Суд Рейнмена
Шрифт:
Синдия вспомнила редактора газеты «Региональный вестник» Алексея Малькова, могучего велика-на, затянутого в «тройку» «Версаче». Алексей Станиславович выглядел серьёзным, важным, величест-венным и влюблённым в работу, и трудно было представить, как он жарит картофель-фри на сковородке, хохочет так, что «мебель шатается» и носит кличку Леший.
«Волга» въехала на автобусную остановку «Село Ударное», возле которой слева уже разворачивался небольшой базар, а справа на крыльце продовольственного магазинчика курила в ожидании покупателей девушка в джинсовом сарафане и форменном фартуке со значком продавца. На остановке стояли с оди-наково унылыми и равнодушными лицами около десятка людей с корзинами,
Антон поставил «Волгу» рядом с «газиком», вышел, на ходу раскрывая своё служебное удостовере-ние, и отрекомендовался:
– Капитан Платов, Причерноморский ГУВД. Прибыл в связи с вашим сообщением на дежурный пост Главного Управления о случае убийства на вашем участке.
– 327-е отделение милиции, участковый Марченко, — тоже отрекомендовался участковый, соскаки-вая с капота и зашвыривая недопитую бутылку мимо переполненной урны на полупустой газон.
– Начальник следственного отдела городской прокуратуры, следователь по особо важным делам Со-болевская! — представилась Синдия, выходя из «Волги».
– Первый заместитель начальника следственного отдела городской прокуратуры, следователь по особо важным делам Малькова, — вышла следом Иветта.
Марченко захлопал озадаченными глазами, недоумевая, откуда и за какие грехи на его голову сва-лились городские следователи, да ещё в таких чинах.
– Судя по данным, которые вы передали в дежурную часть, убийство совершено лицом, которое мы разыскиваем по причине совершения серии аналогичных преступлений. Но до этого все прецеденты про-исходили в черте города. Чтобы прояснить ситуацию, мы должны получить максимум информации, по-беседовать со свидетелями и ознакомиться с письменными данными…
«И всё на меня! — растерянно подумал Марченко. — Ещё и маньяка приплели какого-то!»
Он с любопытством посмотрел на женщин из прокуратуры. На его взгляд, начальник следственного отдела скорее смахивает на принарядившуюся молоденькую свиристелку, а Малькова, её помощница, вообще выглядит «пацанкой» — старшеклассницей.
– Ну, что же? — нетерпеливо спросила Иветта. — кто был убитый?
– Да алкаш один местный, — Марченко сбил фуражку со лба на затылок, — Славка Сидоров, сторож с овощебазы, вечно бухой шатался. Вчера ночью понесло его за пузырём, ну и наскочил на нож, дурак зашибленный! — участковый явно хотел более точно определить покойного Сидорова, но при городских женщинах не решился. — Тут, напротив магазина, ему и саданули. Из магазина девки в окно увидели, сообщили в отделение. Магазин у нас круглосуточный, как в городе, только ночью у нас приличные люди спят, а не за покупками бегают. Только пьянь местная за бухлом ползает. Вы девок опросите, они, гово-рят, видели, кто Славку порезал. Может, и впрямь ваш маньяк постарался.
Участковый нерешительно потоптался на месте и спросил:
– Может, в отделение проедем? Там и протоколы почитаете, и с кем надо потолкуете, мы для вас свидетелей ещё раз вызовем.
Было два часа пополудни, когда Синдия, Иветта и Антон закончили опрос свидетелей и чувствовали себя так, словно разгрузили две платформы
Теперь они втроём перелистывали свежие протоколы опроса свидетелей и синхронизировали их с данными, собранными капитаном Марченко. И получалось вот что.
Вячеслав Сидоров, 1969 года рождения, сторож с овощеводческой базы, накануне вечером решил отметить получение зарплаты с четырьмя своими приятелями. К полуночи «великолепная пятёрка» уже достигла полной кондиции, выпив по две бутылки «Украинской с перцем» на брата. Когда возник вопрос о добавке «на посошок», оказалось, что у Сидорова закончились деньги, но к магазину он шёл со спокой-ной душой. Один из его приятелей был должен ему пять гривен, и Сидоров рассчитал на эту пятёрку ку-пить ещё одну бутылку «Украинской», а на оставшуюся гривну — пол-литра «Жигулёвского светлого» и сделать хороший «ёрш».
Уже возле самого магазина Сидоров остановил должника и предложил тут же и рассчитаться, но приятель не пожелал производить отдачу долга именно сейчас. У него самого оставалось всего шесть гривен, он уже прикинул, что на них купит, и стал доказывать, что долг принесёт завтра, а если Славка все деньги прогулял, пусть идёт домой, а не попрошайничает.
Сидоров, уже предвкушавший хлебнуть «ерша», стал настаивать, и от слезливой мольбы быстро пе-решёл к угрозам и агрессивному «наезду» на «жлоба», но тот насмерть стоял за свои деньги, и отчаяв-шийся сторож решил отнять у него кошелёк силой и за это схлопотал по физиономии. Вскочив с земли, он яростно заорал, проклиная несговорчивого должника, осыпая его пьяным матом; приятель тоже был не обделён словарным запасом, и перебранка быстро набрала обороты, когда вдруг из-за спинки одной из немногих уцелевших в селе скамеек выскочил — натурально сиганув через скамейку — высокий парень в чёрной кожаной одежде и чёрной маске, на скаку полоснул Сидорова ножом по шее, хлестнул ботинком по лицу его оппонента, расколотил метко брошенным камнем единственный действующий фонарь у ма-газина, сиганул куда-то за остановку и скрылся.
Продавщицы из магазина, наблюдавшие в окно за происшествием, тут же позвонили участковому и дежурному врачу сельской поликлиники.
На месте происшествия врач констатировал смерть Сидорова от проникающего ранения сонной ар-терии. Должник Сидорова был доставлен в поликлинику с диагнозом: сотрясение мозга, дроблёный пере-лом нижней челюсти; восьми зубов как не бывало, а нос перебит в двух местах.
За остановкой, куда, по словам продавщиц, охранника и собутыльников Сидорова, побежал убийца, на размокшей от ночного дождя земле были обнаружены чёткие отпечатки автомобильных шин.
– Сначала я чуть было не подумал, что этого Сидорова его же дружки и замочили, — заключил Ан-тон, потирая лоб и морщась от чугунной тяжести в голове. — А потом придумали сказочку о парне с но-жом. Но уж больно всё сложено, чуток туговато для парней, которые дальше бутылки не видят.
– Да и дело «человека дождя» пока не попало в газеты, — процедила Иветта, щуря воспалённые гла-за и закуривая «Вог» с ментолом, вторая её дамская слабость, после красивого белья. — Им просто неот-куда было о нём узнать. Да и продавщицы из магазина рассказывают то же самое. Трудно представить себе, чтобы они были в сговоре с этими пьянчужками, это уже совсем из области фантастики: заговор из-за алкаша Сидорова, сторожа возле мешков картошки за сто пятьдесят гривен!