Суд Рейнмена
Шрифт:
В приемной перед кабинетом Синдии сидела секретарша Арина Львова, восемнадцатилетняя де-вушка, смуглая, с большими карими глазами и пышной шапкой красновато-каштановых кудряшек. Она носила джинсы стрейч и длинные широкие футболки или коротенькие топики, и туфли с квадратными носами и такими огромными каблуками, что было непонятно, как на них можно передвигаться. Но Арина в этих туфлях носилась по прокуратуре как спринтер, за тридцать секунд добиралась до любого помеще-ния в здании и всех заражала своим неизменно веселым настроением и широкой улыбкой.
В среду 14 мая Синдия приехала на работу в приподнятом
Поздоровавшись с дежурным в вестибюле, Синдия взбежала по лестнице на свой этаж, по дороге кивнула Иветте, курившей на площадке, посторонилась, пропуская неизменно ворчащую уборщицу, бе-гущую на первый этаж с ведром и шваброй, и зашагала в свой кабинет. Из приемной до нее донесся смех Арины и молодой мужской басок.
Арина сидела за столом, невнимательно перелистывая тоненькую книжечку с надписью «Ужасти-ки» и чьей-то насмерть перепуганной физиономией на обложке, а на краю стола примостился молодой человек в синих джинсах и новенькой клетчатой фланелевой рубашке и черных кроссовках. Он выглядел еще совсем школьником — белокурый, с большими серыми глазами и круглым ребячьим лицом. Увидев Синдию, молодой человек поспешно вскочил:
– Здрасьте. Извините, я уже ухожу!
– Иди, иди, Коля, — шутливо хлопнула его книжкой по спине Арина, — а то мне от Синдии Аркадь-евны сейчас влетит за то, что я вместо работы фигней занимаюсь! — и девушка рассмеялась так весело, что Синдия невольно улыбнулась в ответ.
– Я забыл представиться, Синдия Аркадьевна, — остановился в дверях паренек. — Данилов Нико-лай, адвокат. Тоже здесь работаю.
Меньше всего он походил на адвоката. На вид Николаю было не больше 16 или 17 лет, но, судя по своему званию, он был лет на семь старше, чем казался.
– Очень приятно, Николай, — кивнула Синдия. — Вы тут недавно практикуете?
– А тут почти все недавно. Из прежних, тех, кто с Воробьевым работал, только Капитолина Марков-на осталась, уборщица.
Арина прыснула. Очевидно, не в меру ворчливая уборщица давно стала в прокуратуре предметом шуток и смеха.
– Сколько лет Николаю? — спросила Синдия, когда Данилов ушел.
– А вы тоже подумали, что он еще пацан-школьник? — оживилась девушка. — Двадцать три.
В обеденный перерыв Синдия выпила стакан сока с двумя сладкими слойками в буфете прокурату-ры, запила обед чашкой эспрессо и поднялась к себе.
Арина в приемной увлеченно читала ту самую тонкую книжку с перепуганной физиономией на об-ложке. Увидев начальницу, секретарша поспешно потянулась за закладкой.
– Читай, — махнула рукой Синдия, — до конца перерыва еще полчаса, — она села на кожаный ди-ван. Минут десять в приемной стояла тишина. Арина читала, а Синдия размышляла все о той же «дожде-вой серии». Неужели и вправду криминогенная обстановка и беспорядки на улицах города могли спрово-цировать убийцу? Такое возмущение разгулом безнаказанной разнузданности мог продемонстрировать только очень интеллигентный человек, для которого подобная «свобода личности» неприемлема принци-пиально. А безупречное поведение
Арина закрыла книжку и достала из сумки бутылочку «Кока-кола Лайт».
– Всех «Ужастиков» хватает только на обеденный перерыв, — вздохнула она. — И то не на весь!
– Они тебе нравятся? — спросила Синдия.
– Они увлекательные, и с юмором, жаль только, что не всегда хорошо заканчиваются.
– Наверное, их авторы стараются быть ближе к жизни.
– Автор. Их все пишет Роберт Стайн. Он выпустил уже больше шестидесяти книжек. Вообще-то Стайн пишет для подростков, но «Ужастиками» могут увлечься и люди постарше.
– Интересно, — задумчиво сказала Синдия. — Раньше я не читала ничего из этой серии. Ты уже прочла эту книгу? Не дашь мне ее до завтра?
– Конечно, — Арина протянула ей книгу.
Синдия бегло взглянула на обложку. Там был изображен светловолосый мальчик, немного похожий на Николая. Он с ужасом смотрел на свои ладони, покрытые черной шерстью. Внизу стояло название: «Самое жуткое приключение».
– Жуть такая, — комментировала Арина. — Ребята нашли на свалке просроченный флакон автозага-ра, намазались им, и с ними начала такая фигня твориться! Ой, извините! То есть, с ними начали проис-ходить непонятные вещи.
– Только не рассказывай мне финал, — попросила Синдия. — А то мне будет не так интересно.
– И мой брат тоже так думает: когда заранее знаешь, чем закончится книга, ее скучно читать.
– Твой брат старше тебя?
– Да, ему уже двадцать пять, осенью будет.
– И он тоже любит читать?
– Любит, и читает все: и классику, и историческую литературу, и, конечно, детективы: Угрюмова, Ильина, Воронина, Литвиновых, Дашкову, Устинову, Платову, иногда Донцову. А Полякову мы оба не любим. Брат говорит, что ему противно читать почти в каждой книге, как героиня пресмыкается перед подонком, унижающим ее.
– Я согласна с твоим братом.
– Он хорошо разбирается в детективах. А у Угрюмова ему очень не понравилась «Судьба бригади-ра». Брат сказал, что герой, который промышляет рэкетом, у нормального читателя симпатий вызывать не может. Невелика удаль — воевать с продавцами, которые целый день прыгают за прилавком, чтобы зара-ботать себе на хлеб и с хозяевами, которые все силы отдают, чтобы поднять бизнес, и на них итак и на-ложка, и пожарка, и СЭС наезжают с проверками и угрозами, и всем только на лапу давай.