Суд и расчет

Клугер Даниэль Мусеевич

– Сколько раз мы с тобой его брали? – спросил Натаниэль.

– Дважды, – ответил Ронен.

– По-моему, трижды.

– Может и так. Сейчас это уже не имеет значения... – после некоторого раздумья, инспектор продолжил рассказ: – Так вот, Дамари сидел в кафе, то ли ждал кого-то, то ли просто так зашел – выпить кофе. Убийцы, судя по показаниям свидетелей, ждали вон там, в пятидесяти метрах. Едва этот господин вышел на улицу, сорвались с места, дали очередь веером.

– Ну, ну... – пробормотал Розовски. – Вот наглость...

Алон согласно кивнул.

– Дамари

получил две пули – одну в голову, вторую в грудь. Скончался на месте. Мы нашли шесть гильз. Одну пулю получил твой стажер. Он выходил как раз вслед за Шошаном.

Розовски перевел взгляд с тела Дамари на второго убитого. Инспектор проследил за направлением его взгляда и объяснил:

– Еще одна случайная жертва. Хозяин кафе. Йорам Арад. Оказался на линии огня, – Ронен указал пальцем на место, где предположительно находился мотоцикл убийц в момент выстрелов. – Видишь? Пули, доставшиеся Дамари, были первыми, а когда он упал, убийца по инерции еще какое-то время нажимал на курок. Попал точнехонько в грудь Араду.

– Из чего стреляли?.

– «Узи».

– И что же? – удивленно спросил Розовски. – Дамари был в кафе один? Без телохранителей? Вот так просто пришел в кафе, сел за столик, выпил чашку кофе?

Инспектор Алон пожал плечами:

– Выходит, что так. Вон его машина стоит, – Алон показал на приткнувшийся к тротуару темно-синий джип.

– Ронен! – крикнул эксперт, все еще сидевший на корточках рядом со вторым убитым. – Можно тебя? – тут он заметил частного детектива, приветливо (что не совсем соответствовало обстановке) улыбнулся: – Здравствуй, Натан!

– Привет, Нохум, – ответил Розовски. – Хорошо выглядишь.

– По сравнению с ним, – в тон ему добавил Нохум Бен-Шломо, кивком указывая на убитого.

– Обнаглели совсем, – проворчал инспектор. – Даже о прицельности стрельбы не заботятся.

– Что ты хочешь, – глубокомысленно заметил эксперт, – с одной стороны, профессионализм преступников возрастает, но, в то же время, по мере улучшения технической оснащенности, среди тех же киллеров появляются случайные люди...

– ...которые палят почем зря по случайным же людям, – добавил Натаниэль. – И выбирают для этого такую неподходящую вещь, как «узи». Черт-те что! Куда катиться мир?

– Работай, Нохум, работай! – проворчал инспектор. – Теоретик нашелся. Философ... – он обратился к Натаниэлю. – Ехал бы ты отсюда, а? Я тебя понимаю, конечно, но ты мешаешь нам закончить осмотр.

Натаниэль немного поколебался, потом кивнул.

– Ладно, – он секунду помедлил, потом все-таки спросил: – Как думаешь, найдете?

Инспектор пожал плечам.

– А что тут искать... – он закурил, выдохнул во влажный горячий воздух клуб светло-сиреневого дыма. – Тут искать нечего. И так все ясно. Весь год парни Дамари палили почем зря по бандитам из Гив'ат-Рехев. Ты что, газет не читаешь? Четыре взрыва. Шесть перестрелок.

– Из-за чего?

– Передел рынка. Появились новые источники поставок наркотиков – похоже, из Ливана. Естественно, Дамари пожелал

наложить лапу на пушеров. А их контролировала гив'ат-рехевская группировка. Дальше рассказывать? Или сам понял?

– Понял, понял, – хмуро ответил Розовски. – Значит, никого не возьмешь.

– Что толку? Даже если возьму, – уныло ответил инспектор Алон. – Все равно посадить вряд ли удастся.

– А я слышал, между ними заключен мир, – сказал Натаниэль, глядя на убитого «крестного отца» без особой печали.

– Был заключен, – согласился Ронен. – Месяц назад, когда Шошан еще досиживал свое... Значит, Гай решил нарушиь перемирие.

Гай Ример возглавлял гив'ат-рехевскую группировку.

– Ладно, – Натаниэль щелчком выбросил окурок. – Поеду-ка я в больницу, узнаю, как там Илан. Держи меня в курсе, хорошо?

2

Илан Клайн стажировался в агентстве Натаниэля в течение трех месяцев. Его прислали с курсов частных детективов при иерусалимском городском бюро по трудоустройству. Молодой человек производил впечатление серьезного и добросовестного, так что Натаниэль, в конце концов, решил доверить ему самостоятельное расследование. Не слишком сложное, правда. Слежка ревнивого мужа за ветреной женой.

И вот – буквально через два дня такая незадача. Натаниэль шепотом выругался и, круто положив руль вправо, едва не влетел во внутренний дворик больницы.

Ему удалось беспрепятственно проскользнуть мимо бдительного охранника у входа в отделение интенсивной терапии. Охранника подвели общительность и слабость к женскому обаянию. Пока он рассыпался в любезностях загадочно улыбавшейся смуглой красавице с голливудскими ногами, Розовски быстро прошел к лифту и через мгновение, накинув заранее припасенный белый халат, уже шагал по длинному коридору. Голливудской красавицей была Офра, секретарша Натаниэля.

Палата, в которую поместили Илана, находилась в самом конце. Натаниэль дождался, пока медсестра, менявшая физраствор в капельнице, вышла и быстро пододвинув стул, сел у койки раненого.

– Ну? Ты как? – спросил он стажера и сам разозлился глупости собственного вопроса. Илан выглядел неважно, был бледен, под запавшими глазами – круги. Грудь охватывал марлевый панцирь.

– Ничего, все в порядке, – сказал он, даже не удивившись внезапному появлению шефа. – Я вот думаю: не наш ли клиент меня достал? Перепутал, так сказать... – Илан попытался улыбнуться.

– Кстати о клиенте, – Розовски постарался улыбнуться в ответ на неуклюжую шутку. – Как выглядел стрелявший, не помнишь?

Илан слабо покачал головой.

– Не успел рассмотреть, – он облизнул запекшиеся губы. – Помню мотоцикл, двух седоков, оба в шлемах с черными стеклами. Мотоцикл... – он на мгновение зажмурился. – Мотоцикл, кажется, сузуки.

Натаниэль разочарованно кивнул. Это он уже знал.

В палату вернулась сестра. Она сердито шикнула на детектива, но тут же улыбнулась Илану и водрузила на тумбочку пышный букет роз.