Стужа
Шрифт:
— Ты хочешь сказать, что есть зараженные, чьи организмы смогли выработать антитела?
— Да, вы правы, командир. Понимаете, какая это ценность для науки? И что на других уровнях мы, возможно, сможем найти оставшихся в живых, имеющих иммунитет. А это антидот для оставшихся в живых людей станции.
— Но, как такое могло получиться и сколько их?
Медик покачала головой:
— Нужны исследования. Сейчас у меня нет на это ни людей, ни ресурсов. Выживают не более двадцати пяти процентов от заболевших. Я считаю,
Фролов понимающе кивнул:
— Вынесем пока этот вопрос за скобки. Сколько у вас точно осталось живых?
— Восемьсот шестьдесят три. Из них несовершеннолетних четырнадцать.
— И это не маленькие дети?
— Они есть, но все в карантине. И большая их часть, как ни странно, выживает.
— Это интересно.
— И вашей станции тоже.
Похоже, что там внизу понимали сложность своего положения и подсластили пилюлю. Иметь научный материал в области вирусологии в их условиях было невероятно важно. Это важнейший козырь в предстоящих переговорах с Администрацией СС 25.
— Сколько вы сможете продержаться?
Женщина-врач потерла переносицу:
— Проблема не в этом, командир. Наш биологический очиститель умирает.
— Вы серьезно?
— Поначалу тела умерших скидывали в него, а дальше что-то пошло не так.
Спасатели снова дружно переглянулись. Фролов сделал знак Карачуну и резко выдохнул:
— Увидимся завтра. Мы свяжемся с вами. Отбой связи.
Экран погас, и в машине наступило тяжкое молчание.
— Им ничего не светит.
Первым озвучил мучившую всех мысль Тарас. Он был старше всех и много чего повидал на своем веку.
— Ты прав. Наши трусливые админы никогда не разрешат переселение с зараженной станции.
— Я бы так не считал, — Фролов что-то высчитывал на своем планшете. — Но пока оставим это на потом. У нас есть три дня на расчистку грузового выхода и его дезактивацию. Так что приступаем к работе уже сейчас. Эльдар, ты старший.
— Хорошо, кэп.
— Заодно обследуй остальные выходы. Нам скинули снизу планы Купола?
— Уже в нашем компьютере.
— Леня, связь с двадцать пятой.
— Сейчас налажу, но только пока текстовая. Сигнал слабый.
— Пойдет. Тогда все за работу.
Фролов остался в головной машине один. Ему еще надо было придумать текст сообщения на СС 25. И кому именно её послать. Лучше нескольким людям. Однозначно Соболеву и еще…В памяти всплыло имя — Нины Драгуновой, помощницы руководителя научного сектора и вирусологу по основной специальности. Известие о проверенных антителах будет ей невероятно интересно.
И она имеет заметный вес в Администрации. Особенно после удачного подавления вспышки неизвестной болезни в пищевом блоке шесть лет назад.
Все на станции повально боятся новых инфекций и эпидемий. Свершившиеся эксперименты на чужом поле станут преобладающим козырем. Нет, он не позволит умереть просто так почти тысяче человек. Они и так потеряли слишком много. Командир СпаСа воровато оглянулся и щелкнул тумблером. На экране появилось лицо Михалыча. Он скупо улыбнулся старому знакомому:
— Я ждал.
— Ты один?
— Обижаешь. Что надумал?
— Сейчас мы лишь подготовим шлюзы и ворота. Скажи мне прямо — вы сможете подняться наверх помимо зараженных отсеков?
Поздеев хмыкнул и подтянул к себе огромную кружку:
— Это без проблем. Имеются боковые технологические подъемники. Но мы все равно их сначала обеззаразим и снимем пробы на инфекцию.
— У вас есть костюмы?
— Высшей защиты. Ты не забыл, что мы в реакторном сидим.
— Это хорошо, — Фролов поставил в уме жирную галочку. — Тогда получается, что вы сможете поднять на поверхность запас топлива. Ведь насколько помню, его загружали как раз через эти лифты.
Михалыч задумчиво сделал основательный глоток и посмотрел прямо в камеру:
— Это единственный наш козырь?
— Один из. Подготовь первый контейнер к нашему следующему приезду. Пусть он будет уже наверху. Тогда я смогу пробить ваше вызволение.
— Но?
Как все-таки чудесно беседовать с понимающим человеком. Только такой беспринципный и жесткий тип смог спасти столько людей.
— Вам придется просидеть некоторое время в карантине.
— Долго?
— Не знаю. Мы привезем провизию.
— Думаешь, получится договориться?
— Слишком много плюшек. И твоя забота увеличить их количество. Но передай на всякий случай своим, что и у нас несладко. Пусть не ждут кисельные берега.
— Двадцать третья не поможет?
Фролов покачал головой:
— Они давно сами за себя. Да и чем? Спасательная служба у них нынче хуже. Хотя техники было полно. Пока работали старики, СпаС держал марку. Но они перестали брать новичков в команду. Или их им не давали. В итоге профессионализм утерян. Мне самому придется поднимать у нас все, что ездит.
Поздеев кивнул:
— Я сделаю все. И думаю, что в каком-нибудь вспомогательном помещении мы сможем помочь вам оборудовать жилье. Воду накачаем, энергии избыток.
— Святые снежинки! Как я об этом не подумал! Переговори с Валовым, он у нас отвечает за навесное оборудование. Пусть запитает нас от станции. Тогда мы здорово сэкономим и не станем зазря задницу морозить. И больше притащим вам ништяков вместо запасных баллонов.
— Сделаем!
— Отбой связи.
Василий выдохнул. Вроде как ситуация берется под контроль. Но работы впереди немерено!