Стук ее сердца

Джоансен Айрис

– Еще один сумасшедший? – хмуро проворчал Кин. – После Галло мне не привыкать иметь дело с чокнутыми.

– Вот как? А зачем вообще возиться с Галло? Почему бы просто не посадить его под крепкий замок и выбросить ключ? – Ответа не последовало, и она покачала головой. – Вот оно что! Ты так и сделал, да? Отдал его корейцам, но те ключ не выбросили, а сохранили.

– Никто его никому не отдавал, – попытался защищаться Кин. – Галло сам вызвался. Он был рейнджером и прекрасно понимал, на какой риск идет.

– Галло провел

в тюрьме несколько лет. Вы не могли организовать обмен?

– Нам это было невыгодно. Если бы мы признали, что Галло наш человек, пришлось бы давать непростые объяснения, оправдываться.

– Боже мой!

Кин усмехнулся:

– Ужасно, да? А чего ты ожидала? Ты же знаешь, как все работает. Цель должна быть достигнута, и каждый делает все, что для этого требуется.

Да, Кэтрин знала, как все работает, но случай с Галло выглядел особенно отвратительно.

– Он все-таки сбежал? Надеюсь, с вашей помощью?

Кин не ответил.

– Вот и карта. – Он достал из ящика и бросил на стол сложенный лист. – Здесь же несколько сценариев операции по устранению, предлагавшихся нашим отделом.

– Так вы помогли ему бежать? – переспросила Кэтрин.

– Мы не могли рисковать. – Нейт Кин пожал плечами. – У него и без нас отлично получилось. Его забрали с побережья и переправили в Токио. Лечили. Обеспечили всем необходимым.

– В каком он был состоянии?

– А почему ты спрашиваешь? Какое тебе дело? Галло – твоя цель.

– По твоим словам, он сумасшедший. В таком случае Еве может угрожать опасность. Мне нужно знать, что с ним. На чем он может сорваться? Что может спровоцировать приступ?

– Галло сильно досталось. Первые два года он провел в одиночной камере. Его пытали. Каких-либо внешних повреждений врачи не обнаружили.

– А психика?

– Галлюцинации. Периоды полного аутизма. Кошмары. Приступы неконтролируемого гнева. По прошествии шести месяцев мы убедили врачей, что его можно выписать и передать на наше попечение.

– Зачем он был вам нужен? Почему вы не оставили его в госпитале?

– Не могли.

– Почему?

– Галло бредил и… говорил лишнее. Иногда просто бушевал, как сумасшедший. Мы не могли допустить, чтобы корейцы узнали о его задании. Вашингтон оказался бы в очень неловком положении.

– И вы забрали его из медицинского учреждения. Лишили медицинской помощи. Что дальше?

– Вернули на работу. Дали возможность делать то, чему его научили. Не забывай, что Галло – рейнджер.

– Вы использовали больного человека с неустойчивой психикой?

– Он отлично справлялся. Мы сами удивлялись.

Несколько секунд Кэтрин молча смотрела на Кина.

– Вы отправляли Галло на задания с расчетом, что он погибнет. Он мешал вам, и вы хотели убрать его чужими руками. Поручали самые опасные задания.

– Ерунда. В любом случае он выжил, так ведь?

Она промолчала.

– Сочувствуешь? Жалеешь?

Ладно, посмотрим, что запоешь, когда он приставит нож к твоему горлу, – едко сказал Кин. – Или когда обнаружишь тело Евы Дункан в каком-нибудь овраге.

– Я его не жалею. – Кэтрин подошла к столу, взяла карту и сунула в карман. – Знаешь, иногда меня воротит от всех нас.

– Взяла? – спросил у нее за спиной Джо.

– Да. Собиралась избавиться от него.

Кин напрягся.

– Нет, убивать тебя я не стану. Это было бы, выражаясь твоими словами, неблагоразумно, а мы ведь должны быть практичными, да? Хотя я бы с удовольствием пустила тебя в расход. Что-то мне подсказывает, что сдался ты уж больно легко и, похоже, решил нашими руками сделать какую-то свою грязную работу. Но с соблазном я как-нибудь справлюсь, а о том, чтобы ты нам какую-нибудь подлость не устроил, позабочусь. – Она опустила руку в карман и достала шприц. – Будешь сопротивляться – воздух попадет в кровь, и дело может закончиться эмболией. Другой вариант – четырнадцать часов здорового сна.

– Не надо.

– Тебе выбирать. – Она воткнула иглу ему в шею.

Через две секунды Кин рухнул на стол.

– А ты подготовилась, – заметил Джо.

– Привычка. Мой наставник, Ху Чанг, всегда предпочитал химию грубой силе. – Она повернулась к Джо: – Хотя в данном случае боль была бы предпочтительнее. Кин – дерьмо. То, как они обошлись с Галло, отвратительно.

– Знаешь, мне наплевать. У него Ева.

Кэтрин кивнула:

– Да. И у нас в запасе четырнадцать часов, после чего придется иметь дело с армейской разведкой. А еще ведь надо добраться до Юты. Так что давай поторопимся. Помнишь Дорси? Того парня, с которым мы летали в Россию? Я уже связалась с ним, пока ехала к тебе. Подумала, может пригодиться.

– Когда он здесь будет?

– Дорси сейчас в Майами. Должен ждать нас в Национальном аэропорту имени Рейгана. Погрузимся, изучим карту, продумаем план действий и посмотрим, что у нас получится.

– Жаль, он сдался слишком быстро, – разочарованно проворчал Джо, взглянув на Кина.

– Он не хотел иметь никаких дел с Галло. – Кэтрин шагнула к двери. – Посмотри, как они нянчатся с ним. Он определенно взял их на чем-то. Помогать не станут.

– И без них обойдемся. – Джо открыл дверцу машины. – Пусть только не мешают.

В комнате кто-то был.

Ева открыла глаза. Сердце колотилось. Взгляд заметался в темноте.

– Все в порядке. Не бойся. Это только я.

Джон.

Теперь она увидела его – неясная тень в кресле у окна.

Ева выдохнула и села.

– То есть твое присутствие должно внушать мне ощущение безопасности? Что ты здесь делаешь?

– Ничего сексуального. Хотя я понимаю, о чем ты подумала. Мы ведь с тобой не книжки вместе читали.

– Это осталось в прошлом.