Струны радуги

Баркли Лина

Ей было известно, что до коттеджа тянулась дорога, та, по которой шел человек. Она вела к поселку. Но, чтобы добраться до дома, девушка избрала другой, может быть, и более опасный, но короткий путь – через залив.

Прежде чем отправиться в путь, Кэтрин еще раз проверила, на месте ли пакет с бутербродами и бутылка с водой, которые она предусмотрительно захватила с собой.

Небо над головой было чистым и голубым, хотя на западе начинали клубиться бледно-серые тучи. Однако как они могут повлиять на погоду, девушка не знала. Трудно строить прогнозы, прожив в этой гористой

местности столь короткое время.

Кэтрин запустила мотор, присела на корму, направив лодку к другому берегу залива. Собачка уселась на носу лодки, внимательно вглядываясь в даль.

Моторка скользила мимо небольшого скалистого острова. Его необычайно дикий вид привлек внимание девушки, но, видимо, не только ее, так как, поглядев на дальний берег, Кэт увидела, что направлявшийся к поселку человек поглядел в ее сторону и остановился, будто завороженный чудесным видом.

Вскоре лодка остановилась вблизи прибрежных валунов, густо усеявших крутой скалистый берег. Мотор заглох. Закрепив ее за столбик, предусмотрительно вбитый кем-то в расщелину скалы, девушка выпрыгнула из лодки и вместе с последовавшим за ней Блэки направилась вверх по скалистому берегу, покрытому кустарником. Собачка начала отчаянно отряхиваться и обнюхивать сырые скалы.

Уединенность и кажущаяся заброшенность одинокого дома придавали ему загадочный вид, который одновременно и манил и волновал девушку.

Она вспомнила разговор со своей сестрой Эстель, редактором художественного журнала, он состоялся, когда они обедали незадолго до отъезда ее, Кэтрин, в Шотландию, казавшуюся тогда такой далекой.

– Ты хочешь писать рассказы? – спросила Эстель. – И чтобы тебя печатали в моем журнале? Думаешь, у тебя это получится? Ну что же, попытайся.

Слова сестры заставили задуматься, но ничуть не убавили уверенности. Кэт чувствовала, что ей под силу написать целую книгу: ведь, как утверждают знающие люди, жизнь каждого из нас – это уже сюжет для романа.

– Поезжай туда, дорогая, – напутствовала ее Эстель, – и поработай мозгами. – Ее рука слегка погладила руку Кэт. – Мне кажется, ты действительно знаешь, что нужно для журнала. И я, конечно, имею в виду не те очерки, которые ты писала в качестве домашнего задания, когда училась, и за которые получала отличные оценки.

Кэт разрумянилась от похвалы: не часто такое случалось слышать от сестры.

– Знаешь, – отозвалась Кэтрин с улыбкой, – сейчас я даже рада, что рассталась со своей старой работой и получила новую.

– Все, что тебе сейчас нужно делать, – убеждала ее Эстель, – это внимательно смотреть и слушать, а также использовать воображение, чтобы найти что-то новое, о чем можно было бы написать. Как только появится какая-нибудь стоящая идея – об этом никому ни слова. Иначе все пропадет. И немедленно свяжись со мной, запомнила?

– Большое спасибо за поддержку, Эсти. – Кэт в порыве чувств крепко обняла сестру.

Боже мой, думала девушка, все, что ее в эту минуту окружает, – и безмятежная природа, и высокие скалистые горы, и уединенный коттедж, – может быть, именно то, что ей нужно для сюжета рассказа. Она даже представила свою фамилию в

солидном журнале, но не в качестве подписи под заметкой, а в заголовке как автора художественного произведения.

С бьющимся сердцем Кэтрин заглянула в окно коттеджа. Голый каменный пол был местами покрыт плетеными ковриками. В глубине комнаты можно было разглядеть примитивную печь, деревянный стол и несколько стульев.

В сопровождении Блэки Кэт обошла дом и обнаружила еще одно окно. Комната, в которую она заглянула, показалась ей уютной. По обе стороны от явно не топленной печки стояли два кресла, а в глубине обеденный стол и несколько стульев.

Неожиданно в дверном проеме, напротив окна, возник силуэт высокого мужчины. Сердце девушки сжалось, сильно забилось, и странная дрожь пробежала по ее телу – ведь она была совершенно уверена, что в коттедже никого нет! Кэтрин прильнула к окну вновь, но комната оказалась пустой, и она подумала, что, возможно, это игра ее воображения.

Подавив дрожь, Кэт решила продолжить осмотр. Особенно ее интересовала та часть коттеджа, которая выходила окнами в сторону гор, служивших также фоном для находившегося слева от него поселка. Над горами в дымке громоздились тяжелые тучи, но девушка не обратила на это внимания.

Какое-то время она стояла, оглядываясь вокруг и стараясь удержать в памяти все, что видела. Она решила, что это может пригодиться для ее литературной работы.

Как хорошо, что она предусмотрительно захватила с собой блокнот и карандаш.

Кэт почувствовала, что проголодалась.

– За мной, Блэки, – позвала она, спускаясь по заросшему скалистому берегу к лодке, где оставила еду. Через несколько минут они прикончили все припасы и запили водой – Кэтрин прямо из бутылки, собака – из консервной банки.

Пока песик обследовал местность в поисках новых запахов, девушка прилегла прямо на камнях, положив руки под голову и вглядываясь в небо. Она начала обдумывать рассказ, который собиралась написать, и незаметно для себя задремала.

Проснувшись, она с ужасом обнаружила, что лежит под проливным дождем, который почти насквозь промочил ее толстую куртку.

Хитрый Блэки, спрятавшийся под бортом лодки, был совершенно сухим и радостно приветствовал ее лаем.

– О господи, – простонала она.

Пес отчаянно вертел хвостом, словно приглашая ее присоединиться к нему.

– Если бы я только могла стать такой маленькой, – с грустью произнесла Кэт, – я бы обязательно так и поступила.

Небо, еще недавно такое голубое, теперь было сплошь покрыто темными грозовыми тучами, а дождь начал переходить в ливень.

Девушка беспомощно оглянулась, и… сердце ее замерло. В нескольких метрах от нее стоял высокий человек, кутаясь в непромокаемую накидку. Он молча глядел на нее.

– Для вас лучше было бы где-нибудь спрятаться от дождя, – раздался его хриплый голос.

Приглядевшись, Кэтрин поняла, что незнакомец и был тем самым человеком, которого она видела идущим по дороге, ведущей к поселку, когда мчалась на моторке.

– Но где же мне укрыться? – спросила она дрожащим голосом. – Я не вижу никакого укрытия…