Студент 3
Шрифт:
Жирков настолько вдохновился своим рассказом, представляя могущество технолога-бизнесмена, восхищаясь его размахом, дерзостью, искусством управления, знанием человеческих душ… Да, так все это дышало задорной страстью, смесью Остара Бендера и капитана Блада, что Жирков не удержался, болтанул лишнего. Дескать, он предполагает, что у подпольного магната не одна только швейная фабрика в активе, но и еще предприятия другого профиля. И вообще, он весь в нужных связях, везде у него свои люди. Может решить любой вопрос! Ну и, наконец,
Я хмыкнул:
— Надо же! Чем дальше, тем интереснее… Тогда понятно, зачем ему этот «секс-взрыв». Логика есть… Ты кстати, как? Угомонился, надеюсь, больше не повторится?
— Да будет тебе, Базилевс! Разве я слабоумный?
— Здесь и сильноумный может поскользнуться, я уж говорил… Ну да ладно, все! Вижу, что урок пошел впрок. Закрыли тему. Значит, говоришь, тайный миллионер…
— Это Кайзер говорит, не я. Но вообще… Что бы там ни было, а парень он куда как не глупый. И если уж он так отзывается об этом типе… Значит, на самом деле тот незаурядный человеке. Ну, в своем роде, наверное.
— Наверное. Ну, давай познакомимся с ними. Взял данные?
— А то! Только без фамилий. А выпытывать, сам понимаешь, не тот случай.
— Понимаю.
Витек сунул мне листочек. Я прочел:
Марина Николаевна. Адрес, телефон.
Виталий Алексеевич. Адрес.
— Телефон сообщить не пожелал… Ты прикинул примерно, где это?
— М-м… Не очень, честно говоря. Карту надо смотреть.
— Твоя задача.
— Сделаем.
Такой разговор был у нас вчера. И вот сейчас, когда мы вышли из комитета, я посмотрел на часы:
— Ага… Ну-ка, еще раз, где это?
— Да понимаешь, это почти рядом, но от нас далеко. Все там же, в исторической части!
— Ну так погнали! Время не ждет.
— Да, да… Слушай, а ты уверен, что это… ну твоя идея сработает?
— Вить, — философически произнес я, — строго говоря, нельзя быть уверенным в том, что утром на востоке взойдет Солнце. Но если так жить, то лучше и не жить. Парадокс?
Он махнул рукой.
— Ладно, поехали.
— Вот именно, — я шутливо подтолкнул его в бок.
И мы поехали.
Действительно, наши фигуранты жили совсем недалеко друг от друга. В соседних кварталах. И мы сперва зашли к Марине Николаевне. Витек настоял заранее позвонить ей — собственно, я не возражал, хотя особого смысла в том не видел. Тем не менее, она нас встретила подготовленная: манкая, в незримой ауре сексуального шарма особа лет тридцати пяти. В этом смысле она мне сразу напомнила нашу Макарову, хотя внешне совсем другая. Совершенно. Но вот эта тонкая способность кружить мужские головы — она, конечно, присуща самым разным женщинам.
Несомненно,
Нет уж, голубушка! Путь сюда закрыт — подумал я и, наверное, что-то в моем лице изменилось. Закрылось. Или похолодало, скажем так. Марина же Николаевна, должно быть, была настолько неглупа, что и это уловила. И не обиделась. Наверное, она слишком хорошо знала жизнь. Идущие от нее незримые флюиды погасли как по команде.
— Хорошо, молодые люди, — суховато молвила она, выслушав Витьку. — Надеюсь, о нашей встрече вы никому говорить не будете?..
— Ну что вы! — горячо заверил Витек. — Это же просто не в наших интересах!
Она перевела взгляд на меня. Глаза у нее были темно-карие, цвета марочного дорогого коньяка. Вообще, она была явно южного типа, не брюнетка, но темноволосая шатенка, что-то такое украинско-молдавское, что ли, проглядывало в ней.
— Разумеется, — веско обронил я. — Иначе бы нам и не доверили столь деликатную миссию.
Ей этот ответ явно понравился, но флюиды она включать не стала. Рассчиталась шестью четвертными, на том и распрощались.
— Ф-фу!.. — выдохнул Витек, когда мы вышли из подъезда. — Слава Богу! А я уж опасался — сейчас опять пойдет какая-нибудь бодяга… Но на тебя она зыркала, старая мочалка!
— Ну, Вить, — усмехнулся я. — У тебя какое-то превратное представление о женской зрелости. Женщина в самом расцвете…
— А, ладно! В жопу себе пусть засунет этот рассвет.
— Не рассвет, а расцвет. Кстати! — я оживился. — А как наша закройщица Людмила? Не развил знакомство?
Витька оживился тоже:
— Не! Но мысль в уме держу. Иногда, знаешь, так подумаешь об этом… И на душе приятно станет! Как будто есть у тебя в запасе что-то такое, какое-то интересное приключение. И можно в любой момент его… э-э, как бы это сказать…
— Активировать.
— Да! Включить как кино с неизвестным сюжетом. Во! Точно. Хорошо сказал?
— Вполне, — одобрил я. — А что Татьяна?
— Да кочерыжится все еще. Правда, вроде бы пошло на лад… Слушай, наверное, она ко мне какими-то чувствами прониклась, а?! Ты как думаешь?
В этом плане Витек, видимо, был крайне закомплексованным юношей. Ему попросту трудновато было представить, что какая-то девушка может по-настоящему прогреться теплыми чувствами к нему. И сейчас до конца в это поверить не мог. Татьяну ценил, но все равно воспринимал не как опору, поддержку, верную женщину — а так, приятную игру. Сегодня есть, завтра нет, ну и ладно.
Я подумал, что мой дружеский долг — попробовать переформатировать этот настрой… Но не сейчас. Сейчас я должен отработать безупречно. Попасть в самое верное психологическое русло.