Студент
Шрифт:
Глава 7
Утреннюю тренировку, которая стала уже регулярной для нас с Лоренсом и Бастианом, пришлось пропустить. Уж слишком вчера хорошо отпраздновали! Настолько, что еле заставил себя подняться пораньше. Да и сегодня у меня имелось более важное дело — разговор с дочерью библиотекаря. Друзей я вчера, перед их уходом из моего дома обратно в Академию, предупредил об этом. Так что если и хватит у них охоты заняться тренировками, моему отсутствию не удивятся.
По дороге в Академию зашел в булочную, которая обычно открывалась раньше остальных. Купил свежую выпечку, чтобы не идти к девушке с пустыми руками. Благо, рассчитывал взамен на полезный разговор с ней о том, что меня интересовало.
В
Пришлось как-то выкручиваться. Мол, Орсон Данейр меня недооценил и даже не захотел переходить в режим берсерка. А я этим просто воспользовался. Не знаю, поверил ли Лоренс, но допытываться дальше не стал. Только бросил на меня задумчивый взгляд. Может, решил, что я применил какую-то тайную технику своего рода. А у аристократов к подобному очень щепетильное отношение. Расспрашивать про такое считается дурным тоном.
Да и вообще куда больше заботило сейчас то, что после произошедшего оборотни наверняка меня внесли в свой черный список. Теперь Мелиссе даже не придется никого из них подзуживать. При первой возможности попытаются отомстить — это как пить дать. Ну да ладно. Я, похоже, нащупал их ахиллесову пяту. Могу через щуп вызывать у оборотней временную дезориентацию, которой прекрасно можно воспользоваться. Конечно, в случае, если на меня нападут целой стаей, сделать вряд ли что-то получится. Но надеюсь, правила Академии удержат их от подобного.
Возле закрытых дверей библиотеки, к своему удивлению, заметил Бастиана. Парень в нетерпении мерил шагами пространство коридора и при моем появлении радостно встрепенулся.
— Приветствую тебя, Аллин! — бодро воскликнул он.
— А ты что здесь делаешь? — непонимающе спросил.
— Решил пойти с тобой, раз уж Лоренс отказался от тренировки. Когда я к нему зашел с утра, проворчал, что сегодня он пас. И пошел досыпать.
— Понятно, — я почесал переносицу.
Конечно, ничего против Бастиана я не имел, но в нынешней ситуации он только помешает. Я ведь хочу выстроить доверительный разговор с Даниэлой Грид. А присутствие посторонних этому вряд ли будет способствовать. Верно разгадав выражение моего лица, Бастиан торопливо заговорил:
— Ну, пожалуйста, позволь мне тоже пойти! Я очень хочу послушать, что расскажет Даниэла о древних магах. Да и я вчера расспрашивал о ней больше. Она, оказывается, была лучшей студенткой на своем курсе! В целительстве ей сулили очень хорошее будущее. Думаю, она сможет многому меня научить. А как к ней подступиться без твоей помощи я вообще не знаю.
Мимолетно прощупав, что делается в голове Бастиана, который позабыл надеть с утра брошь, я с удивлением обнаружил, что он сказал мне не все. Выяснилось, что парень отчего-то вбил себе в голову, что поступил как трус, не поддержав меня вчера и не вмешавшись в разговор с эльфами. Что я бы на его месте так никогда не поступил. Ведь защитил самого Бастиана, который на тот момент был просто случайным знакомым, от Миантра с дружками. А теперь вот вступился за девушку.
Бастиан так отчаянно стремился брать с меня пример, что решил и в этом подражать. Принимать участие в судьбе тех, кто в этом нуждается. И посчитал, что если начнет общаться с Даниэлой, то хотя бы частично реабилитируется в моих глазах. Мол, он не ведет себя как тупое стадо, которое избегает девушку из-за ее уродства. А проявляет благородство и милосердие. Почему-то меня он воспринимал как образчик этих качеств.
Я
— Ладно, пошли, — решил я рискнуть и толкнул двери библиотеки.
Они послушно раскрылись, впуская нас в пустой огромный зал. Звякнул привязанный сверху колокольчик, и на шум вышла Даниэла. Окинула нас пристальным взглядом, перевела его на корзинку с булочками и улыбнулась.
— Ну что ж, пойдемте пить чай, раз пришли.
К счастью, спрашивать о том, какого лешего со мной притащился Бастиан, она не стала. Провела нас в смежную комнатку, очевидно служившую работникам библиотеки чем-то вроде подсобки и комнаты для перекусов. Там имелся и стол, и небольшой очаг, над которым висел чайник, оказавшийся уже подогретым. Даниэла пригласила нас за стол и разлила по чашкам ароматный напиток, пахнущий какими-то травами.
— Необязательно было так утруждаться, — кивнула она в сторону водруженных на стол булочек.
— Да какие труды? — улыбнулся ей. — Просто решил в наглую напроситься на чай и воспользовался нехитрым способом для этого.
Девушка хмыкнула. Вообще то, что она даже не пыталась как-то прикрывать свои шрамы, поневоле внушало уважение. Хотя наверняка чужие пересуды и любопытные взгляды успели изрядно ей надоесть.
— Книги для вас я подобрала, Аллин, — произнесла она, когда мы отдали дань свежей выпечке и немного расслабились. — Правда, не знаю, что именно вы рассчитываете в них найти. К сожалению, по древней магии источников не так много. А по-настоящему ценные и редкие книги находятся в специальном хранилище Академии. Доступ туда разрешен только с позволения ректора. Даже мой отец не имеет права сам выносить их оттуда. В обычных же отделах лишь то, что писалось учеными, которые анализировали историю и пытались собрать воедино доступные о древних знания.
— И все равно мне это интересно, — осторожно сказал, стараясь не слишком демонстрировать, как я встал в стойку при упоминании о специальном хранилище.
Вот только пробраться туда будет явно непросто. Если не невозможно. Даже если заручусь поддержкой девушки.
— Почему вам, мужчинам, не дает покоя то, что давно пора бы оставить в прошлом? — она покачала головой, с непонятной горечью улыбнувшись.
Похоже, ее высказывание связано с тем парнем, которого она упоминала вчера. Тем, кто умер, заслонив Даниэлу своим телом.
— Вы ведь говорите о ком-то конкретном? — спросил тихо, боясь спугнуть момент. Интуиция буквально завопила о том, что стоило бы покопать в этом направлении.
Даниэла неодобрительно посмотрела на меня, потом ее взгляд чуть смягчился при виде продолжающего уминать булочки Бастиана. Он старался делать вид, что его интересует наш разговор, но при этом выглядел как ребенок, которого усадили за стол к взрослым и он изо всех сил пытается им соответствовать.
— О своем женихе, — поколебавшись, все же решила сказать правду Даниэла. Подозреваю, решилась она на такую откровенность еще и потому, что испытывала огромный недостаток в общении. Особенно на больные темы. — Он, как и вы, чрезмерно увлекался тайнами древних. Я расскажу вам эту историю только потому, что хочу предостеречь от ошибок. Вы кажетесь мне хорошим человеком. Я бы не хотела, чтобы в поисках ответов вы наделали каких-то глупостей.