришла, родной мой! – баронесса слегка подтолкнула ребёнка к угрюмому старику. – Иди поздоровайся с дедушкой.
Ребёнок не сделал ни шагу. Он крепко обхватил руками ногу Хельги, словно единственное надёжное прибежище во всём мире. Мальчик насупился и ответил на хмурый взгляд барона таким же колючим взором. Что-то до боли знакомое промелькнуло в чертах ребёнка, нелюдимо сдвинувшего брови к переносице. Отец Архи не мог поверить своим глазам:
– Кто? Кто твоя мама? Ты мой внук? – старик задал вопросы, на которые уже знал ответы.
– Маму зовут Архелия.
– Вот умница, девочка моя! Парень наконец-то в роду! Сколько же тебе лет?
– Пять!
– Ах, ну и попадёт же твоей маме! Пять лет парня скрывала!
Барон потряс кулаком, потом ликующе хлопнул себя по колену и довольно прорычал от переполнявшего его восторга. Ребёнок прижался к ноге Хельги ещё сильнее.
– Да ты буян! Смотри, разошёлся! Он и не идёт к тебе потому! Успокойся, – баронесса стремилась наладить контакт между новоиспечённым дедом и ребёнком как можно скорее.
– Это ж мой внук! Разве он кого-нибудь боится? Неправда! – с притворным гневом взревел барон на супругу.