Стройность
Шрифт:
ГЕНРИХ. Еще бы… Говорить о поэзии и любви, как это делает Вийон, дело нетрудное! Гораздо труднее говорить правду… Мне просто жалко тебя, иначе бы я давно рассказал тебе о его смехотворных поисках богатой невесты.
КАТЕРИНА. Не лги, Генрих… Франсуа меня любит…
ГЕНРИХ. Дорогая… Вас спасает то, что вы женщина… Я никогда не лгу. Да, Франсуа тебя любит, но это не помешало ему свататься к одной богатой вдове… Ее счастье, что она ему отказала… Как он умолял меня помочь ему что-нибудь придумать… Ну я отказался, понятно… Я не люблю эти канцелярские уловки… Он жалок, твой Франсуа…
Входит
СЛУГА. Сударыня, господин Вийон.
ГЕНРИХ. Легок на помине.
Входит Франсуа.
ФРАНСУА. Катерина, девочка, я так рад, что наконец могу к тебе прийти. Кстати, у меня есть для тебя кое-что приятное… Вот, смотри, тебе нравится?.. Видишь ли, я только что получил деньги за стихи. О, у тебя гости, а я и не заметил…
ГЕНРИХ. Привет, Франсуа…
ФРАНСУА. Катерина, как тебе нравится это кольцо?..
КАТЕРИНА. Спасибо. Положи на окно. Я потом посмотрю.
ФРАНСУА. Как ты сказала?..
ГЕНРИХ. Ну вы тут разбирайтесь, я пока выйду… (Уходит.)
ФРАНСУА. Как ты сказала?
КАТЕРИНА. Франсуа, мне жаль тебя, но лучше сказать сразу… Я многое поняла за это время… Меня унижают твои жалкие подарки… Меня унижает то, что ты тянешься из последних сил за Генрихом.
ФРАНСУА. Дрянь. Я делал только то, что ты хотела. Проклятая, ты сама толкнула меня на этот путь!..
КАТЕРИНА. Возможно… Нет, надо кончить все сразу… Франсуа, я любовница Генриха…
ФРАНСУА (вежливо). И давно?
КАТЕРИНА (опешив). Давно…
ФРАНСУА. И это приятно?..
КАТЕРИНА (хрипло). Негодяй… Ты проявляешь удивительное хладнокровие!
ФРАНСУА. Я не хочу портить тебе удовольствия.
КАТЕРИНА. И этот человек уверял меня в своей любви… О!.. (Рыдает.)
ФРАНСУА (хрипло). Ты хотела зарезать меня, чтобы сделать Генриху приятное, и потом иметь возможность пожалеть меня… Это тебя успокоило бы. Я тебе этого не дал… И теперь ты воешь… Я все это чувствовал давно, но старался не верить…
КАТЕРИНА. Врешь! Врешь!.. Тебе больно! Больно! Это все твое притворство. Шут! Меня ты обмануть не сумеешь! Я женщина!
ФРАНСУА. Я шел в грязи, ночью… Я увидел, как впереди зажглась звезда. Я пошел к ней напролом, через лужи… но оказалось, что это поблескивали глаза суки… Что у тебя есть, кроме тела?
КАТЕРИНА. Да, тело — мое единственное богатство! Да, я хочу хорошо одеваться! Я хочу, чтобы исполнялись мои прихоти! А ты? Ты ведь поэт, а ты держишься со щеголями как проститутка!
ФРАНСУА. Женщина… мы на краю пропасти… Ты понимаешь это?
КАТЕРИНА. Пусть… Не пугай меня… Эту пропасть вырыла не я… Я хочу жить. А живут только они… Ты иди своей дорогой, я — своей.
ФРАНСУА. Ты… несчастная тварь… Ты не разглядела, к кому ты идешь!
КАТЕРИНА. Ты ошибся. Я разглядела. Кто ждет, что аристократ лучше, тот разочаруется! Кто ждет, что аристократ выше, тот никогда не разочаруется!
ФРАНСУА. Бесчинство со скуки! Тебе этого не хватало во мне?!
КАТЕРИНА. Нет! Для этого нужно таким родиться! Генрих храбр!
ФРАНСУА. Генрих — храбр?! Он ничтожество! Он просто лишен воображения.
КАТЕРИНА. Какая разница?! С ним женщина чувствует себя уверенно… А тебе надо каждый раз переламывать свою трусость!
ФРАНСУА. Что ты сказала?..
КАТЕРИНА. Не сверкай глазами… Конечно, ты трус!.. Ты можешь прийти в ярость, которая помешает тебе видеть опасность и сделает тебя храбрым! Но ярость долго не держится. Нужна природная храбрость!
ФРАНСУА. Природная тупость!
КАТЕРИНА. Нет, природная уверенность! Генрих всегда уверен, что возьмет верх. Он никогда не был унижен, а нас с тобой унижали от рожденья!
ФРАНСУА. Ты говоришь правду… Смотри, ты даже сейчас на него работаешь, ты увеличиваешь его храбрость и отнимаешь мою… Но не будь чересчур самоотверженной… Ведь ты разрушаешь облик простодушной девочки, который его привлекает…
КАТЕРИНА. Ты и здесь ошибся, Франсуа… Его тянет грязь Он будет думать, что это он меня развратил!
ФРАНСУА. Я думал, что знаю пределы низости… Я — младенец.
КАТЕРИНА. Это правда. Но не пытайся ему повредить… Я встану на его сторону, и тебе не сдобровать!
ФРАНСУА. Молчи!.. Тебя не существует… Существую ли я? Любопытно…
Входят Генрих и Ла-Гир.
ГЕНРИХ. Ну, эту болтовню пора кончать…
ФРАНСУА (яростно). Смерть!.. Смерть!.. Нас рассудит смерть! Ты… негодяй! Слышишь?
ГЕНРИХ. Мне — драться с тобой? Канцелярская крыса, книжный червь. Я — д'Арманьяк, граф божьей милостью! Мой род древней королевского! И мне драться с тобой? Голодранец! Поэтишка!
КАТЕРИНА. Генрих!
ГЕНРИХ. Оставь! Он давно заслужил встрепку! Надо указать место нахалу! Кстати, у него есть кредитор. Входите, дорогой, пора получать должок.
Входят аббат Сен-Поль и стражники.
Советую не сопротивляться… Это люди святой инквизиции… Аббат, читайте приговор…
СЕН-ПОЛЬ. «Приговор капитула святой инквизиции. Обвиняемый Франсуа Монкорбье, по прозвищу Вийон, известен был грешным и распутным образом жизни. Обманным путем пробравшись в общество благородных дворян, он пытался ввести в соблазн означенных благородных дворян, высокое общество коих не послужило к его исправлению. В усугубление вины означенный Вийон осмелился публично распространять злонамеренные стишки, в коих затрагивались чины нашей святой матери церкви. Учитывая молодость и неразумие обвиняемого, капитул постановляет на первый раз схватить означенного Вийона и, прочтя приговор, предать сечению на Гревской площади, после чего изгнать из Парижа и его пригородов». Взять его!